Из общения с леваками
Вот, как один человек описывал свой опыт общения с леваками:
Левака никогда нельзя было отклонить от его взгляда. В те времена я был ещё достаточно наивным, чтобы пытаться доказать им всё безумие их учения. В моём маленьком кругу я спорил с ними до хрипоты, до мозолей на языке в полной уверенности, что должен же я их убедить во вредоносности их нелепостей. Результат получался обратный. Иногда казалось, что чем больше они начинают понимать уничтожающее действие левых теорий в их применении к жизни, тем упрямей продолжают они их отстаивать.
Чем больше я спорил с ними, тем больше я знакомился с их диалектикой. Сначала они считают каждого своего противника дураком. Когда же они убеждаются, что это не так, они начинают сами прикидываться дураками. Если всё это не помогает, они делают вид, что не понимают, в чём дело, или перескакивают совсем в другую область. Или они с жаром начинают настаивать на том, что само собой разумеется, и как только вы соглашаетесь с ними в этом, они немедленно применяют это совсем к другому вопросу. Как только вы их поймали на этом, они опять ускользают от сути спора и не желают даже слушать, о чём же в действительности идёт речь. Как вы ни пытаетесь ухватить левака, рука ваша как будто уходит в жидкую грязь. Грязь эта уходит сквозь пальцы и тотчас же каким-то образом опять облегает ваши руки. Но вот вам, хотя и с трудом, удалось побить одного из них настолько уничтожающе, что ему ничего не остаётся больше делать, как согласиться с вами. Вы думаете, что вам удалось сделать по крайней мере один шаг вперёд. Но каково же ваше удивление на следующий день! На завтра же этот левак совершенно забывает всё, что произошло вчера, он продолжает рассказывать свои сказки и дальше, как ни в чём не бывало. Если вы, возмущённый этим бесстыдством, указываете ему на это обстоятельство, он делает вид искренне изумлённого человека; он совершенно не может ничего вспомнить из вчерашних споров, кроме того, что он вчера как дважды два четыре доказал вам свою правоту.
Иногда это меня совершенно обезоруживало. Я просто не знал, чему удивляться: хорошо подвешенному языку или искусству лжи.
Постепенно я начал их ненавидеть.
Я научился уже понимать язык леваков, и именно это обстоятельство помогло мне отделить теоретическую болтовню от их реальной практики. Левак говорит для того, чтобы скрывать свои мысли или, по меньшей мере, для того, чтобы их завуалировать. Его подлинную цель надо искать не в том, что у него сказано или написано, а в том, что тщательно спрятано между строк. Для меня наступила пора наибольшего внутреннего переворота, какой мне когда-либо пришлось пережить.
