jakehoon x reader — caught between

 [warning: упоминание абьюза (со стороны девушки), травмы, нездоровые отношения, т/и предъявляют обвинения, полицейский джейк, жертва сонхун ] 

Это не должно было произойти. Т/и не должна была разозлиться так сильно, вспыхнуть гневом так внезапно, сделать то, что казалось немыслимым. 

— Вы признаете, что оставили господину Паку те травмы? — обратился к ней офицер, смотря пронзительным испытывающим взглядом. Девушка, наоборот, выглядела не такой уверенной: глаза на мокром месте, почти ничего не видит перед собой из-за слез, нижняя губа уже вишневого цвета от того, как часто она кусала ее в попытках успокоиться. Тщетных попытках. Руки трясутся, страшно, а что говорить? 

— Сонхун в три раза шире меня, как вы могли такое предположить? 

Т/и выбрала защищаться, даже если все это — ложь. 

Офицер тяжело вздохнул. Он мог бы повестись на ее слова. Парень Т/и — Сонхун — выше ее на голову, что уж говорить о накаченных больших руках, широких плечах и, казалось, непоколебимой фигуре? Как только они оба появились в участке, мужчина усмехнулся. Не верилось, что девушка была способна на такое чисто физически. Но заявление было составлено сестрой Пака, проигнорировать донос родственника было нельзя, вдруг парень и вправду в опасности. Хотя это вызывало лишь смех. 

— Наши эксперты зафиксировали у господина Пака ссадину на скуле и гематомы на задней левой части предплечья, спине и бедре. Вы причастны к этим травмам? 

Офицер продолжал давить, специально описывая девушке все, что он знает, думая так ее расколоть. И Т/и запереживала. 

— Нет. 

— Вы знаете, как он получил эти синяки? Он ваш парень, вероятно должен был поделиться. 

Девушка снова не торопилась с ответом. В комнате резко стало нечем дышать, стены давили. Что если Сонхун сказал им не ту версию, которую сейчас выдаст Т/и? Полицейский поймет, что она лжет. Посторонним людям трудно объяснить в каких отношениях находится пара. Они, как два огня, Т/и даже ярче, чем Сонхун. Но каждый раз после очередной ссоры она искренне раскаивалась в своих вспышках гнева. В тот вечер Т/и не хотела, чтобы все так закончилось. Они с Паком повздорили.

 Словесная перепалка не должна была закончиться рукоприкладством, но Т/и была на взводе. Девушка бросила вазу в стену за спиной Сонхуна. Она не целилась в него, но и не могла предположить, что осколок заденет щеку. Пак даже не стал спрашивать, сошла ли она с ума: он знал — да. Т/и, как яд проникает в его вены, отравляя с каждым днем все больше, но, как известно, принимая яд в небольших количествах, можно выработать иммунитет. Вероятно, парень единственный человек на всей Земле, кто имеет его. Т/и не найдет того, кто будет также терпим к ней, как Пак, но и Сонхун, так привык, что не откажется от девушки, даже если она почти убьет его — теперь парню это нравится. 

Сонхун не без эмоциональная кукла для битья. Он ответил пылким злостным комментарием, от чего Т/и громко ахнула. 

— Так ты со мной разговариваешь?! — вспыхнула она, двинувшись на Пака. От неожиданности он не удержался на ногах, когда Т/и толкнула его. Парень в печатался левой стороной тела в полки. Книги, статуэтки и декоративная посуда посыпалась вниз, что-то ударило Сонхуна еще больше. Он застыл, расставив руки в стороны, чтобы удержать саму полку от падения. Наконец-то замерла и Т/и, чувствуя, как атмосфера между ними внезапно изменилась. Воздух стал тяжелее, свет, будто темнее, но Сонхун по прежнему молчал. Тень от волос упала на его лицо. Он отклонился назад, спиной поставив полку на место, выпрямившись. Наконец-то его глаза устремились на Т/и, заставив холодок пробежаться по спине девушки. По щеке стекает кровь, взгляд тяжелый, а широкая мускулистая грудь вздымается в глубоких тяжелых вдохах. Сонхун очень зол. Встречаясь так долго, Т/и знала это наверняка. Медленно переступив беспорядок, что валялся под ногами парня, он подошел к девушке, возвышаясь над ней. Теперь Т/и отчетливо видела как вздулась вена на его виске, как от злости покраснела шея. В этот раз девушка не знала, сможет ли избежать ответной реакции, ударит ли Пак ее? Он резко положил ладони на ее предплечья, взяв хрупкую фигуру девушки в свои руки, не отрывая от нее взгляда. Секунда. Сонхун наклоняется к ней и целует с напором и силой. Т/и чувствует, как на ее щеке отпечаталась его кровь и блаженно закрывает глаза. Ощущения смешались, губы саднили, Пак терзал их, кусая и оттягивая. Парень легко поднял Т/и вверх, она схватилась за его шею и окольцевала ногами талию. Сонхун не отстранился даже для того, чтобы посмотреть себе под ноги. На полу осколки, упавшие предметы, но парень больше переживал о том, чтобы не поранилась Т/и, чем о себе. Остановился он у кухонного острова, положив на него девушку — выдержки дойти до спальни просто не было. Сонхун зол. Зол так, что единственная разрядка, которая спасет его от ответной реакции в сторону Т/и — это взять ее здесь и сейчас. 

— Он занимается в спортивном зале, там и травмируется. Сонхун оттуда не вылезает, все время с синяками. — Т/и тяжело сглотнула слюну, дав ответ на вопрос полицейского. А что еще сказать? Правду? Бессмысленно. Он решит, что девушка тиранша, и будет прав. Да и как объяснить ему, что пара зависима от этих ссор? Вряд ли ему интересны подробности их сумасшедшей сексуальной жизни. 

— У нас есть свидетельство младшей сестры господина Пака и видео, в котором он признается, что это вы ударили его. 

Т/и сразу поняла, что на нее донесла сестра Сонхуна — это очевидно. Она единственная, кто так яро лезет в их отношения время от времени. Ну, кроме Шим Джеюна. 

— Когда ее отпустят? — Сонхун старался не показывать эмоций и говорить спокойно. — Я не предъявляю ей никаких обвинений. 

— Еще бы, я бы тебя убил. — прошипел Джеюн, заполняя форму в своем компьютере. Пак на другой стороне стола, пишет письменный отказ от предъявления претензии Т/и. Парни встретились взглядами, Сонхун на слова бывшего лучшего друга лишь повел бровью. 

— У Т/и возникнут огромные проблемы, если ты не погоришь с сестрой. Но сделай всё тихо, успокой ее. Она пришла писать заявление вся на нервах, почти плача за тебя. 

Сонхун усмехнулся. 

— Я сам разберусь, как мне разговаривать с сестрой. Когда выведут Т/и? Мне нужно забрать ее домой. 

Джеюн устало вздохнул. Теперь, когда они с другом в ссоре, желчь то и дело просачивалась в их разговор. Шим откинулся на спинку стула. 

— Я не знаю. Начальник смены привязался к этому делу, непонятно, что на него нашло. 

Все в груди перевернулось верх дном. Сонхун боялся, что с Т/и произойдет что-то неприятное. Ее допрашивают, как преступницу, а он ничего не может сделать. Телефон Джеюна завибрировал. 

— Пойду посмотрю, что там. 

Пак даже не посмотрел на него. Они оба оказались в сети одной девушки. Лучшие друзья, которые прошли огонь и воду — все вместе, теперь не могли спокойно находиться в присутствии друг друга. Т/и всегда была плохой девочкой: в школе, на первом году университета — тогда они и познакомились. Сонхун и Джеюн не знали, тот поход в клуб вечером субботы был благословением или их вечным проклятием? Т/и была с подругой, они общались вчетвером, но парни не признались друг другу, что в тайне взяли ее номер. Оба. Они общались, созванивались, встречи заканчивались в отелях и было лишь одно условие — не говорить о нас. Т/и молчала о Джеюне, когда была с Сонхуном, она не говорила о Паке, когда была с Шимом.  Она выбирала, пробовала обоих на вкус. И парни молчали: потому что Джеюн первым заговорил с ней, а Сонхун был оставлен на подругу. Т/и притягательная, Пак не смог устоять. Джеюн в свои двадцать ощущался, как свобода, как мальчишеская игривая улыбка, как шутки, заставляющие забыть о переживаниях. Сонхун был, как всегда, собран и сосредоточен, молчалив и пах ответственностью, но было в нем что-то темное, что идеально подошло темноте в душе Т/и. Наверное, поэтому она выбрала Пака, оставив Шима с разбитым сердцем. 

«Я был первым» — слова Джеюна до сих пор звучали эхом в голове обоих. 

«Я буду ее последним» — сказал, как отрезал Сонхун. Он знал, что Шиму никогда не справиться с характером Т/и, но он даже не дал ему попробовать, вцепившись в девушку, как хищник в жертву. Но…в их отношениях не было жертвы, оба стоили друг друга. 

— Пак Сонхун отказался от обвинений. — с порога сказал Джеюн, открыв дверь допросной. Его взгляд сразу устремился на начальника, но он ощущал глаза Т/и на себе — это заставило воздух покинуть его легкие. 

— После всего того, что мы нарыли?! — вспыхнул полицейский, ударив по столу. 

— Да, он уже заполнил все документы. — Шим старался отвечать спокойно. Лишь на мгновение он посмотрел на девушку. Она на грани слез. 

— Можно мне к нему? Пожалуйста… — подала она голос, прерывистый от страха. — Мне нужно увидеть моего любимого. 

Джеюн с силой сжал челюсть, сложив руки на груди. Он все еще стоял в дверях, ожидая, когда сможет вывести девушку отсюда. Она специально назвала так Сонхуна, Шим просто это знал. Т/и никогда не оставит этих игр в ревность, даже сейчас, когда они втроем поневоле оказались в одном помещении. Они не общались годами и встретились здесь — в полицейском участке. 

— Держи ее, не дай Бог она от злости накинется на парня прямо в зале ожидания. — шепнул начальник, раздраженный тем, что не смог довести дело до конца. Мужчина ушел первым, оставив Джеюна один на один с Т/и. 

— Пойдем, Т/и. — несмотря на приказ, нежно позвал он ее. — Сонхун ждет тебя, вы едете домой. 

— Правда? — сказала она с надеждой в голосе. Парень со вздохом кивнул. Когда она подошла к двери и поравнялась с Шимом, то сказала: 

— Я всегда знала, что ты прикроешь нас, офицер Шим. 

Обычно игривый голос девушки сменился уставшим, легкая улыбка появилась на ее лице. Она всегда называла Джеюна так, даже когда до полицейского значка Джеюна отделяло еще четыре курса университета. Вспыхнули былые воспоминания. Годами Шим изводил себя воспоминаниями о том, что было между ними с Т/и. Сейчас, когда она так близко, когда Сонхун в зале ожидания, не зная, что происходит в допросной, Джеюн сорвался. Он резко поставил руку на косяк двери, перегородив проход девушке. Она вскинула на него глаза. 

— Жду благодарность. 

— Что? — фыркнула с усмешкой Т/и. 

— Благодарность за спасение. 

Глаза Джеюна потемнели. Девушка посмотрела на него, на руку и снова на него. 

— Не слышал в чем меня обвиняют или не боишься? 

— Даже если ты меня ударишь — это все равно касание. Я мечтаю почувствовать твои руки на себе вновь. 

От внезапного признания Т/и замерла. Парень явно не шутил, но… 

— Я сумасшедшая, но не настолько. Даже не знаю, что будет хуже: самой ударить полицейского или чтобы это сделал Сонхун? 

— Он не узнает, Т/и, пожалуйста. 

В его воспоминаниях она была, как призрак, последующий его каждый день. Одиночество изводило Джеюна, но ни с кем другим он не чувствовал себя также, как с Т/и — получался замкнутый круг. 

Но вместо того, чтобы подчиниться, девушка нагнулась, пройдя под рукой Шима. 

— Я выбрала его и своего мнения не изменю. Я люблю Сонхуна, так нездорово, так сильно, как ты не можешь себе представить. 

Она выдержала паузу, видя, как постепенно осунулось лицо Джеюна. 

— Куда идти? — огляделась она в коридоре. 

— Направо. — собрав себя, четко произнес Шим. Было глупо надеяться, что Т/и подарит ему хотя бы дольку своего внимания. 

// я вообще не планировала начать серию фанфиков с ТАКОГО, но вдохновению не прикажешь, верно?