language

Нил говорил на многих языках, но явно не понимал простой английский, на котором начинают говорить люди, родившиеся в США где-то с полутора лет. Другого объяснения происходящему Эндрю найти не мог. Не пытался, если честно, ему как-то было на это похуй. Тот факт, что Нил Джостен не умел следовать простейшим инструкциям, но мог в уме решить сложное математическое уравнение, был общеизвестным и Эндрю входил в это понятие. Точнее, ему было похуй, пока это не касалось напрямую его самого. Как-то проносило несколько лет, пока они учились с старшей школе и колледже, но всё-таки задело в университете. Накрыло как ебучей лавиной. Снег, кстати, Эндрю терпеть не мог.

Инструкции были просты: не втягивать Эндрю в свои гиперфиксации.

Во всём виноваты Кевин Дэй и его собственный тупорылый двоюродный братец, не иначе. Иначе как объяснить, что бедовая голова Нила Джостена была теперь забита навязчивыми мыслями?

Хотите знать какими именно? О, Эндрю расскажет. Нет, не словами. Жестами и своей комнатой в общежитие.

Всё началось с тупой банданы, купленной по акции 1+1. Эндрю начинало тошнить от одного её вида, поэтому и запихнул её в недры шкафа. Нил её нашёл и нацепил ему на голову уже насильно. В следующий раз бандана оказалась кучкой воняющего пепла. Нил припёр точно такую же, бог знает откуда достав. И с таким, сука, грустным лицом, что пришлось носить. Больше чем снег Эндпю терпеть не мог сложенные домиком брови и манипуляторски опущенные уголки губ.

И покатился снежный ком. Носки, браслеты, клюшки купленные на приличную стипендию, заказанные толстовки у студенческого клуба, чехлы на телефоны, даже ебучие зубные щётки. Нила приводила в щенячий восторг одна только мысль о парных вещах, как будто только на четвертый год отношений он открыл для себя такую удивительную сторону этого факта. Или кто-то (Эндрю прекрасно догадывался кто и начинал медленно мысленной разрезать этих людей на красивые ажурные салфетки) открыл ему её. А Ники (это точно был Хэммик) подтолкнул Нила попробовать, ведь "Эндрю тебе всё разрешит".

Правда была на его стороне, но Эндрю скорее сдохнет, чем даст кузену понять, что он прав.

Аарон относился к постепенно захламляющимся столу и шкафу спокойнее, чем предполагал Эндрю, а когда Нил выставил фотографию с парными аутфитами, прямо при брате, медленно растянул губы в отвратительной ухмылке и быстро напечатал какой-то комментарий. После этого у Эндрю появилось желание сменить ему пароль и поменять язык в настройках его айфона на какой-нибудь арабский. Чтобы помучался.

Рене и Элисон, очевидно, относились к этому как к чему-то дико милому. И если Элисон хватало ума помалкивать, то вот Рене, пусть и была умной женщиной, но совсем не беспокоилась о себе, когда понимающе ему кивала. На чужое мнение Нилу было всё равно, в принципе как и Эндрю, но очевидность их отношений начинала раздражать. Давить на горло и зудеть на разбитых костяшках.

Кевин с них потешался, как и в школе. Мэтт и Дэн пищали от восторга, когда Нил притащил их на тренировку в парных лисьих толстовках. Аарон фотографировал их для Кейтлин, а Эндрю медленно закипал, сжимая ладонь в кармане до отметин ногтей на коже.

Но Нилу и правда нравилось. Он находил что-то очаровательное, растягивал свои тонкие губы в короткие улыбки и щурился, когда Эндрю доставал ключи от машины, на которых висел брелок с какой-то тупой вдохновляющей цитатой. Потому что такой же висел на рюкзаке Нила. Его ничуть не смущали приклеенные к ним взгляды и шепотки, ветки форумов и хэштеги в социальных сетях. Он игнорировал репортеров, которые их ловили все студгородка, оказавшись на удивление немногословным о себе (Ваймак наверняка хотел бы, чтобы Нил был таким же молчаливым не только о своей личной жизни, но этому уже не суждено было случиться).

Эндрю же бесили люди, думающие, что могут копаться в его нижнем белье. Но всё равно оставлял новую безделушку валяться на столе или цеплял что-то себе на чехол, лишь бы Джостен отъебался. Или, по крайней мере, он пытался себя так убеждать.

Ебучие гиперфиксации и слишком слабая духом команда, только подкармливающая и поощряющая поведение Нила. Эндрю был пострадавшей стороной и ворчал.

Ворчал, правда, Нилу под нос в их парных толстовках, но что ему ещё остаётся? Только смириться и терпеть, пока рыжего придурка не отпустит.