Испытание

Испытание


Дверь слетела с петель и на струе пламени, как ракета, пролетела через все немаленькое помещение. Глухо звякнула - тяжелый металл! - и упала у дальней стены. А в дверной проем уже вбегали люди. Двое, четверо, шестеро мужиков в черных комбенизонах с оранжевым кантом на плечах и поясе. 

Сегодня противник не стал скрытничать. Едва только услышав скрип проминаемого “огненным тараном” металла, я взлетел с раскладушки полностью проснувшимся и готовым к бою. Привык уже так просыпаться. 

“Кто все-таки дизайнер их формы? Может тут Юдашкин уже побывал?” - мелькнула непрошенная мысль, от которой я тут же отмахнулся. Мозг мой во всей красе - нашел время паясничать!

Первая пара черно-оранжевых была окружена едва заметным голубым сиянием - щитоносцы. Двигались они неспешно, сгруппировавшись, втянув головы в плечи. А вот вторая сразу же лупанула по мне черными молниями. Причем, одну пустили мне в голову, а вторую в ноги. Третья “двойка” еще только входила в помещение и не проявила себя ни защитными, ни атакующими аспектами.

На пути молний я поставил мерцающий эфир визуализированного римского скутума. Всего на миг, только чтобы отбить атаки противника. После чего метнул его, как диск, благо он ничего не весил, в щитоносцев. И пока они, упирались ногами в пол, принимали на свою защиту этот снаряд, сам перешел в наступление. Потому что правы были древние - она есть лучшая защита.

За секунду я выдал свой фирменный сет - связку из трех разных аспектов. Огненное дыхание добило защиту щитносцев, устоявшую после столкновения со скутумом, воздушная волна толкнула их на вторую “двойку”, после чего черная плита прижала всех шестерых противников к полу. На миг, буквально, но этого было достаточно.

- Закончили! - сообщил голос из динамика в потолке.

Я опустил руки, развеивая пульсары уже готовые к применению. И пошел помогать парням подняться. Искренне надеясь, что сегодня я правильно расчитал вес “монолита” и у дружинников обошлось без переломов.

- Крепко вы нас! - крякнул квадратный коротышка из второй пары. - Тройная связка на такой скорости!..

Я только благосклонно улыбнулся, протягиваю дэберу руку. Дескать, что да, то да. Могём. Как-никак, второй по силе маг в княжестве. Естественно, не говоря своим спарринг-партнерам, что пока это все, чем я могу удивить, как условного, так и настоящего противника. Демонстрационный образец, так сказать.

- Благодарю за разминку, ребят! Жду завтра!

Уходящие дружинники помахали мне на прощание и вышли прочь из большого десять на десять метров каменного мешка. Единственным предметом интерьера в котором была моя раскладушка. Вот уже две недели я засыпал и просыпался только здесь. И каждое утро сопровождалось подобным ритуалом - тренировкой. Мои противники считали такую вот утреннюю зарядку блажью племянника князя, на которую он, впрочем, имел полное право. А я учился обращению с даром и скоростному производству атакующих и защитных аспектов. Наставник считал, что на старте обучения нет смысла распылять усилия, изучая все, и сосредоточил мои тренировки на наработке нескольких универсальных связок. 

Засыпал и просыпался… Я не был пленником и не находился тут постоянно - только спал. Дядя Ваня считал, что в стрессовых условиях у меня лучше получится закрепить в памяти разума и тела связку “быстрого реагирования”. Практика показывала, что он полностью прав. То что я умел сейчас и месяц назад - это две большие разницы.

- Уже лучше. - в дверном проеме показался наставник. Слепой от рождения, он двигался легко и свободно, будто видел все, что нужно. - Немного замешкался на постановке щита, а так - молодец. 

Конечно, блин, молодец! Месяц я жил в новом мире, месяц постигал непростую науку управления боярским даром, а за последние две неделе, не без помощи этой вот зверской побудки, и вовсе достиг немалого прогресса. По крайней мере простейшие аспекты я создавал уже не задумываясь. Лишь объемы прилагаемой силы еще путал.

- Большую часть твоих гипотетических противников ты впечатлишь до смерти. - начал за здравие старикан, “осматривая” меня. И, разумеется, закончил за упокой: - Но при встрече с равным противником, связка лишь выиграет тебе пару секунд.

А то же я не понимаю! Хорошо хоть “равных” противников в Благовещенске всего-то трое, да и те служат князю. Их и по всему миру-то не много - в лучшем случае десятая часть процента от общей численности населения. Но с одним таким, который был, скорее всего, даже сильнее меня, жизнь уже сводила. Так что все правильно дядя Ваня говорит. Нечего особо гордиться.

- И в “монолит” опять силы вдвое больше чем нужно бросил.

- Никто же не пострадал. - первое применение данного аспекта закончилось сломанными ребрами у двоих дэберов.

- Речь не об этом. Случись у тебя затяжной бой, тебе каждая кроха силы понадобиться. Даже если у тебя большие резервы, это не повод расплескивать силы, как воду из колодца. У всего есть дно, Игорек.

Я покаянно склонил голову, соглашаясь с наставником внешне и не соглашаясь внутренне. Так-то он прав, силу надо беречь, но ведь есть прогресс и в этой части. Раньше я в тот же “монолит” вкидывал столько силы, на объемах которой теперь могу вести бой минуты две! А он - вдвое!

- Давай в душ и к князю. - подвел итог наставник, прекрасно видящей на ауре все мои эмоции: и явные и скрытые. Неспешно пошел к выходу, по пути доставая телефон.

- Техника и новую дверь в помещение для тренировок на минус третьем. Да, опять! Да, едим! Что еще с дверьми делать?


Завтрак у князя тоже был традицией, неукоснительно соблюдавшейся последние две недели. Обильный, но простой стол: каша, блины, творог, фрукты - каждый день и в немалом количестве. В прошлой жизни я бы и половины этого с утра не осилил, ограничиваясь чашкой кофе, а при наличии времени - яичницей. Сейчас же спокойно сминал все предложеное и еще потом плюшками баловался. Точнее круассанами, которые здешние повара готовили просто изумительно.

К завтраку обязательно прилагались разговоры. Долгие разговоры, неспешные, обстоятельные. Князь Поярков интересовался моими успехами в овладении даром, выспрашивал про мою родную параллель и расказывал о состоянии дел в здешней. После чего становилось понятно, насколько ущербны и неполны были мои знания, почерпнутые в общественной библиотеке месяц назад.

Например, политический расклад в Конфедерации Русских Княжеств был не таким простым, как мне представлялось в начале. То есть, да, каждое княжество было суверенным государством, со своими законами и правилами - это я понял правильно. Да, Московское княжество стремилось к доминированию на этом поле - тут я тоже не ошибся. Но, и об этом учебники не писали, территория аналогичная России в моем мире была вовсе не такой лоскутной, как мне представлялось ранее.

Игроками на внешнеполитической арене были не княжества, а союзы. Точнее не так. Формально княжества были самостоятельными субъектами международного права. Кто-то больше, кто-то меньше, но это уже детали. Каждое княжество имело голос в Думной палате - органе скорее совещательном, чем законодательном. И каждое княжество состояло во фракции. Или союзе. Непровозглашенном на бумаге, но вполне комфортно существующем в реальности. И вот они-то и властвовали во внешней политики.

Так, Дальневосточный Триумвират, состоящий из трех княжеств: Благовещенского, Хабаровского и Поморского, определял правила игры от Сахалина до Сибири. Москва единолично рулила почти всей центрально-европейской частью, так же упираясь восточными границами своих владений (точнее границами Пермского княжества) в Сибирь. Которой управлял союз четырех князей: Тюменского, Самаровского (который по карте располагался там, где у меня дома стоял Ханты-Мансийск), Енисейского и Байкальского, подмявших под себя князьков помельче. Земли южные, все эти Краснодары и Ростовы, были под властью Восточного союза. 

Такая вот получалась Конфедерация. Жившая, большей частью времени мирно и дружно, то есть без открытых военных столкновений, но весьма увлеченно резавшаяся в политические шахматы. Частью одной из комбинации я невольно и стал, когда москвичи вознамерились приобрести активы на землях Благовещенского княжества. И отнюдь не закончившейся щелчком по носу Нарышкину и Бестужеву, когда предательство моего двойника вскрылось. Просто перешло в иную фазу - теперь мой князь хотел нанести ответный удар и вырвать из влияния Москвы Пермь. О чем мы сегодня и беседовали под чаек с круассанами.


- С женитьбой настолько горит?

- Не ты, так кто-то другой. - пожал плечами князь. - Была бы, как говорится, честь предложена. На Пермское княжество много претендентов…

Поярков произнес это таким тоном, будто лично ему ни до Ольги Татищевой, ни до Перми не было дела. Так, увидел возможность родича к столу пристроить, а там, мол, сам решай. Хочешь - женись, не хочешь - без тебя охотников немало.

Тут он, конечно, прав был. Княгиня Ольга - не только девушка с приятной внешностью, но и более полутора сотен тысяч киллометров приданного. С развитой инфраструктурой, сильными торговыми связями, месторождением хромитовых руд, алмазов и много еще чего. Правда, находится это все у черта на куличках, если из Благовещенска смотреть. И практически входит в состав непровозглашенного Московского царства… С другой стороны - кто без недостатков? Я вот, например, вообще пришелец!

Так что - найдутся желающие, к бабке не ходи. И москвичи своего сватать будут, и местные элиты подсуетятся, да и сибирские князья… Блин, но далеко же как!

Это, кстати, забавно - оценивать удаленность той или иной территории без точки отсчета в виде Москвы. В моем родном мире как? Все что более чем в тысяче камэ от столицы нашей родины находится - глушь, провинция и вообще - дыра несусветная! Кое-кто даже считает, что и тысяча километров - это неоправданное проявление оптимизма. Здесь не так. Тут центров множество. Не каждое, конечно, княжество, на такой центр тянет, но вот Благовещенское - вполне.

Уж больно расположение у него удобное. Китай под боком, в смысле, Маньчжурское ханство, но, будем смотреть правде в глава - для европейца разница между первыми и вторыми практически не существует. Севернее - якуты с алмазами, на своей земле реки, леса и полная таблица Менделеева под ногами. Грех с такими картами, полученными на первой же раздаче, жить плохо! Впрочем, в моем мире - смогли. Не без труда, конечно, пришлось постараться. Последовательно и систематически выкачивать из региона все, что только возможно, возвращая обратно лишь дотации из федерального бюджета… 

Ладно, не о том речь!

Мы с князем вели неспешный, но весьма напряженный для меня разговор о внешней политике государства. А именно, о династическом браке Ольги Татищевой, княгини Пермской и племянника князя Благовещенского, боярина Игоря Антошина. Меня, то есть. Признающего, что брак этот нужен и важен, но еще не смирившегося с тем, что его холостяцкой свободе приходит конец. Даже с учетом, что невеста была очень хороша собой - материалы по барышне я изучил подробно.

Все-таки здорово, что я теперь легализованный пришельц в этой параллели. Правду про меня знал очень узкий круг людей, но и это очень облегчало жизнь. Не нужно было врать в мелочах, выкручиваться, применив неуместный в здешней среде неологизм и объяснять почему я называю ихор - красным жгутом в узле дара. И еще можно было обучаться владению магией не скрываясь. Оттачивая неизвестный местным носителям дара способ его использования - визуализацию в стиле Зеленого Фонаря.

Мне здорово повезло, что тут скажешь. Когда я тут появился, князь Поярков сразу же заподозрил что-то странное в поведении своей правой руки и племянника. Но не стал проявлять видимого беспокойства - политик же - простые решения не для него! Вместо этого он попросил своего наставника, девяностолетнего старикана, отзывающегося на дядю Ваню, проследить за мной. Что для него, имеющего редкий дар - видеть ауру человека - не стало большой сложностью. К тому же жил он по соседству с двойником, так что операция внедрения не требовала даже легенды.

В первый же вечер выяснив, что в теле обер-секретаря скрывается сознание пришельца из другого мира, наставник стал моим ближайшим помощником. И глазами князя - даром, что слепец от рождения - докладывая тому о каждом моем чихе. Мне позволили заниматься выгораживанием себя, точнее, двойника, но и себя тоже - блин, тут сложно все! - попутно вскрыв руководство филиала Потрошителей в столице Благовещенского княжества. 

На что эти мудрые люди расчитывали, я не понимал до сих пор. Все-таки чужак, в теле родного человека, с доступом к разрушительным силам боярского дара - так здесь называлась боевая магия. Я тут мог таких дел натворить, замучились бы потом город восстанавливать!

Но они сделали на меня ставку, в том числе потому, что оригинал оказался той еще сволочью и иудой. И в конце четырехдневного марофона, князь заставил настоящего Игоря, обученного специальной технике, провести обратный перенос, уже на постоянной основе поселив меня в его теле. А его, соответственно, в моем. Этакая ссылка для родственника, убить которого совесть не позволяет, в тюрьме держать слишком опасно и вообще, что с ним дальше делать - непонятно.

Чем там бедолага занимался в родной мне параллели, я мог только предположить. Скорее всего, по привычке интриговал, тянул на себя одеяло и выводил из себя серьезных людей. Что вскорости ему должно было аукнуться - магом-то он быть перестал.

У него, как мне сказал князь, остался шанс вернуться. С каждым днем становившийся все более призрачным, но существовавший. Однако, вскорости должен был приехать выписанный из Тибета специалист, который обрубит и его. Как-то там “закапсулирует нашу ментальную связь на уровне тонкого тела” - я не особо вникал в эту його-эзотеррическую хрень. Сделает и ладно!

Я прописался тут. В альтернативном Благовещенске, с магией, “Москвичами”, выглядевшими дороже “Инфинити” и владетелями, способными устроить локальный апокалипсис. С Москвой у черта на куличках и международной преступной организацией, которая выращивает детей на продажу. Но главное, обзавелся друзяьми и семьей. Хоть и чувствовал я себя в этой семье приемным ребенком. 

То есть, доверять-то мне князь, вроде, доверял, но проверки проводил постоянно. Как говорится, дул на воду, обжегшись на молоке. Вот и этот разговор о женитьбе на девице Татищевой был, на мой взгляд, очередной проверкой. Ну серьезно! Отправлять в самостоятельное управление государством, да еще и находящегося под неформальным московским протекторатом, без году неделю мага и нулевого управленца? Не смешите меня! Я там такого наверчу за неделю правления, что они с теплотой и нежностью станут вспоминать настоящего Игоря Антошина.

К тому же мне еще не открыли доступ к царскому дару - местному аналогу ядерного оружия. Это я для простоты так говорю - принципы иные, конечно. Высшая доступная людям магия была способна создавать Пустоши, уничтожать города и убивать за один присест сотни тысяч людей. Без этой малости здешняя параллель не была бы такой, какой являлась. И без нее здешние власть имущие не правили. По крайней мере самостоятельно.

- Но давай мы пока отложим вопросы динстических браков в сторону. - резко сменил тему князь. Мысль его часто так скакала с одного предмета на другой. При этом он никогда ничего не забывал. - Есть у меня к тебе поручение.

Значит, женитьба - не проверка, а морковка. А проверка будет сейчас. Ну, давай, дядюшка, грузи! В какую очередную дипломатическую миссию я должен буду отправиться на этот раз? С маньчжурами-то именно я вопрос по убийству посла закрывал, свалив вину на менеджера филиала Потрошителей - благовещенского мецената и предпринимателя Анджея Топляка.

- Да, Николай Олегович?

- Пупкин - помнишь такого? - кажется сумел узнать, где обретается наш беглый подданый - Топляк. 

Тоже, кстати, местная фишка. Не преступник, не глава благовещенского отделения международной преступной организации, а подданый. Беглый подданый. Князь таким образом давал понять, что статус и пригрешения человека, жившего на его земле и до сих пор связанного с ним вассальной присягой, имеют для него небольшое значение. Не по самодурству, а именно в ракурсе интересов государства. Нужно будет для дела - он его даже помиловать может. И плевать ему на мнение иностранных наблюдателей и нормы демократии. Чистый абсолютизм, выстроенный на крепкой, как я успел понять, законодательной базе. Выглядещий со стороны, как… семья. В мирное время представляя из себя умеренную демократию с легкими нотками анархии, в тяжелые годы показывающий истинное лицо - жесточайшую диктатуру.

Топляк сбежал из города, когда я только в себя приходил от обратного переноса сознания. Почуял разоблачение, сколько успел обналичил и перевел на африканские офшоры и скрылся в неизвестном направлении. И вот уже с месяц его искали, до сего дня - безрезультатно.

- Надо его вернуть. Справишься?

Так и есть, проверка. И на этот раз не лояльности или уровня владения языком, а боевых навыков. Князь посылал меня на боевую операцию - найти злодея, скрутить и привести его под светлые очи государя.

- Один поеду? - только и спросил я.

Топляк - обычный человек. Но денежный, со связями. У него будет охрана, к бабке не ходи. И добро бы только гориллы с автоматами. Учитывая его грешки, можно предположить наличие в охране и боевого мага. Которые, как показывала практика, вполне могут быть наемниками.

- Господь с тобой, Игорь! - делано возмутился Поярков. - Родную кровь на чужбину отправлять без помощи и товарищей? Не по христиански это!

А это целое послание было, для умеющих слушать. “Родная кровь” - напоминание о моем статусе и, одновременно, указание на то, что мной он готов рисковать куда сильнее, чем настоящим своим племянником. Хотя он бы и родным рисковал так же, если бы цель того требовала. Со мной все же удобнее, в безвыходной ситуации бросить пришельца проще. А это может произойти, так как упомянуто слово “чужбина”, что означает действия на территории иностранного государства. “Помощь и товарищи” тоже давали дополнительные детали - миссия неофициальная, но кое-какая поддержка на чужой земле оказана будет. Но, опять же, тут сомнений быть не может, только до момента, когда все пойдет не так.

Это я, кстати, не накручиваю себя, нет! Просто со светлым князем я вот уже месяц общаюсь. Изучил манеру разговора, что называется. И со всем пониманием отношусь. Мне тут надо доверие зарабатывать. Именно зарабатывать, а не втираться, как раньше.

- Когда и куда?

- Детали у Евсеева. Он занимался работой с этим артистом -Пупкиным.

И князь, равнодушный к опере, но признающий ценность двойных агентов, каким являлся Иван Пупкин, в два укуса проглотил очередной, черт его знает какой по счету круассан. Да, ест он, как не в себя. Что никак на нем не отражается: стройный дядька с гордой осанкой. Ни капли лишнего жира, даже в спокойствии излучающий энергию. На вид больше пятидесяти лет не дашь, хотя уже седьмой десяток разменял.

- Ну что смотришь? Я могу и без тебя завтрак закончить, мне торопиться некуда.

“А у тебя - дела!” - не прозвучала последняя фраза.

Аудиенция, стало быть, закончена. Пора к Евсееву идти.


И все же, хоть вокруг меня маги, хоть Благовещенск один из центров экономики и политики Дальнего Востока, хоть жизнь моя изминилась кардинально, многое в ней осталось неизменным. Например, большую часть дня я проводил в княжеской резеденции, как раньше - в областном правительстве. Шатался из кабинета в кабинет, с этажа на этаж, беседуя то с одним человеком, то с другим. Однако, если раньше моей обязанностью было собирать информацию, а после этого решать, какую можно выдавать СМИ, а какую стоит придержать или вовсе скрыть, то теперь все было не так. Здесь я был не пешкой, как дома. Я вообще не относился к фигурам на шахматной доске. Да, игроком еще не был, но имел хорошие шансы им стать. Если сам не налажаю, конечно.

О чем это я? С этажа на этаж, да. Аппартаменты воеводы у нас на первом этаже.

После бегства Арцебашева к якутам, Федор Евсеев стал воеводой княжества. Теперь под рукой этого рыжеволосого мужчины с изрядной примесью восточной крови находились все военнообязанные, так сказать, боевые маги княжества. И дружина - основной инструмент решения сложных вопросов, как внутри собственной страны, так и с соседями. Таких, когда обычных воинов привлекать уже поздно, а князя, с его Шестой Казнью, еще рано.

Вместе с должностью он получил крыло в княжеской резиденции и допуск к секретной информации, то есть входил в число тех, кто знал обо мне правду. Плюс, мы с ним вместе дрались с ватиканским палачом, а это что-то да значит промежду мужчин! В общем, сдружились мы с ним, хотя иной раз холодок по спине от его взгляда пробегал. И черный жгут в даре дергался, об опасности трезвоня.

- Утро доброе. Чего такой потерянный? - встретил меня воевода, поднимаясь с дивана. Работы у него, судя по всему не было, а потому он, не стремясь иммитировать бурную деятельность, проводил время с книжкой. Судя по обложке с иероглифом - китайской.

Я плюхнулся рядом с ним, пожал протянутую руку.  

- Князь за Топляком отправляет. Очередная проверка на профпригодность.

- Знаешь, кабы не должность, я б сам поехал. Давно за границу не выбирался. - Евсеев аккуратно заложил книжку. - У минцев я и не был никогда. А хотелось бы.

- Серьезно? Китай в километре за рекой, а ты там не был?

- В километре, как ты выразился, Маньчьжурское ханство. А до империи Мин несколько дальше.

Я кивнул, признавая прокол.

- Ладно. Рассказывай кто едет и куда именно.

- На юг. - Федор особым образом смягчил “г” в последнем слове, превращая букву практически в “х”, а само слово - в зеркало нецензурного. - В ту самую империю Мин. Город Гуанджоу.

- Это… далеко.

В моей параллели этот южный китайский город был свободной экономической зоной. Стоял на материке почти напротив Гонконга. И был неприлично огромным. Туда в последние годы повадились переезжать на пмж разного рода фрилансеры. Сам я там ни разу не был, хотя и очень хотел. И вот, гляди-ка, сподобился!

- Неблизко. Но Топляк понимал, что делал. Город большой, миллионов десять, наверное, - найти его там будет непросто…

- Стой! - я аж со стула приподнялся. - То есть, нам неизвестно, где именно находится Топляк?

Евсеев кивнул. Я возмущенно втянул воздух сквозь сжатые зубы. Отлично просто! Пойди туда - не знаю куда! Найди беглого преступника с кучей денег в китайском многомиллионном мегаполисе! Ни фига себе испытание!

Новоиспеченный воевода, впрочем, внимания на меня не обратил. Он продолжил говорить, будто эмоции одного обер-секретаря к делу отношения не имели. Хотя… Они ведь и правда не имели. Все равно же поеду.

- Что до твоих спутников, то я бы предложил взять Самойлова с Сарбаевым. Сам понимаешь почему.

Я выразил согласие, чуть склонив голову. Следователь и хакер. Прекрасное сочетание. Особенно под прикрытием такой отнюдь не беспомощной уже боевой единицы, как я.

- И Василия, пожалуй. - внес я поправку. Говорил я о своем деньщике, секретаре, слабеньком целителе и серьезном рукопашнике, который был ко мне приставлен князем чуть ли не с первого дня. Я не подозревал, а точно знал, что, кроме всего прочего, он еще был шпионом. И благодаря ему каждый мой шаг становится известным князю моментально. Но я принимал правила чужой игры без обиды - все-таки был пришельцем. К тому же, иметь деньщика оказалось очень удобно!

Евсеев кивнул, подошел к столу и что-то чиркнул в блакноте. Затем продолжил:

- Еще будет сопровождение от маньчжуров - два человека. Их с князем уже согласовал Золотой дворец. Они помогут в пути, на месте, да и пройти смогут куда белому человеку ход заказан.

Что ж, разумно. Ехать в Китай с одним только “Глаголем” в телефоне было бы опрометчиво. Это же совсем другая страна, не европы, где люди хотя бы мыслят схожим образм с нами. Совершенно иная культура!

- Официально ты едешь, как дипломат. С группой сопровождения, которая должна соответствовать этому рангу. Опять же официально ты должен будешь провести ряд встреч с имперскими чиновниками. Все необходимые к обсуждению вопросы, а так же ответы на них, я тебе отправлю на почту. Не сейчас, чуть позже, когда дипотдел их подготовит. Встреча с сопровождающими маньчжурами состоится через два часа. Пока все.

- Ты еще скажи - пока свободен. - не вполне пошутил я, однако Евсеев все же улыбнулся. - Самойлов с Сарбаевым в курсе путешествия?

У обоих, к слову, были жены, а у Алмаза еще куча дочерей. На подъем они были куда тяжелее меня - пока еще холостяка.

- Извещены, прибудут сюда так же через два часа. И, хоть это и не мое дело, но князь попросил, я уже сгонял твоего Василия к тебе домой чемодан собрать. Так что пока у нас есть время, пойдем со мной, я тебя отдельно в дорогу снаряжу.

Я сразу же оживился. В святая святых дружины удавалось попасть редко.

- Пещера Бэтмэна? - так я окрестил служебную пристройку на заднем дворе княжеской резиденции, исполнявшей одновременно две функции: казармы дружины быстрого реагирования и арсенала. Последний находился под землей и действительно имел сходство с логовом киношного борца с преступностью. Так что впервые попав под каменные его своды, я дал арсеналу новое имя. И даже объяснил его значение Евсееву.

- Угу. - чуть устало вздохнул воевода. Чуть манерно закатил глаза, посмотрите, мол, с кем приходиться работать. Юмора про Бэтмана, кстати, он так и не понял, приняв супергероя за дикого и необученного берсерка.