lolipp

Вечер. Чан сидел в тёмной комнате, которую освещала лишь лампочка на столе. Ему так проще было работать. Каникулы закончились ровно месяц назад, и началась учебная пора. И конечно же, собранный и прилежный студент, как Бан Чан, не мог оставить учёбу на заднем плане. Для него это путь к успешному будущему.

Пальцы уже болели от ручки, а буквы перед глазами плыли. Усталость одолевала его с каждым написанным словом. Желание упасть на стол и провалиться в спячку манило.

Думал, что это конец, но оказывается, есть вещи похуже. Например, сводный брат, который, как ураган в ясную погоду, ворвался в твою комнату и упал на кровать, да так, что та аж скрипнула. Чан от шока даже ручку уронил.

— Чёрт возьми, Чонин, да чтоб тебя! – шок и злость смешались в одно. А младший на слова никак не отреагировал. Просто удобнее устроился на кровати, оперевшись на локти и подставив милое личико на руки.

— Че такой кислый, братец? – ответа он даже не стал дожидаться. Потянулся к карману брюк и достал оттуда упаковку сладкого. Точнее, чупа-чупса. Обёртка шуршала и сильно мешала Бану, но это было только начало. Чонин засунул в рот головку и с чавканьем стал сосать.

Бан закатил глаза и пытался не обращать внимания, но сказать сложнее, чем сделать. Он отвлекался. Причём сильно.

— Нет, ты специально?! Я тут тему пытаюсь понять вообще-то!

Ян медленно повернулся к нему и взглядом, который говорил «мне абсолютно плевать». Тот слегка окинул его взглядом, продолжая своё дело.

— Реферат просто сдают, и там понимать нечего, – равнодушно ответил Чонин.

Бан только потёр переносицу.

— Реферат и конспект — не одно и то же.., – но кого волнует? Младший сводный брат просто продолжил громко причмокивать. — Если ты сейчас же не прекратишь...

— Что же мне будет, если не прекращу?

Даже не дав договорить старшему, закончил за него. Чан думал. Пока тот сосал чупа-чупс рядом, в его голове всплывали разные сцены, но одну из них он так и не смог отогнать. Раз главный предмет шума – это чупик, почему бы не засунуть его куда-то? А задница брата как раз то самое место.

Бан усмехнулся и навис над братом. Резко. Пришла очередь Нина удивляться. Он аж уронил сладость, но Чан успешно поймал.

— Эта штучка, – рассматривая, – окажется в тебе.

Довёл.

«Именно этого я и добивался, Чан-ни».

Бан быстро стянул с младшего шорты, но увидел, что тот без белья.

— Я знал, что ты так сделаешь.

Одно предложение, но такое верное для начала. Чан снова засунул чупик в рот младшего, заставляя того сосать, и тот успешно это принимал. Облизывал каждый сантиметр, чувствуя вкус вишни. Это выглядело по-блядски.

Чан вынул обратно и приблизил ко входу. А затем вошёл им. Тихий и сдержанный стон сорвался с уст Чонина. Он зажмурил глаза. Выглядел как лисёнок. Чан внутри прокручивал чупа-чупс в разные стороны, а иногда даже заходил глубже. Но не забывал ласкать тело под собой. Целовал, оставлял засосы. Так тело приобрело новые краски. Стоны становились чаще. Чонин выгибался и двигался навстречу вещи, которая напоминала член.

Как только он привык к ощущениям, движения прекратились. Бан встал, чтобы самому раздеться. Рубашка, джинсы и бельё опустились на пол. И он, и Чонин были готовы.

— Малыш, примешь? – с усмешкой спросил Чан, хотя знал ответ. Младший слабо кивнул, но этого хватило. Бан вошёл. Сразу. И тут же услышал громкий стон.

— Родители.. они в соседней комнате, Чан-а...

— Значит, побудешь тихим, малыш.

Старший откинул белоснежные ноги на своё плечо и двинулся вперёд. Внутри было горячо. Как будто Чонин только старшего и ждал. Он же пытался притронуться к кубикам брата, и это выглядело глуповато. Но именно таким Чан его и любит. Он любит быть сильнее рядом с ним.

Чонин окончательно откинулся назад, когда темп увеличили. Сколько бы тот ни пытался быть тихим, это выходило плохо. Поэтому Бану пришлось оторваться от столь желанных ног и засосать. Сильно. Чтобы тот даже звука не издал. Стоны растворились прямо в поцелуе.

— Мх, папочка, глубже...

Кажется, Чонин потянул правильный рычаг. Чан, словно контроль потерял, и стал вбивать податливое тело прямо в простыни под собой. Тугая дырочка Чонина то сжималась, то разжималась от огромного размера.

Он умеет просить.

Ян выгнулся в спине, стоная имя Чана. В голове был лишь его образ. Самообладание потерял. Давно. Ещё тогда, когда старший навис над ним. Он просто кукла под ним, которой двигают как хотят. И от этой мысли в животе скручивался узел.

Вместе с сексом Чонин стал надрачивать себе.

Тот закатывал глаза, извивался от приятной боли, ведь Бан попал по уязвимой точке. Ян сжимал одеяло под собой, зная, что боль не утихнет от этого.

Настал пик.

Перед концом их губы снова слились в одно. Бан жадно кусал чужие губы, толкался языком и трахал даже там. Он крепко сжал Чониновы бёдра и толкнулся в последний раз, чтобы кончить. Прямо там. Внутри.

— А теперь на живот, – прерывисто дыша, сказал Чан. – Я не закончил.