любовь под проценты — 2 глава

 Джисон впервые написал имя своего кредитора на полях, когда пробовал новую ручку. Черта за чертой неаккуратным почерком. Хан и не знал, почему просто не расписал ручку, почиркав ею по листку, от чего первое, что пришло ему в голову — это Т/и? Уже в том юном возрасте, он был безмерно благодарен ей. Девочка, хотя и смотрела на него свысока, но не пыталась оскорбить его больше, чем было. Та смекалистая сделка действительно заставила его чувствовать себя лучше. Между ними теперь все было честно: долг с процентами — это не благотворительность, не подачка, а равноправный займ. Жаль, что Хан понял всю ситуацию так рано. Как и обещала, Т/и никому не сказала о том, что Джисон бегает к ее отцу за деньгами. От этого и без того унизительное положение мальчика, было чуть менее печальным. Все все равно помнили о его нищите и зависимости семьи от аренды холодильников, но хотя бы не знали, как еще приходится унижаться Ханам из-за финансов. Джисон не смел подходить к Т/и в учебное время, а она делала вид, будто его не существует. В любом случае она «принцесса из пятого класса», зачем кому-то вроде нее снисходить до кого-то вроде него? Тем не менее именно в пятом классе между ними дрогнул лед. Пропасть между ними еще ощущалась невероятно огромной, но совсем редко Т/и строила переправу. Они не дружили, нет, но, как сказала бы девочка: «Кредитор должен поддерживать связь с заёмщиком, иначе как я пойму, что ты не сбежал?»

Но Джисон и не намеревался оставаться в долгу. Хотя родителям потребовалось чуть больше обговоренного времени, чтобы вернуть деньги, Хан уже давно стащил из круглосуточного магазина маленькую дешевую шоколадку в виде золотой монеты. Хан никогда ее не пробовал. Упаковка блестела на солнце, маня, но Джисон самоотверженно спрятал ее под одеждой в шкафу, чтобы она дождалась своего часа. Приближались к завершению летние каникулы, а до осени оставалось всего ничего, именно тогда Хан принес Т/и свой первый процент. С глубоким вздохом, она разъединила сложенные на груди руки и приняла белый потертый конверт и шоколадную монету. 

— Что это? — выгнула бровь она. 

— Шоколад. — криво улыбнулся Джисон, от волнения то и дело отдергивая край футболки. Девочка повела бровью, повернув шоколадку в ту и другую сторону. 

— Ладно, сойдет. — вновь проявила благородство Т/и, зная, что она бы никогда в жизни не съела этот дешевый шоколад и уж тем более никогда бы не назвала это недоразумение вкусным. Но, видя, перед собой Джисона, который, Бог знает как, достал этот шоколад, но все-таки выполнил часть их уговора, решила махнуть на это рукой. Выкинет да и все. 

— Спасибо… — протянул Джисон, попятившись назад. Уже темнело, поэтому ему нужно было возвращаться домой — дорога ведь не близкая. Т/и лишь кивнула с важным видом.

И еще сотню раз после этого Джисон писал ее имя на полях, чтобы опробовать ручку, как и сейчас: во время пробника экзамена по математике. Теперь его почерк ровный не такой по-детски корявый. Пальцы выписывают ее имя черными чернилами, а взгляд неосознанно скользил к третьей парте первого ряда, туда, где сидит «красавица из 11 класса». Прошло уже шесть лет и мало что поменялось в зависимости Джисона от Т/и, может быть только то, что теперь не просто семья Хан обязана ее семье, а Джисон лично привязан к ней. Она наматывает локон длинных гладких волос себе на палец с маникюром бледно розового цвета, дует губы, размышляя над ответом и совершенно точно ни секунды не думает о Джисоне. У нее телефон последней модели, школьная форма в идеальном состоянии, брендовый ободок на голове, она все также беззаботно улыбается, болтая с подругами о том, где праздновать день рождения: в отеле папы или в Сеуле. А Хан все штопает заплатки на старом пиджаке и подрабатывает в ресторане своей соседки после школы. Т/и недосягаема для него, впрочем, Джисон счастлив и тому, что хотя бы иногда она обращает на него внимание. Одно счастье: он учится достаточно успешно, чтобы заниматься с ней в одном классе. Специальном классе для лучших учеников школы. Конечно, куда еще могла попасть Т/и? Мама хотела отправить ее учиться в академию-пансион в Сеуле, но отец сказал, что не желает отпускать дочь в столь юном возрасте одну, так что нанял репетиторов, чтобы она училась с богатыми отпрысками в лучшем классе. Ну, не только с богатыми еще с талантливыми, такими как Джисон. На перемене Т/и, смеясь в компании друзей, а обернувшись, случайно поймала взглядом глаза Хана. Девушка подмигнула ему и быстро возвратилась к диалогу, будто ничего и не произошло. 

— Этот жутковатый взгляд Джисона… Чего он пялится? — начинает шептаться одна из подруг. 

— Так давно не ел, что заглядывается на нас, как на кусок мяса. — взрывается смехом она, еле успев дошептать то, что хотела. Т/и слушала, не влезая. 

— Реально. Вы видели сколько порций добавки он ест? Столовской еды… фу! — наконец-то вставила свое слово девушка, подруги поддержали ее.

— Настолько бедный… С такой жизнью лучше бы он сдох где-нибудь, чем вот так побират-…

— Эй, — перебила ее Т/и, злостно нахмурив брови. — Это уже перебор. 

И подруги, заметив внезапно изменившееся настроение девушки, разом замолчали. Они никогда не задавали Т/и лишних вопросов. Девушка взяла на себя негласное лидерство над их компанией, так что перечить никто не собирался. Если не нужно обсуждать эту тему, значит так и надо. 

— Лучше скажите, куда все-таки едем на мой день рождения?

Такие люди, как Т/и быстро скрывают свое недовольство, переводя темы. И, будто забывшись, подруги защебетали идеями празднования. Но Т/и не могла так быстро отпустить прошлый разговор. Она вновь обернулась на Джисона, но в этот раз совершенно незаметно. Парень сидел, уткнувшись в учебник, как обычно, ни с кем не общаясь. Нет, все-таки только она может шутить о его бедности и говорить всякие гадости. Джисон — ее заемщик, он обязан ей, и пока не выплатит долг он — ее. Лицо Т/и расслабилось, она пронзила Хана взглядом, что был полон ненависти, призрения и желания.  

У Т/и есть все. Абсолютно все. Зачем ей хотеть что-то столь ничтожное? Но ничего со своими противоречивыми чувствами она поделать не могла. 

// вы очень просили о проде, рада, что вам понравилась первая глава этой работы, обсудим главу в комментариях?