Как ослеп Иден Элли

Как ослеп Иден Элли

Артем Большаков (@starikvmore)



Входя в зал, каждый ловил на себе его взгляд, и каждый мог прочувствовать его настроение. Видимо, что-то случилось. Он стоял замерши, безмолвно наблюдая за гуськом входящих детей из-под свисающей, как сарайная крыша, надбровной дуги. Он был небрит, не причесан, и лысина виднелась под редкими рыжими волосами; одежда тусклым мешком висела на нём, приоткрывая только покрытые старческими точками сухие жесткие руки и венозную седую шею. Когда гул в зале чуть усилился, он издал резкий короткий вопль, в момент заставивший всех в зале умолкнуть. Вскоре снова начали перешептываться, и тогда он пресёк их, выгнав тем же гуськом из зала и заставив входить заново. 

"Что это с ним сегодня?" - сказал Иден Элли, низкий шестиклассник с нахлобученной на лоб черной кепкой, закрывающей лицо. Чтобы разглядеть что-либо перед собой, он высоко поднимал подбородок вверх. Иден Элли давно привык так существовать, и потому это не вызывало у него дискомфорта, и, более того, придавало хоть и глупое, но отличие от остальных, таких же низких и худых шестиклассников.

"Снова месячные", - ответил Идену Элли сосед Касу. Если попросить Идена снять кепку и встать возле Касу, то их матери не смогли бы понять, где один, а где другой. У Касу во всю левую щеку было родимое пятно, будто прижжённое при рождении. Пятно почти достоверно повторяло контур Африки. 

"В тишине заходим в зал", - прошипел ответственный за гусек полный светлый мужчина с бульдожьими щеками. Касу что-то шепнул Идену Элли, и тогда ответсвтенный схватил Касу за руку и прошипел снова: "Не понимаешь простых слов?" Кислое дыхание обдало мальчиков.

Все зашли и расселись. Рыжий управляющий в эти минуты нагонял особый дискомфорт, одним взглядом раздевая и пристыжая. Он встал напротив первого ряда и начал то, что начинал уже сотни раз. Называлось это разговором и проходило раз в неделю. Он много ругался - в последние дни натворили много плохого. Кто-то нарисовал на ступеньках театра свастику. Кто-то дрался, кто-то бил девочку. В общем, было на что злиться и было за что ругать. Он резко и бесцеремонно стыдил провинившихся, угрожал исключениями и самой низкой жизнью, и в середине сказал то, что Идену Элли запомнилось больше всего: 

"Я вижу, что некоторые из вас не понимают человеческий язык. Некоторые из вас привыкли вести себя как животные, и говорят как животные, и друг для друга - не более, чем животные. Я не люблю переходить на этот язык, но знайте: я умею, и, если будет нужно, церемониться не стану". 

Даже двенадцатиклассники вышли тогда с каким-то гадким чувством, не говоря уж о младших в школе шестиклассниках - которые всегда находились под самым пристальным надзором. Отбой, в качестве наказания, был в девять. Бульдожьи щеки собрал телефоны и ходил по комнатам, проверяя, все ли в кроватях . Иден Элли встал в туалет. Бульдожьи щеки встретил его на выходе из комнаты, и, хоть, Иден Элли знал, что он имеет на это полное право, что-то внутри него щелкнуло и замкнулось. Он воровато пробежал в туалет. 

"Что делаешь тут?" - зайдя в туалет, сказали бульдожьи щеки. "А ну, что делаешь тут?" - он застучал в дверь кабинки. "Если я почувствую курево, ты не представляешь, что с тобой будет, Иден. Ты не представляешь! Открыл быстро дверь!" - он с силой забарабанил по двери, и тогда Иден Элли открыл её. 

"Поссать нельзя, а?" - Иден Элли оттопырил нижнюю губу и оголил ряд идеально белых зубов.

"Сними эту идиотскую кепку, бандит" – презрительно дергая щекой, сказал бульдожьи щеки, не выпуская наружу. 

"Я спать хочу, может, дашь мне пройти?" - сказал Иден Элли. Сначала он хотел толкнуть его, но кислый удушливый запах дыхания будто отрезвил.

"Сними кепку и покажи мне её, бандит. Я вашу породу прекрасно знаю," – бульдожьи щеки потянулся за кепкой, но Иден Элли увернулся и отскочил от него в глубь туалета. Момент они стояли так, глазея друг на друга. Распахнутые глаза Идена Элли сверкали в полутьме. Бульдожьи щеки внешне был презрительно спокоен, а губы искривлялись в ухмылке. Мальчик боялся его выкаченного наружу живота и болтающихся щек. Он думал, они готовы в секунду придавить его к стене, задушить и всё равно отнять кепку. Иден Элли пошел на встречу: снял кепку и продемонстрировал её внутреннюю часть, поднося козырьком к носу бульдожьих щек. Каким бы бульдожьи щеки не был большим, нельзя показывать свою слабость, считал Иден Элли. "Он сделает со мной все, что ему надо, но не так легко" – думал он. Бульдожьи щеки, как только кепка коснулась его носа, выхватил её из рук Идена Элли.

 "Эй!" - запротестовал Иден Элли, прыгая за кепкой и касаясь животом пуза бульдожьих щек. "Ты ублюдок", - вырвалось у него чуть слышно. 

"Научись себя вести и тогда получишь её обратно, бандит" - услышал Иден Элли, переполняясь ненавистью и видя удаляющуюся спину. 

"Я ничего не сделал!" - закричал Иден Элли так громко и пронзительно, как смог. - Ты ублюдок, слышишь? Ты мразь!"

Бульдожьи щеки развернулся на месте и с удивлением произнес: 

"Тебе что, бандит, не достаточно еще? Я поставлю тебя на ночь стоять в зале, еще раз услышу крик, понял? В кровать! В кровать! Быстро!" – он пошел на мальчика, размахивая руками, в одной из которых держал кепку.

Иден Элли громко открыл дверь, с размаху захлопнул ее и забрался в кровать. 

"Не обращай внимания", - сказал Касу. - Они тут все такие". 

Утром в коридоре слышны её шаги. Как назло, просыпаешься всегда за минуту до того, как она зайдет. Хлопает соседней дверью, произносит излюбленные ею фразы и вымораживает тебя изнутри: чтоб быстро поднялся, чтоб обязательно убрался (будет проверка!) и не ленился. Так начинается новый день Идена Элли в Кфар Барухе. Необъятная Миранда появляется на пороге, и ею зажигается свет. Он жжет умиренные темнотой глаза. Спящие отворачиваются, бурчат и укутываются сильней в простыни. Она подходит к Идену, забившемуся в угол и назло не реагирующему на её слова: чтоб быстро поднялся, обязательно убрался (будет проверка!) и не ленился. Тяготея так над каждым, она делает круг, поочередно касается и трясет спины, и удаляется. Сосед вскакивает с койки и бьет по выключателю со злостью, направленной на Миранду. Комната снова входит в свой ночной режим. Ничего не напоминает им о скором подъеме, а сладко-терпкий запах Миранды они давно научились игнорировать. 

Рано или поздно приходится подняться. Собираются в нижнем зале. Миранда пересчитывает всех и гуськом они идут на завтрак. Когда они, набив рты чем попало, выходят из столовой и попадают на территорию школы, Миранда счастливо выдыхает. Там заканчивается её юрисдикция - 30 человек переходят под ответственность хохлушки Марины. 

"Пиши, что сидишь?" - может она сказать кому угодно, подойдя на уроке. 

"А сдалось оно мне?" - может ответить любой. 

"Как будешь к экзамену готовиться? - подняв брови и будто удивляясь ответу, может сказать она. 

"К экзамену? Не знаю…"

"К экзамену, к экзамену, как готовиться будешь?" - скажет Марина, покачает головой и продолжит писать на доске. 

"Всем все ясно?" - повернется Марина к классу, выждет три секунды и убедится, что всем все ясно. 

Парясь и прокисая, застывая на месте и балдея, сидит Иден Элли за партой, краем уха слушая то, что никто, как бы не пытался, не поймет. Втирает что-то хохлушка, смешно говоря на иврите, крутится около доски, на хлеб себе зарабатывает. 

"Да что с вас брать", - скажет Марина себе под нос на русском. Класс её поймет. 

"Затрахало, я ухожу" - внезапно стукнет Касу по столу, рассмеется и рассмешит всех. Уходя из класса, он почувствует спиной выталкивающий его за дверь взгляд.

"Куда пошел?" – закричит хохлушка. Вздохнет, перекладывая папки на своём по кругу. "Хоть кто-то хочет учиться?" – встанет она перед классом и мертвенным голосом спросит. "Что выйдет из вас? Уборщиками, дай бог, будете".


Звонок. Иден Элли в поисках Касу вышел за территорию школы. Ухо дернулось, когда услышало: 

"Эй, ты! Ты чего не в школе? А ну иди сюда!" 

Иден Элли зашагал быстрее, подальше от голоса. Пройдя достаточно и, вроде, оторвавшись, он успокоился, и, оглядываясь, замедлил шаг. Начало весны нравилось ему. Теплый ветер обдувал лицо, солнце светило мягко и нежно. Он думал о своей кепке. На уроке мысли о ней не давали покоя. "Ублюдок", – тихо повторял, пока шел. "Может, сейчас пойти к нему, попросить? Наорёт, почему не в школе. Даже если это перемена будет, все равно наорет".

"Так-так, ну-ну", - прорычал голос со стороны, прямо возле него, Иден Элли отпрянул и замер. Рыжий управляющий стоял напротив него, расставив руки. Его морщины собрались вокруг век, делая его лицо особенно страшным. Иден Элли видел каждый волосок на его раздутых бровях.

"Кто разрешил тебе скитаться тут без дела?" - он сразу поднял голос и направился к мальчику.

"Сейчас перемена", - замирая, ответил Иден Элли. Ноги дрожали, но он старался сдерживать их. Пот стекал по лбу, но он тут же вытирал его. Выпучив глаза, он отошел подальше от управляющего.

"Врешь. Перемена кончилась двадцать минут назад. Какой класс?" 

"Седьмой".

"Врешь. Кого ты пытаешься обмануть, идиот?" 

"Шестой-В", - медленно отходя назад, через силу дыща и сдерживая дрожащие ноги, отвечал Иден Элли. Он сам не знал, зачем соврал. Наверное, потому, что знал: будут проблемы. Постой-ка. С какой стати бояться кого-то? Он – одна большая проблемная проблема. Балласт, тянущий даже тут все книзу. Он подумал рвануть подальше, выбежать за ворота и подохнуть где-нибудь в кустах, но - 

"Тебе с твоим дружком грозят проблемы, Иден," – управляющий с грустью смотрел на него. "Пойдем". Он взял Идена Элли за запястье. Толстые пальцы были шершавыми и чуть потными.

"Я пойду сам", – сказал Иден Элли. - "Отпусти меня". Управляющий отпустил.

Иден Элли плелся за его спиной по дорожке в сторону школы. "Лучше пусть выправит меня отсюда, чем я буду сидеть в классе с этой русской," – думал Иден Элли. Они проходили мимо отрытого театра с замусоренной сценой и каменными, раскаляющимися под солнцем, сиденьями. Иден Элли рефлекторно искал знакомые лица.

Бритая голова показалась на фоне ярко-зеленых кустов. Иден Элли разглядел притаившегося Касу. Идя за спиной у управляющего, он жестом показывал Касу спрятаться получше и подождать секундочку. Ближе к выходу из театра Иден Элли немного отстал, а когда нога управляющего коснулась ведущих к школе ступенек, он рванул в сторону. Рванул и Касу. Через полминуты они были на другом конце территории интерната.

"Нахер этого рыжего", – по-детски долго и открыто смеясь, сказал Иден Элли. - Слишком много он себе воображает, а на деле хрена моего не стоит".

"Все, полетит твоя задница в другое место!" – отвечал Касу. - А если увидит нас вместе, то и моя заодно".

"Не в первый, не в последний. Да какая разница? Везде одно и то же. Только названия разные".

"А чего ж ты хотел?"

"Ты знаешь, Касу. Того же, что и все. Вот мы хотим, и понимаем, как сильно. А те, у кого есть, тем все равно. Разве честно это?" – Иден Элли поднял с земли камень и запустил его как можно дальше.

"Вот сейчас все хорошо. Делай, что хочешь. Никто не увидит".

"Не то это. Какая ж свобода, если снова в другое место переться? Одного хочу…" Предвкушение разговоров для галочки душило Идена Элли. "Это место не для тебя, прости". "Возможно, в другом будет тебе лучше".

"Курить хочешь?" – сказал Касу.

"Ты еще спрашиваешь?"

По самой пустынной в интернате дорожке они дошли до старого здания винодельни. Тут можно было забраться на крышу и посидеть на ней. Подпрыгнув до блока кондиционера, Иден Элли зацепился за его края, Касу подтолкнул его, и так он оказался на крыше и помог забраться другу. Сев на краю крыши с другой стороны, выходящей на пейзаж залитых солнцем холмов и домиков, Касу сделал крутку и зажег её. Ноги свисали над дорожкой, высота была небольшая – но достаточная, чтобы разбиться при падении. Каждый делал несколько затяжек и передавал другу.

"Пс, смотри" – сказал Иден Элли и показал на лениво плетущегося в тени крыши рыжего жирного кота.

Касу улыбнулся и приложил указательный палец ко рту. Он встал, а когда вернулся и сел, в его руках было несколько камушков. Кот обнюхивал что-то прямо под ними. Три досталось Идену Элли, а четыре взял себе Касу. Правда, один камень у Идена Элли был размером как два у Касу.

"На три" – прошептал Касу, показал сложенный кулак и раскрыл один палец, два…

Сердце Идена Элли забилось так, как не билось при встрече с управляющим. Кровь прилила к голове, обостряя все его чувства. Он мигом забыл о кепке, скором выговоре и уезде… Он видел только этого ленивого жирного кота, наивно обнюхивающего что-то в кустах. Будет, наверное, только одна попытка. Он сжал в руке самый большой камень. Сжал до боли, до онемения в кисти.

… три.

Размах, восторг, свист, восторг. Касу попал первым: камень ударил кота по лапе, тот взвыл и ринулся прочь. Камень Идена Элли глухо упал на асфальт, только задев кошачье ухо и еще больше напугав его. За доли секунды убежав подальше от того места, он захромал и принялся зализывать ушибленное место где-то в тени дерева. Оставшиеся камни отчаянно полетели в его сторону.

"Вот зараза", – держа во рту дотлевающую крутку, по-доброму улыбаясь, обратно сел Касу.

"Может, догоним еще", – сказал Иден Элли.

Они спустились и продолжили шататься по территории. Ходили по узким аккуратным дорожкам, и заглядывали в редкие свежие леса, были возле склонов и большущих валунов. И все время не переставая болтали. "Почему-то нравится мне это место", - подумал Иден Элли. "Наверное, жаль будет уезжать. Да Касу неплохой, оказывается". Касу снова предложил покурить, и он не отказался.

"Бог даст, еще встретимся где-нибудь", - сказал Иден Элли.

"Переезжая по паре раз в год - почти наверняка".

"Ты только не отставай"

На этот раз они присели возле какого-то сарая. Уже начав курить, откинувшись на стенку под тень крыши, Касу вдруг умолк, весь напрягся и ударил ногой по ноге Идена Элли. Из-за угла, в каком-то забытье, немного прихрамывая, вышел тот самый рыжий кот. Он проходил в каких-то десяти метрах от них, или не замечая, или провоцируя на игру - так им казалось. Касу начал собираться вокруг себя камушки и рассовывать их по карманам. Делал он это быстро, ловко и незаметно. Глаза мальчиков заискрились. Старались не дышать и выждать нужный момент. Кот остановился возле куста, обнюхал и мирно завалился под него. Теперь уж точно ошибки быть не может. Касу снова отсчитал до трех, и мальчики рванули на кота. Закидывая его камнями, они, совершенно не помня себя и переполняясь волнением и счастьем, чистым задором, гнались по тропинкам, камням, кустам за неподдающейся жертвой. Они выворачивали себе ноги и руки, больно падали и кололись, но ни на момент не останавливались. И чувствовали себя прекрасно. Травля продолжалась десять минут, и закончилась тем, что уже полудохлый от усталости кот загнал сам себя в угол.

Еле дыша и стирая пот, они наблюдали, как кот заходит на полусогнутых все дальше в угол какой-то бетонной стены. Они всматривались в него, изучали и любили.

"Ну же, кидай!" – крикнул Касу.

"Нет у меня ничего", - он показал пустой карман.

По лицу Иден Элли понял, что у Касу тоже.

В момент, когда они стояли, злясь друг на друга и думая, как будут хватать его, кот ринулся в узкую щелку между ними. Иден Элли бросился наперерез, и кот приземлился ему на лицо.

Иден Элли извивался под отчаянной хваткой рыжего кота. Тот намертво впился ему в лоб и щеки, зверски раздирая их кривыми длинными когтями. Очевидно, рыжий смирился с судьбой и хотел только даться как можно тяжелей. Иден Элли кричал. Касу пинал кота и закидывал его найденными в панике камнями, ломая кости и болью еще больше сводя его с ума. Ничего не помогало. Кот начал вгрызаться в глаза и брови. Иден Элли вопил и умолял, как мог, Касу сделать что-нибудь. Капли крови попадали на землю вокруг, на стену и кусты. Касу разбежался и уже в истерике пнул кота в бок. Тот взвизгнул, подпрыгнул, снова приземлился на лицо и разодрал губу Идена Элли задней лапой на две ровные части. Котовья шкурка побагровела. Касу сложил две руки на ободранной шее кота и сжал. Долгий хрип продолжался пока кот уродовал Идена Элли. Кот впивался когтями, не обращая внимания на душащие руки, пока не упал на землю. Его морда, лежащая в песке и пыли, выражала столько умиротворения и спокойствия, словно он просто уснул на коленях любящего хозяина.

Закрывая руками лицо и вереща в агонии, Иден Элли забивался в угол бетонной стены. Там была тень, было мокровато и прохладно. Кровь стекала по сомкнутым ладоням и впитывалась в землю, образуя быстро разрастающееся блекло-красное пятно. Так ослеп Иден Элли. 


Авторский канал в телеграме: @Starikvmore (t.me/starikvmore) Подпишись! Вместе нас ждет длинный и потрясающий путь.

Автор: @champagneboi (t.me/champagneboi) vk.com/bolshakov_32 instagram: x_champagneboi_x