История Гетти

История Гетти

Agregator

Упоминание фамилии Гетти перво-наперво рождает одну конкретную ассоциацию: отрезанное ухо. Подобно сюжету линчевского «Синего бархата», любой пересказ этой истории ввинчивается в ухо, некогда принадлежавшее Джону Полу Гетти III, и лишь ­затем вывинчивается из него, утяжеленный гроздью других подробностей. И Линч тут не для красного словца. В одной из главных ролей в «Шоссе в никуда» он задействовал наследника Гетти в следующем колене – Балтазара Гетти, сына человека с ­отрезанным ухом. 

Ввинтившись в ухо поглубже, мы обнаружим себя в начале XX века, у самого истока семейной истории. В 1904 году преуспевающий адвокат из Миннеаполиса Джордж Франклин Гетти 49 лет от роду собрал весь свой капитал и приобрел лицензию на пользо­вание недрами участка земли в Оклахоме (за три года до этого там нашли нефть). Чудачеством этот поступок назвать нельзя –­ в конце концов, основатель клана был самым нормальным из Гетти, не пил, не курил и исправно посе­щал церковь. Скорее, им двигал ­трез­вый расчет капиталиста-пассионар­ия. Джордж был клас­сическим героем эпохи первоначального накопления: именно такие ничем не примечательные трудяги наваривают первые миллионы на растерзание распущенному потомств­у. На своем нефтяном Клондайке немолодой предприниматель разбогател мгновенно: 1100 акров земли давали по 100 тысяч баррелей в месяц, и уже через два года Джордж перевез семейство в Лос-Анджелес. 

У Джорджа и его жены Сары было двое детей. Дочь умерла от брюшного тифа еще в Миннеаполисе, а сын, названный – по-французски модно – Жан-Полем, начал демонстрировать незаурядные таланты уже в юности. В 14 лет однокашники прозвали его «Гетти-словарем» за любовь к чтению; впоследствии Жан-Поль свободно говорил на французском, немецком и итальянском, мог поддержать беседу еще на четырех языках, включая русский, и читал античных авторов на латыни и древнегреческом. Отучившись в Оксфорде вместе с будущим королем Великобритании ­Эдуардом VIII, блистательный наследник съездил в гранд-тур по Европе и Египту, англи­цизировал имя, став Джей Полом, и осенью 1914 года занял у отца $10 тысяч на расширение семей­ного бизнеса в ­Оклахоме.

История фартовой семьи капиталистов стала превращаться в сагу с голливудским антуражем, психосексуальными мотивами и странными пунктами в завещаниях.

Безумие Гетти начинается! Свой первый джекпот 22-летний удачник сорвал ровно через год: на купленном им участке неподалеку от городка Хаскелл в августе 1915-го нашли нефть. Еще через год полученные комиссионные сделали Джей Пола миллионером, а к началу 1920-х он приумножил капитал как минимум втрое.


Джон Пол ­Гетти III (уже без уха) в ­отделении полиции в Риме, 1973.
За что пьет Джей Пол Гетти на этом снимке – неизвестно. Наверное, за бережливость, 1960.

К концу 1920-х старому Гетти стало очевидно, что личная жизнь его сына складывается в подозрительную шараду. В течение пяти лет Джей Пол успел жениться трижды, и каждый раз на старшекласснице. Джанетт Дюмон было 18, они поженились в 1923-м и развелись в 1926 году. С 17-летней Эллин Эшби у Джей Пола был курортный роман: они поже­нились в 1927-м и развелись уже на следующий год. Затем Джей Пол женился на Адольфине Хелмле, с которой прожил четыре года. Свадебные синкопы продолжились и в 1930-х: с четвертой женой Энн Рорк серийный семьянин ­пробыл в браке еще четыре года – с 1932‑го по 1936-й. И только с жено­й номер пять – Тедди Линч – прове­л в браке два десятилетия, а развелся лишь в 1958‑м, в год смерти их 12-летнег­о сына, скон­чавшегося от опухоли ­головного мозга.

Похоже, интерес к своим узаконенным спутницам Гетти терял, едва выйдя за порог церкви. Разумеется, у Гетти-отца такой матримониальный разврат не мог вызвать ничего, кроме праведного гнева и отвращения. В итоге умерший в 1930 году патриарх оставил сыну лишь $500 тысяч – одну двадцатую своего состояния – плюс треть акций семейного бизнеса (остальное ­досталось вдове). 

Но и этого «скромного» наследства Джей Полу хватило, чтобы развернуться по полной. Во время Великой депрессии сноровистый бизнесмен по дешевке купил несколько компаний-конкурентов – Pacific Western Oil Corporation, Tidewater Oil, Skelly Oil. На главную нефтяную жилу он наступил в 1949 году, когда приобрел у первого саудовского монарха, короля Ибн-Сауда, право на разработку участка бросовой земли на границе Саудовской Аравии и Кувейта. Четыре года спустя там забил фонтан черного золота объемом в 160 миллионов баррелей в год. 

«Кроткие наследуют землю, но не лицензию на пользование ее недрами», – отшутился тогда Гетти. А потом выучил арабский и скупил еще 200 компаний, охватив щупальцами своей экспансии весь Ближний Восток. В 1957 году журнал Fortune назвал его «самым богатым человеком Америки» и обладателем состояния в $700 миллионов – 1 миллиард ($4,5–6,5 миллиарда по сегодняшним деньгам), а следующий год 65-летний Гетти встретил владельцем 80 % мирового объема нефтедобычи.

Балтазар Гетти (слева) снимался в «Шоссе в никуда» ­Дэвида Линча.

У миллиардеров нет возраста – посмотри­те на Сороса и Мердока. У Гетти его тоже не было, так что, вступив в ­пенсионную осень, Джей Пол решил наконец зажить так, как он того действительно хотел. С подобающим аристократическим размахом и столь же вельмож­ным презрением к обывательским нормам популярной морали. Трагическая смерть младшего отпрыска также сыграла роль: Гетти со всей очевидностью переступил порог, за которым интерес окружающих к его персоне мог иметь какое-никакое значение. В 1959 году этот заядлый англофил отобе­дал у герцога и герцогини Сазерленд в их загородном поместье Саттон-Плейс, что неподалеку от Гилфорда. Дворяне жаловались, как дорого им обходится содержание древнего имени­я, по кото­рому к тому же продолжа­ет шастать безголовый призрак казненной супруги Генриха VIII (одной из шести) Анны Болейн. На следующий день Гетти купил Саттон-Плейс за £65 тысяч (5 миллионов сегодняшними); предыдущее десятилетие он провел, кочуя вместе со свитой из лондонского «Ритца» в парижский «Георг V» и ­обратно.

Getty Villa – обязательный к посещению пункт туристической программы в Лос-Анджелесе.

Заполучив соответствующее своему статусу жилище, Гетти тут же принялся его обустраивать. Для начала прошелся по арт-аукционам – откуда на стены Саттон-Плейс перекочевали шедевры Рембрандта и Ренуара. Затем установил в холле ставший легендарным платный телефон-автомат, чтобы занимавшие­ся реновацией рабочие-мигранты не злоупотребляли звонками на родину. В июне 1960 года новый хозяин устроил новоселье, кото­рое оказалось первой и последней вечеринкой обновленного Саттон-Плейс. ­Посмотреть на фейерверки, предсказателей судьбы, средневековые факелы и прочие увеселения приперлась вся округа, и на следующее утро прислуге пришлось соскребать мороженое с гобеленов и выковыривать окурки из ковров.

Вскоре лучший друг саудовских прин­цев, завязавший наконец с матримонией, принялся собирать личный гарем.

В лучшие годы в Саттон-Плейс постоянно проживали четыре настоящие аристократки: француженка, арт-критик, правнучка Николая II Мари Тессье; бывшая жена богатого землевладельца из Корнуолла, дизайнер интерьеров Пенелопа Китсон; сестра герцога Рэтлендского Урсула д’Або и никарагуанская вдова Розабелла Берч – они с Гетти любили смотреть сериалы по телику. «Английские аристократки пленяют воображение Джей Пола, – говорила леди Урсула в интервью начала 1970-х, в самый разгар совместного проживания. – Его возбуждает тот факт, что настоящие графини готовят ему ужин». 

Все эти графини, перед тем как поселиться в Саттон-Плейс, подписывали договор об отсутствии каких бы то ни было финансовых претензий к владельцу. Все они рассчитывали на свой скромный уголок в завещании миллиардера. И все они что-то получили: кто-то – $209 ежемесячного жалования до смерти, кто-то – $1167 того же. И только статная Пенелопа – единственная женщина золотой осени патриарха, к которой он относился серьезно, гранд-дама Саттон-Плейс, заведовавшая интерьер-дизайном его имений и нефтяных танкеров, – удостоилась нешуточного капиталовложения.

Гордон Гетти (на фото с женой Энн) – самый богатый оперный композитор современности, 1973.
Джей Пол Гетти в обеденном зале Саттон-Плейс, 1960.

Cексуальный аппетит Гетти никуда не делся и тогда, когда ему перевалило за 80. Могучему старику кололи экспериментальное лекарство H3 – один из прототипов «Виагры», – а партнершу на ночь он выбирал непосредственно перед тем, как отправиться в опочивальню. Марафет пожилой либертен наводил с помощью плановых подтяжек; он вел «черную книжку» своих амурных побед и всячески поощрял свары между наложницами. «Гетти не умел говорить «нет» женщинам и «да» – мужчинам», – резюмиров­ал один из его биографов. Красавцем он при этом никогда не был; не был и уродо­м, зато был копией своего отца, слегка ­припечатанной вырождением. 

В последние полтора десятилетия ­жизни Гетти проявились и самые нели­цеприятные черты его личности. Прежде всего вопиющая жадность. Платный телефон – еще не самый гротескный пример миллиардерского плюшкинизма. Тративший миллионы на свою арт-коллекцию (хотя и на нее, как говорили, он жалел деньги, не покупая слишком дорогие картины), Гетти экономил на одежде, подстригая износившиеся манжеты на рубашках. Гербовая бумага была еще одним пунктом жмотства: вместо того чтобы отвечать на письма «с ­чистого листа», Джей Пол писал ответ на полях письма присланного и отсылал его обратно. Однажды он повел друзей на выставку собак в Лондоне и заставил их гулять вокруг да около до самого файф-о-клока, когда цена за вход ­дешевела в два раза.

Бесконечные страхи и паранойя также вошли в местный фольклор: Саттон-Плейс по всему периметру охранялся сторожевыми псами, а в самом имении жил лев по кличке Нерон.

Миллиардер боялся летать на самолете, страдал вспышками и других, самых невероятных фобий: иногда он боялся подходить к телефону, опасаясь, что оттуда может «что-то вылезти». Эту фобию верные секретарши Гетти постоянно использовали в качестве объяснения, когда босс был не расположен общаться по телефону с ­родственниками.

Родственники между тем росли-росл­и да выросли. Прежде всего сыновь­я, которых после смерти млад­шего Тимоти в 1958 году осталось четверо. Самым многообещающим в глазах отца был старший – названный в честь деда Джордж Франклин Гетти II. Джей Пол назначил его вице-президентом Getty Oil; тем не менее сыновние бизнес-идеи отчего-то не сильно впечатляли родителя. Со временем Джордж впал в затяжную депрессию, развелся, снова женился, потом начал пить и жрать таблетки. В июне 1973 года он выпил много ­алкоголя, съел еще больше таблеток, немного пострелял из ружья, а затем попытался заколоть себя вилкой для барбекю. Сделать это как следует пьяному наследнику не удалось, однако, в конце концов, он отключилс­я у бассейна своего особняка в Лос-Анджелесе и уже не приходил в сознание. На следующий день Джордж Франклин Гетти II ­скончался в больнице.

Марк ­Гетти – cоосно­ва­тель и пред­седатель совета директо­р­ов Getty Images
Один из павильонов музея Getty Center в Лос-Анджелесе

Куда менее перспективным был второй сын, Джон Пол Гетти II, ныне известный как сэр Пол Гетти. После развода родителей Джон Пол отправился в Сан-Франциско, учился там в университете, служил в Корее, рано женился и однажды позвонил своему брату Гордону (о котором ниже), служившему вице-президент­ом в одной из компа­ний, подконтрольных Getty Oil, с ­просьбой найти ему работу. Гордон устроил старшего брата заправщиком. Через год главный Гетти, из-за океана впечатлившись трудолюбием отпрыска, вызвал его к себе в Париж и назначил президентом итальянского филиала Getty Oil. До того момента Джей Пол Гетти и Джон Пол Гетти не виделись 12 лет.

Все бы шло хорошо и дальше, если бы в середине 1960-х Джон Пол не развелся со своей женой Гейл и не женился вторично – на потомственной без­дельнице Талите Пол, родственно связанной со всем богемным Лондоном, начиная с художника Огастеса ­Джона и заканчивая создателем Бонда Яном Флемингом. ­Талита была девушкой свободомыслящей, кружилась на карусели свингующего Лондона и дружила с Миком Джаггером, Марианной Фейтфулл и иже с ними. Кит Ричардс потом вспоминал, что у четы Гетти был луч­ший в городе опиум; сына, родившегося летом 1968 го­да, свингующая ­парочка нарекла Тарой Габриелом Грамофоном Гэлакси. Талиту теперь называют не иначе как иконой стиля, а фото супружеской четы, снятое Патриком Личфилдом на крыше в Марракеше, висит в Национальной портретной галерее в Лондоне. Снималась она и в кино – в легендарной «Барбарелле». Летом 1971 года Талита Гетти умерла от героинового передоза в Риме, увенчав собой трагический год ухода титанов контркультуры 1960-х – Брайана Джонса, Хендрикса, Джоплин, Моррисона, Эди Седжвик.

Джон Пол не был подозреваемым в деле о смерти жены, однако в Италию от греха подальше решил не возвращаться и осел в Лондоне. Зато в Вечном городе продолжала жить его первая жена Гейл вместе с четырьмя детьми – старшим сыном Джоном Полом Гетти III, младшим сыном Марком и дочерьми Эйлин и Ариадной. Злополучным летом 1973-го, когда непутевый дядька Джордж Франклин вилкой поставил в своей истории точку у бассейна в Калифорнии, Джону Полу Гетти III было шестнадцать. Он уже год как свалил из дома, а еще полугодием раньше его отчислили из школы. Юный длинноволосый разгильдяй с невинным лицом агнца и кудрями «золотого хиппи» подрабатывал моделью в мужских журналах, тусовался на вилле Романа Поланского в ожидании, когда его пригласят сниматься, и ходил на демонстрации коммунистов.

Старший сын Джей Пола – Джордж Франклин Гетти, 1967.
Знаменитое марракешское фото Джона Пола Гетти с женой Талитой авторства Патрика Личфилда, 1970.

Через месяц после смерти дядьки, в три часа утра 10 июля, юного Гетти похитили прямо на площади в Риме. Его долго везли в багажнике машины, а потом бросили в калабрийскую пещеру. Люди в масках перевозили его с места на место, заставляли писать письма родным с требованием заплатить $17 миллионов, водили в изнурительные походы по горам и поили коньяком вместо воды. Первые месяцы никто, включая Гейл и полицию, не верил в правдивость похищения – все считали это шуткой слетевшего с катушек балбеса. Казалось, что он валяется обдолбанный на яхте у кого-то из друзей и скоро объявится в Риме. Наступила осень, но Гетти III не объявлялся. Могучий старик прислал из Саттон-Плейс отповедь, гласившую, что, мол, «у него 14 внуков, и если он заплатит выкуп, на следующее утро у него будет 14 похищенных внуков».

«Золотой хиппи» продолжал спать в пещере, запивая пневмонию коньяком и слушая радиоприемник, который ему выдали люди в масках.

В ноябре в одну из итальянских газет пришло письмо. В конверте лежало отрезанное ухо, локон волос и записка с требованием заплатить $3,2 миллиона. Письмо из-за забастовки шло из Неаполя три недели. Текст записки гласил: «Это ухо Пола. Если через десять дней его семья все еще будет думать, что это розыгрыш, организованный им самим, по почте придет другое ухо. А потом и весь он – по кусочкам». После того как Гейл опознала ухо первенца по веснушкам, скаредный дед согласился заплатить выкуп: $2,2 миллиона заплатил сам (максимальная сумма, которую можно было вычесть из облагаемой налогом прибыли), а остальные деньги занял у Джона Пола – своего сына, отца похищенного, – под 4 %. 

Тонну наличности отвезли на заснеженную бензозаправку на границе с Калабрией. Вскоре обнаружился и сам Гетти III, продрогший и завернутый в одеяло. Когда он позвонил деду в Англию, тот сослался на то, что сегодня боится телефона, и трубку не взял. Через три года, 6 июня 1976 года, Джей Пол Гетти умер у себя в имении.

Джон Пол Гетти с женой Талитой в Риме, 1966.
Джон Пол Гетти III после похорон сэра Джона Пола Гетти II в Лондоне, 2003.

Гетти III же, освободившись из ­плена, женился на своей немецкой подружке, вернулся к богемному образу жизни, тусовался в Нью-Йорке с Уорхолом, снимался в кино и в 1981 году пал жертвой взрывной смеси алкоголя, валиума и метадона, приведшей к инсульту и параличу. Следующие 30 лет он провел в инвалидном кресле и умер в 2011 году, успев посудиться с отцом за право получать ежемесячные $28 тысяч на медицинские расходы.

Жизнь Джона Пола Гетти II сложилась счастливее, чем жизнь его старшего сына. В середине 1980-х он отлежал девять месяцев в реабилитационной клинике в Лондоне, где его навещала среди прочих Маргарет Тэтчер. ­Вдохновившись верховным визитом, миллиарде­р взялся за ум и направил всю свою энергию – и значительную часть капитала – на благотворительность и реставрацию запущенного имения Вормсли-парк в лондонском пригороде. Уже через год после выписки из больницы он получил из рук Елизаветы орден Британской империи, а еще через десять лет официально сменил имя и стал сэром Полом Гетти, получив за год до этого британское гражданство. 

После смерти Гетти II и Гетти III знамя больших денег и необыкновенного безуми­я продолжали нести другие чле­ны семьи. Последний из ныне живущих сыновей Джей Пола – Гордон Гетти – после смерти отца управлял семейной компанией и в конце концов продал Getty Oil другому нефтяному гиганту – Texaco. Гордон Гетти – видный классический композитор: премьера его последней на сегодняшний день оперы «Кентервильское привидение» состоялась в Лейпцигской опере в 2015 году. Надо полагать, Гордон – самый богатый оперный композит­ор современности: его капитал оценивается в $2 миллиарда, он входит в третью сотню самых богатых людей США. Также он самы­й последовательный сын своего отца, и не только в бизнесе, но и в личной жизни: однажды обнаружилось, что у отца четверых сыновей имеется параллельная семья... с тремя дочерьми!

Дональд Сазерленд сыграл Джей Пола Гетти в снятом Дэнни Бойлом сериале «Траст».
А Кристофер Пламмер стал стариком Гетти в фильме Ридли Скотта «Все деньги мира».

Самым успешным из потомков патриарха Джорджа можно по праву считать Марка Гетти – младшего брата Джона Пола III, основателя крупнейшего фотоагентства Getty Images. Ну а честным продолжателем дела Талиты и Гетти III был сын Гордона, кинорежиссер Эндрю Гетти, снимавший свой единст­венный фильм – хоррор «Зло ­внутри» – в течение 15 лет и умерший три года назад от передозировки метамфетаминами в своем роскошном особняке на Голливудских ­холмах.

Нынешнее суммарное состояние клана Гетти оценивают в $5,4 миллиарда, и потому история одной семьи и ее больших денег будет продолжаться. У одного только Балтазара Гетти четве­ро детей, и никому не дано предугадать, будем ли мы писать о них 20 лет спустя. Биограф Джей Пола Гетти Роберт Ленцнер написал об этом так: «Главное правило Гетти гласило: «Ничего не давать правительству», ибо он считал, что правительство способно пустить любые деньги на ветер. Это ему почти удалось. Правило второе: «Уберечь детей и внуков от огромных денег». По этой части он не преуспел.

Источник: GQ