Магия

Магия

Александр Михеев

«Поэтому, мы не считаем нужным идти на риски. Это расходится с принципами нашей компании».

Переговоры шли третий час и подходили к печальному концу. Инвестор потребует выплаты по облигациям, компания войдет в технический дефолт, банки закроют овердрафт и все рухнет как карточный домик. Юрий был раздавлен. Это был, может, не самый худший день в его жизни, но один из первой тройки. Мысли были самые черные.

«А сколько было красивых слов: «Мы не просто инвесторы, мы ваши партнеры. Мы хотим, что бы вы развивались и будем использовать любую возможность, что бы вам помочь!» - все вранье! Что это за партнерство такое. Дела в гору - прибыль пополам, тонешь - твои проблемы.»

Юрию вспомнился анекдот, про тех волков, которым заяц показал стадо овец в обмен на свою жизнь. А они и овец съели и зайца. И долго думали, что зайцу на надгробном камне написать: от друзей? - нет; от врагов? - то же не то. Написали в итоге: «От партнеров!».

«Вот такие и у меня партнеры».

Выйдя на улицу Юрий закурил. Руки так сильно дрожали, что огонь зажигалки не хотел идти на встречу сигарете, и все норовил увильнуть в сторону.

«Выдыхай, Юра, прими смерть достойно. Поедешь сейчас на завод. Всем спокойно объяснишь ситуацию. Плохая правда лучше, чем неопределенность. Пусть готовятся, до конца месяца время есть. Люди все с головой, с руками - не пропадут. Звонки банкам, звонки поставщикам, звонки ... кому еще?»

Вдруг из подсознания, как хищник из глубин океана, на него бросилась мысль, которой он всеми силами старался избегать.

«Шутов. Черт, вот бы он не узнал! Да, как такое скроешь! Расплывется в улыбке своей мерзкой, чая своего отхлебнет».

Мысли об этом обжигали Юрия и одновременно резали как бритва. Он готов был стерпеть все: банкротство, разочарование близких, испорченную репутацию, клиентов, оставленных без любимого пива - все, кроме одного: самодовольной физиономии Шутова.

«Он был прав, я ошибался. Я пивовар, а бизнесу нужен торгашь. Не умеешь продавать, не умеешь значит ничего.»

Юрий почувствовал, как во рту стало сухо. Сахар понизился, нужно было быстро съесть что-нибудь. В карманах ничего не оказалось. Игорь сел в машину и стал шарить в отделении между сидений, там то же ничего не нашлось. В бардачке и смотреть не имело смысла. Юрий сунул руку в отделение на двери со своей стороны, со стороны пассажира, и вытащил на свет пакетик. В нем вместе с какими-то крошками лежали три ириски «Золотой ключик». Юрий развернул одну и закинул в рот.

«От куда у меня это? Дети оставили? Они такое не едят. Жена?» - Юрий рассматривал пакет пытаясь вспомнить его происхождение. Не сказать, что ему это было страшно интересно, но любая мысль отвлекающая от главного была спасательным кругом в море безнадежности.

«Ах да, точно! Бабка эта странная, которую подвозил. Что она там бормотала? Что-то про взаимопомощь. Нет, про божью помощь! Всем поможет, всех простит, никого в беде не оставит. Эх, бабка, не сходится что-то. Да, точно, ее конфеты. Я помню она в сумке копошилась. Наверное отложила и забыла. Ну и хорошо, мне кастати.»

Юрий, закрыв глаза, рассасывал сладкую мякоть. В голове было пусто. Но это была пустота засады, и вот-вот должны были раздаться выстрелы поджидавших его охотников. Страшный образ ухмыляющегося Шутова не заставил себя ждать и ударил в самое больное место. Юрий задремал...


Вокруг была тьма. Он стоял посреди пустого пространства, у которого не угадывалось никаких границ. Непроглядный мрак сгущался вокруг.

Юрий осмотрелся, но ничего понять в происходящем не смог.

- Есть кто? - крикнул он в пустоту, но звук разлился волнами без ответа.

Так прошло несколько минут, пока в далеке не послышались шаги. Человек шел неспеша, слегка шаркая ногами. Но в темноте невозможно было что-то различить. Шаги становились все ближе и ближе, звук их нарастал. Было ощущение, что идущий вот вот подойдет так близко к Юрию, что наткнется на него. Но столкновения все не было, а громкость шагов становилась все больше. Со временем она стала неправдоподобно громкой. Звук накатывал с внушительной силой, и все продолжал нарастать. Было ощущение, что на Юрия движется гигант, его огромные ноги шаркают о пол и вот-вот раздавят его. Страх был парализующим. В какой-то момент Юрию показалось, что огромная нога нависает прямо над головой, он развернулся и побежал, что есть сил. Шаги неотступно следовали за ним. Он не мог оторваться.Чувствовал, что проигрывал гонку. Чувствовал, что смерть была близко.

Но странное дело, чем дольше он бежал, тем меньше чувствовал необходимость этого, с бега он перешел на быстрый шаг, а дальше вообще пошел прогулочной походкой. И наконец встал. Необходимо было соориентироваться. Идти следовало куда-то, а не просто так. Он стал оглядываться по сторонам, и в далеке увидел тусклый свет. Дойдя до его источника, он обнаружил небольшое пятно света, и в этом пятне стояла та самая бабка, что забыла конфеты у него в машине. На ней был черный платок, коричневое заношенное пальто почти в пол и валенки.

- Бабка, куда мне идти? - спросил Юрий, и вопрос прозвучал до смешного патетически.

- Туда, милок, - проскрипела бабка и указала рукой в сторону. Но Юрию это не помогло. Он был готов поклясться, что ее жест непостижимым образом показывал сразу во все стороны.

- Куда, куда?

- Туда, милок, туда, - она снова указала рукой, но Юрий опять ничего не смог понять.

Он сделал несколько шагов в сторону, засомневался, вернулся назад, прошел в другом направлении и снова в нерешительности встал. Вдруг пришла мысль, что дело не в направлении, а в скорости движения. Юрий стал идти медленно, каждый шаг выдавал как монету. Он двигался в темноту и чувствовал, как его шаги создают путь.

Двигаться следовало навстречу свету, горящему далеко впереди. Но чем ближе он к нему подходил, тем уже становился коридор, по которому он шел. В конце концов проход стал таким узким, что Юрий засомневался, а пройдет ли он вообще? Он оглянулся, и снова увидел бабку.

- Не пройдешь, милок, где тебе, - скрипел ее насмешливый голос.

Юрий разбежался оттолкнулся от пола и нырнул рыбкой в узкий просвет.


Он снова сидел за столом переговоров с Хансом. Он знал, что все это уже было и произносил уже известный ему текст:

- Сейчас мы ведем переговоры с крупным ритейлером. Я думаю у нас хорошие шансы выйти к потребителю в следующем году.

- Юрий Артемович, мы не сомневаемся, что вы справитесь с проблемами. Мы только хотим, что бы вы выполнили свои обязательства.

Ханс говорил спокойно и да же доброжелательно. Его слова поразительно расходились с его интонацией.

- Зачем вам это? - Юрий искренне недоумевал. - Вы же ничего не получите, если потопите компанию?

- Объем наших инвестиций в вас небольшой, и мы не можем создавать прецедент по такому поводу. Сейчас целый ряд компаний столкнется с проблемами, подобными вашим. Если мы пойдем на уступки, то будем иметь слабую переговорную позицию в будущем. Ничего личного.

Юрий все понимал.

- Юрий Артемович, я говорю с вами совершенно откровенно. Мне нравилось сотрудничать с вами, и это не просто вежливость. Вы имели все шансы на успех, и я хотел этого не меньше вашего. Но решает рынок, а мы лишь служим ему. Я скажу вам в чем дело, и думаю, вы все поймете, - Ханс снял очки и как-то особенно спокойно произнес, - наши аналитики сомневаются, что в следующем году вам удастся выйти из пике.

Он пристально посмотрел Юрию в глаза. Повисла пауза. Юрий понял, что аналитики - это сам Ханс. Юрий уже уже не раз имел возможность убедиться в компетентности этого человека. Юрию нечего было ответить. Он кивнул.

- Поэтому, мы не считаем нужным идти на риски. Это расходится с принципами нашей компании.

Юрий проживал все заново, секунда в секунду, но в этот раз впечатление от этого сюжета было несколько другим. Юрий понимал, что эта встреча не могла иметь другого исхода, потому что все было предопределено намного раньше.

Он перенесся в другую переговорную, где беседовал с Глебом пол года назад:

- Глеб, клиент поймет. Цена выросла, но продукт того стоит! - было лето, в переговорной душно, рубашка намокла от пота и прилипла к спине Юрия.

- Юра, мы все уже попробовали - клиент не понял. Не понял и ушел в другой ресторан. Твое пиво лучшее, спору нет, но оно сейчас не по карману людям.

- Я работаю над новой рецептурой, мы снизим цену!

- Юра, уже поздно. Мы заключили договор с Шутовым. Теперь он наш поставщик, - Глеб с трудом выдавил это из себя.

Для Юрия это был удар под дых. Он вытер лицо, медленно поднялся и вышел. Шутов обставил его, это была катастрофа. Ничего хуже произойти не могло.

Юрий перенесся на два года назад, в момент своего триумфа. Он подходил к ресторану Глеба неся в руках картонную упаковку с четыремя бутылками своего пива. Он знал, что сейчас Шутов и Глеб обсуждают детали контракта. Глеб открывал новую сеть ресторанов, и ему нужен был эксклюзивный поставщик пива. Этот контракт решил бы все проблемы Юрия. Его завод был создан для такого сотрудничества. Небольшой объем производства, цена - выше среднего. В сетях шансов не было, Шутов давно занял эту нишу. Но в ресторанном бизнесе с ним можно было потягаться. Его пиво было чуть дешевле, но вкус проигрывал значительно.

Юрий вошел в ресторан, он еще не работал, заканчивалась отделка. Но в отдельном кабинете уже стоял стол и за ним сидели Глеб и Шутов.

- Господа, приветствую, - Юрий встал перед столом с улыбкой на лице.

Шутов озадаченно посмотрел на него, Глеб же и вовсе растерялся.

- Юрий, здравствуйте, чем обязан?

- Глеб Григорьевич, Василий Михайлович, имею честь представить вам новинку в нашей линейке вкусов - сливочный стаут.

Юрий поставил упаковку пива на стол. Шутов отпил из прозрачного стакана-термоса, с которым не расставался, глоток чая. Глеб продолжал смотреть на Юрия.

- Юрий, что все это значит?

- А значит это, Глебушка, что Крохин решил тебя очаровать, - Шутов узмылялся. - Ему кажется, что он что-то невообразимое там у себя состряпал, и мы сейчас от его сладкого дар речи потеряем.

- Именно так, Василий Михайлович, - Юрий никогда не считался с авторитетами, - точнее и не скажешь.

- Юрий, это ничего не изменит, - Глеб был обескуражен наглостью Юрия, - Мы с Василием уже обо всем договорились.

- Вот именно, что еще не договорились. А теперь и смысла договариваться не будет, - Юрий достал открывашку и снял пробки с бутылок. - У Василия Михайловича дела и без вас хорошо идут, да и честно говоря, пробывал я то, что он для вас сварил. Глеб Григорьевич, не делайте поспешных шагов. На стаканах этикетки нет, тут все вкус будет решать. А вкус он вот, - Юрий протянул бутылку Глебу.

Глеб несколько секунд смотрел на бутылку, не решаясь принять ее, взглянул на Шутова, но все-таки протянул руку. Сделав глоток, секунду подумал, а потом сделал еще один. Несколько мгновений Глеб молчал смотря в стол, а потом произнес:

- Интересно... да, интересно. А какая цена?

- На 15% дороже, - Юрий знал все ниансы предложения Шутова.

- Василий Михайлович, - обратился к Шутову Глеб, - попробуйте.

Шутов взял новую бутылку, сделал небольшой глоток, и сразу поставил ее обратно. Хоть все было сделано быстро, Юрий увидел, что Шутов все понял. Не мог не понять.

- Глебушка, делай как знаешь, мы с тобой давно знакомы, и зла я держать не стану. Тем более, что к разговору этому мы еще вернемся, - Шутов уже поднимался с места, - везение - штука капризная. Ты пивовар, Крохин, - Шутов обращался уже к Юрию, - пивовар одаренный, но бизнесу торгашь нужен. Торгашь, понимаешь?

- Как вы? - Юрий вложил в эти слова максимум презрения.

- Как я, сынок, как я. И через год, максимум через два ты в этом убедишься, - Шутов отпил глоток чая из термоса и попращавшись с Глебом ушел.

Юрий посмотрел ему в след, и дал себе обещание, что никогда «торгашем» не станет. Но это решение он принял еще раньше.