любовь или проклятие?

Две фигуры, стоящие в пустом коридоре. Они не ругались, не разговаривали, просто молча стояли, замерев от сказанных ранее слов.

Калеб прожигал взглядом пол, опустив голову, словно это делало его незаметным от глаз, взирающих на него. Гедеон с нескрываемым удивлением и некой злостью смотрел на Калеба, пытающегося не поднимать взгляда на него.

«Мы больше не можем быть вместе. Это конец.»

Слова эхом звучали в мыслях Гедеона. «Не можем быть вместе». Они изначально не могли быть вместе, но, надеясь оставить верного ему Маккинзи рядом, Гедеон согласился встречаться с ним пару лет назад.

Долгие годы отношений подошли к концу, и казалось бы, Хиктлиф должен был быть рад этому. Но гнев закипал внутри, а чувство потери чего-то дорогого давило в груди сильнее, чем должно было. Только сейчас, когда Калеб объявил об их расставании, Гедеон понял, что не может потерять его.

Не потому, что хочет иметь при себе кого-то преданного, а потому что действительно питает к нему чувство, которое не осмелится назвать любовью.

Ещё с минуту помолчав, Калеб двинулся в глубь коридора, дабы уйти, но крепкая рука Гедеона тут же остановила его, хватая за локоть. Маккинзи наконец посмотрел ему в глаза. Гедеон опешил. Он никогда ранее не видел такого взгляда от Калеба. В нем читалось усталость и пустота.

Калеб уже давно понял, что чувства его угасли. Он не мог любить того, кому был безразличен долгие годы. Даже факт того, что они встречались, не мог вернуть любовь, которую он питал к Гедеону. Только сегодня он осмелился разорвать их «отношения». Ожидая того, что Гедеон смиренно отпустит его, Калеб надеялся побыстрее оказаться дома.

Вот только парень вцепился в него как клещ, не желающий отпускать. Это больше всего ненавидел Калеб. Даже если Гедеон не любил его, он не давал ему уйти.

Любовь к Гедеону давно стала ядом, отправляющим его сердце с каждым годом все сильнее.

Вырвав свою руку, Калеб не оборачиваясь шел вперед, пока окончательно не скрылся во тьме коридора. Гедеон так и остался стоять в коридоре, глядя вслед парню.

Слова, что вертелись на языке, так и не были сказаны.