кшнц лучшее решение:3

В 19:00 Даня стоял у входа в парк и чувствовал, как сердце колотится о рёбра. Он не понимал, что с ним происходит. Все эти дни он просыпался с мыслью о Руслане, засыпал тоже с ним, прокручивал в голове каждую фразу, каждую улыбку, каждое прикосновение, когда они случайно касались друг друга локтями в кафе.

Руслан появился из-за поворота, ведя на поводке маленькую чёрную таксу, которая семенила короткими лапками и обнюхивала каждый куст. Увидев Даню, он замахал рукой, как будто они не виделись несколько лет, а не два дня.

— Даня! — крикнул он, и его голос разнёсся по аллее. — Роза, смотри, это мой новый друг! Он пришёл на нас посмотреть!

Такса подбежала к Дане и, как и предупреждал Руслан, укусила его за пятку — легко, без боли, скорее для знакомства.

— Ой, — засмеялся Руслан. — Она тебя приняла. Если бы она тебя не приняла, она бы просто ушла в другую сторону. А она тебя укусила. Это значит, ты ей понравился.

— Я польщён, — рассмеялся Даня.

Они пошли по парку, и Руслан всё время говорил — он рассказывал про таксу, про то, как он влюбился в неё с первого взгляда, хотя она не его собака, про то, что он смотрит «Теорию большого взрыва» и считает это лучшим шоу на планете, про то, что он обожает тиктоки с котами, особенно те, где коты падают с диванов. Он смеялся, жестикулировал, иногда останавливался, чтобы погладить чужую собаку или покормить голубей, которые подлетали к ним, и Даня смотрел на него и не мог надышаться.

— А ты? — спросил вдруг Руслан, остановившись у старого фонтана, который не работал уже лет пять. — Ты чего молчишь? Я тебя заболтал?

— Нет, — сказал Даня. — Я просто слушаю. Мне нравится.

— Что именно?

— Всё. Особенно как ты говоришь.

Руслан посмотрел на него внимательно, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое и немного смущённое.

— Ты странный, — сказал он. — Но мне это нравится.

Он достал из сумки коробочку, перевязанную ленточкой, и протянул Дане.

— Вот кекс. Я его всё-таки попробовал утром. Но всего один кусочек! Чтобы убедиться, что он не отравит тебя.

— И как?

— Съедобный. Даже вкусный. Но если тебе не понравится, я не обижусь. Честно.

Даня взял коробочку. Она была ещё чуть тёплой от прикосновения Руслана. Он открыл её — внутри лежал маленький шоколадный кекс с грецкими орехами, сверху посыпанный сахарной пудрой. Прикольненький.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— Да не за что, — Руслан махнул рукой и отвернулся, но Даня успел заметить, как он покраснел. — Пойдём, Роза уже тянет нас к кустам. Она там что-то нашла. Наверное, опять дохлую ворону.

Они пошли дальше, и Даня нёс коробочку с кексом, как что-то очень хрупкое и важное. Он не знал, как объяснить то, что чувствует. Просто в груди было тепло, и хотелось, чтобы эта прогулка никогда не заканчивалась.

---

Уже через два месяца Даня смотрел на Руслана, который сидел на полу их общей квартиры и смотрел очередной выпуск «Мама в 16». Они съехались через четыре недели после знакомства. Даня не мог объяснить, как это произошло — просто в какой-то момент он понял, что абсолютно не хочет возвращаться в квартиру к нелюбимой несостоявшейся невесте.

Они расстались почти сразу после знакомства с Русланом: Даня пришёл домой после очередной прогулки и сказал всё прямо. Без оправданий, без объяснений. Просто: «Я не хочу больше с тобой быть». Арина плакала, кричала, бросала в него вещи, но он стоял в дверях и знал, что не вернётся. Он не сказал ей про Руслана. Не потому, что стыдился, а потому что это было личным. Их секретом.

Они сидели на полу, обложившись подушками, пили чай с мёдом из огромных кружек, и Руслан комментировал каждое действие участников шоу, будто это был чемпионат мира по футболу.

— Смотри, смотри, — говорил он, тыча пальцем в экран. — Она сейчас скажет ему, что она его любит, а он уйдёт к другой. Я тебе гарантирую, это классический ход, я такое видел шестьдесят семь раз минимум.

— Ты ведёшь статистику? — усмехнулся Даня, обнимая его за плечи.

— Конечно, — серьёзно ответил Руслан. — Это важно. Если я не буду вести статистику, я не смогу предсказывать их поведение. Я, между прочим, уже три раза угадал, кто уйдёт в конце выпуска. Это талант.

— Это болезнь, — сказал Даня.

— Это искусство, — обиделся Руслан. — Не путай.

Он отпил чай и придвинулся ближе, укладывая голову Дане на плечо. Кашин почувствовал, как его волосы щекочут шею, и улыбнулся.

— Ты сегодня странный, — сказал Руслан, не отрываясь от экрана. — Ты весь день молчишь. Что-то случилось?

— Нет, — ответил Даня. — Всё хорошо. Просто я счастлив.

Тушенцов поднял голову и посмотрел на него.

— Правда?

— Правда.

— Тогда ладно. — Руслан улыбнулся и снова уткнулся ему в плечо. — Только не привыкай. Я не всегда буду таким милым. Иногда я буду вредничать и отбирать у тебя одеяло.

— Я знаю, — сказал Даня. — Ты уже отбираешь.

— И буду продолжать. Это моя фича.

Даня засмеялся и поцеловал его в макушку. Руслан что-то пробурчал, но не отстранился. На экране участница шоу закричала на своего парня, и Тушенцов тут же вскинулся, чтобы прокомментировать эти непотребства, но чуть не опрокинул свою кружку. Даня поймал её в последний момент.

— Аккуратнее, — сказал он.

— Я всегда аккуратный, — соврал Руслан и снова уставился в телевизор.

---

Младший, вопреки своему виду — вечно взлохмаченный, в огромном свитере, с плеером в кармане, — оказался на удивление собранным. Он готовил завтраки по утрам, потому что Даня вечно просыпал и убегал на работу голодный. Он гладил их вещи, потому что у Дани рубашки мялись, а сам Руслан терпеть не мог глажку, но делал это, пока Даня был в душе. Он даже запомнил, что рыжий не любит лук, и перестал его добавлять в салаты, хотя сам обожал.

— Ты почему не ешь? — спросил однажды Даня, глядя, как Руслан ковыряет вилкой в тарелке.

— Я на диете, — соврал парень.

— Ты не на диете. Ты просто не любишь помидоры.

— Неправда. Я их обожаю.

— Ты их выковыриваешь из салата и складываешь на край тарелки. Я вижу.

Руслан вздохнул и отложил вилку.

— Ладно. Я их не люблю. Но я думал, ты не заметишь.

— Я замечаю всё, — сказал Даня и переложил помидоры со своей тарелки на его. — Ешь. Я их тоже не люблю.

— Тогда зачем мы их покупаем?

— Потому что ты думал, что я их люблю. А я думал, что ты их любишь.

Они посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись. Руслан схватил помидор и откусил половину, показывая, что он не такой уж и привереда. Даня покачал головой и налил им обоим чай.

А ещё Руслан работал. Он делал дизайн для маленького издательства, рисовал обложки для книг, которые никто не читал, и получал за это копейки, но ему нравилось. Иногда он сидел до трёх ночи, закусив губу, и переделывал одну и ту же обложку десять раз, потому что «она недостаточно тёплая». Даня приносил ему чай и садился рядом, молча, просто чтобы он не был один.

— Ты иди спать, — говорил Руслан, не отрываясь от экрана.

— Я не хочу.

— Ты завтра не встанешь.

— Встану.

— Ты врешь.

— Как ты.

Руслан улыбался и продолжал работать. А Даня сидел рядом и смотрел, как он рисует, и думал, что нигде больше не хотел бы быть.

---

Даня любил его. Любил каждой клеткой своего тела. Любил его глупые шутки, его любовь к таксе, его привычку оставлять по всей квартире следы от мокрых ног после душа, его смех, его карие глаза, его тёплые ладони, когда они переплетались с его пальцами. Раньше он не знал, что такое возможно — просто сидеть с человеком и не говорить ничего, и чувствовать себя счастливым.

— Русь, — сказал он однажды вечером, когда они лежали на кровати, переплетённые ногами, и Даня перебирал его тонкие пальцы, рассматривая каждую линию на ладони. — Такой ты хороший у меня. Самый уважаемый и любимый.

Руслан приподнялся на локте и поцеловал его — легко, в уголок губ.

— Господи, кот, какой ты сладкий стал, — сказал он.

— Это ты меня разбаловал.

— Я? — Руслан притворно удивился. — Я вообще-то тиран и деспот. Я заставляю тебя есть помидоры.

— Ты их сам не ешь.

— Это не важно. Главное — я заставляю.

Даня засмеялся и притянул его к себе. Руслан уткнулся носом ему в шею и вздохнул.

— Знаешь, — сказал он тихо, — я раньше думал, что никогда не смогу с кем-то жить. Я слишком… не знаю. Странный. Я слушаю старый плеер, смотрю «Маму в 16», выгуливаю чужую собаку. Кто вообще такое выдержит?

— Я, — сказал Даня.

— Ты, — согласился Руслан. — Ты вообще ненормальный. Ты бросил невесту ради парня, который испёк тебе кекс.

— Лучшее решение в моей жизни.

Руслан поднял голову и посмотрел на него. В его глазах было что-то такое, от чего у Дани сжималось сердце.

— Правда?

— Правда.

Руслан улыбнулся — широко, по-настоящему, — и снова уткнулся ему в шею.

— Ладно, — пробормотал он. — Тогда я тоже скажу. Ты лучшее, что со мной случилось. Даже лучше Розы. Но ей об этом не говори.

— Не скажу, — пообещал Даня.

Где-то на фоне играл плейлист Руслана, и Даня уже знал наизусть каждую песню. Ему казалось, что он наконец-то там, где должен быть. Он проваливался в тёплую, липкую темноту, в которой больше не было места страхам.

---

Утром Руслан, как обычно, встал раньше. Даня проснулся от запаха кофе и яичницы. На кухне что-то шипело и пахло так, что желудок сразу заурчал. Он выполз из постели, натянул первую попавшуюся футболку — она оказалась футболкой Руслана, слишком большой и пахнущей им, — и поплёлся на кухню.

Руслан стоял у плиты в одних трусах и огромной футболке, которая сползала с одного плеча. Он что-то напевал себе под нос и лопаткой переворачивал яичницу. На столе уже стояли две кружки с кофе, тарелка с тостами и маленькая вазочка с вареньем.

— Доброе утро, — сказал Даня, подходя и обнимая его со спины.

— Не доброе, — отозвался Руслан, не оборачиваясь. — Ты почему встал? Я хотел принести тебе завтрак в постель.

— Ты каждый день хочешь принести мне завтрак в постель. И каждый день я встаю раньше.

— Потому что ты не ценишь мою заботу.

— Я ценю. Просто хочу есть вместе с тобой.

Руслан повернул голову и посмотрел на него. Его волосы были в ещё большем беспорядке, чем обычно, на щеке отпечаталась складка от подушки, и он был самым красивым человеком, которого Даня когда-либо видел.

— Ладно, — сказал Руслан. — Тогда садись. Я почти закончил.

Даня сел за стол и взял тост. Руслан поставил перед ним тарелку с яичницей и сел напротив, подперев щёку кулаком.

— Ешь, — сказал он. — Тебе сегодня на работу.

— Не напоминай.

— Напомню. Кто-то же должен меня содержать.

Даня улыбнулся и принялся за еду. Руслан смотрел на него и тоже улыбался.

— Что? — спросил Даня с набитым ртом.

— Ничего. Просто смотрю.

— На что?

— На тебя. Мне нравится.

Даня почувствовал, как краснеет, и опустил глаза. Руслан засмеялся и откусил свой тост.

— Ты такой милый, когда смущаешься, — сказал он.

— Не называй меня милым.

— Не буду. Ты страшный и опасный. Как такса Роза.

— Роза — самая добрая собака на свете.

— Вот именно.

Они доели завтрак, и Даня пошёл собираться. Руслан остался на кухне — мыть посуду, хотя Даня сто раз говорил, что помоет сам. Он всегда мыл посуду. И всегда говорил, что это «его территория», и нечего тут лезть.

Даня оделся, взял сумку и остановился в дверях. Руслан выглянул из кухни.

— Ты забыл что-то?

— Нет. Просто хотел посмотреть на тебя ещё раз.

Руслан фыркнул и махнул рукой.

— Иди уже. Опоздаешь.

— Пока.

— Пока, кот. Вечером увидимся.

Даня вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. На лестничной клетке он прислонился к стене и улыбнулся. Он не знал, что будет завтра. Но точно знал, что вечером вернётся сюда, и Руслан будет ждать его с ужином, с любимым плейлистом, с какой-нибудь глупой сплетней, с объятиями, от которых становилось тепло.

И этого было достаточно.