иллюзия чувств.

леонардо и велюр. пост совместный.

мужчина коротко смеётся с нелепой и немного неуместной шутки консультанта, вежливо улыбаясь, чтобы не ставить никого в неловкое положение. он пытался отвязаться от парня уже битый час, который, кажется, уступал ему в возрасте минимум на десять лет, но тот был.. слишком настойчив: не давал проходу, надоедал своим вниманием, подумав, что интерес взаимный, мимолётно касался открытых участков кожи. и терпение старшего сошло на «нет» в тот момент, когда чужая ладонь оказалась на тонкой пояснице, прижимая к себе ближе. 

— я в отношениях, – он читает знакомое имя с бейджика сотрудника модного бутика, хмурясь, – кристиан. и, если тебя всё ещё не послали к черту, это не значит, что горит зелёный свет. поэтому, будь добр, убери свои руки и проваливай. – грубо обрубает мужчина и наблюдает за тем, как юноша всё-таки отступает, играя желваками на лице. он облегчённо выдыхает, вешает красный галстук на место и направляется к выходу, замечая стоящего там велора. испытанный стресс хотелось заглушить поцелуем со своим любимым, но его хмурое лицо заставило сначала поинтересоваться в том, что случилось. работа?

острые вспышки ревности так и мелькали перед взором, пока его парень (собственническое «его» прозвучало куда более громко, чем все остальные слова) флиртовал совершенно незнакомым ему человеком. со старшим было невозможно расслабиться ни на секунду: стоило велору остаться снаружи ради важного звонка и неотложного дела, как блондин в его отсутствие начинает с удовольствием крутить задницей перед другими. невыносимый. тяжелым взглядом наблюдая за происходящим, одному лишь богу известным способом заставляет себя оставаться на месте и не устраивать разбор полетов прямо посреди бутика. хотя очень хотелось. желание ткнуть леонардо в его распутное поведение на глазах у всех росло с невероятной скоростью, раскаляя и без того взвинченные нервы.

— и что это было, милый?

лелейным голосом сходу задает вопрос, не давая и шанса на увиливание от ответа. хмурит тонкие брови и скрещивает на груди руки. велор не будет терпеть все выходки старшего. видимо, тому было дозволено слишком много свободы, но ничего, парень обязательно это исправит. надо будет – на поводок посадит, но свою куколку сохранит. завидев непонимание на миловидном личике, чуть склоняется, даже не пытаясь контролировать поток речи, выливая на блондина все свои чувства. 

— нравится, когда все обращают на тебя внимание? нравится подставляться под каждого, лишь бы высосать из него поощрения? так ведь, лео? одного члена для тебя уже явно маловато. скажи, он хотя бы первый? или ты за моей спиной уже успел развести ноги перед кем-то, сука?

— что, прости? – хмурится старший и чувствует, как в груди всё сжимается от напряжения и неприятных слов из уст любимого человека. он был в курсе, что его парень относился к тем самым ревнивым собственникам, которые устраивали громкие сцены не в самых удачных для этого местах, но сейчас это выходило за рамки приличия. было.. не по себе.

мужчина прикусывает нижнюю губу до крови, складывает руки в замок и не смотрит больше в глаза напротив, что были пропитаны когда-то домашним теплом. вечные подозрения в измене начали действительно выводить из себя. он вжимает острые ногти в нежную поверхность ладоней, чувствуя пощипывание. но это единственный способ, который, он уверен, не даст ему пролить сейчас слезы. просто переключиться на другую боль.

— он лез ко мне, велор. и я не понимаю, почему вместо того, чтобы помочь и.. показать, что я занят, ты молча наблюдаешь со стороны. если ты всё видел, почему не подошёл? тебе, наверное, просто доставляет удовольствие закадывать скандалы, обвиняя во всём меня, разве нет? – он делает шаг ближе и тычет пальцев в грудь младшего, не скрывая обиды в глазах.

и это было.. грубой ошибкой со стороны старшего. тот посмел так нагло обвинять велора в своих же косяках, уму не постижимо! руки, что до этого момента были сцеплены на груди, медленно опускаются, пока младший предпринимает попытки успокоиться.

сжатые зубы скрипят от напряжения, а пальцы то сжимаются в кулаки, то разжимаются обратно, даруя мнимый эффект восстановления контроля. глубоко вдохнув и медленно выдохнув, примеряет на себя спокойное выражение, даже уголки пухлых губ, поднятые в улыбке, мелькают на лице младшего.

хлесткий звонкий удар в миг рушит весь образ. руку обдает минутным жаром от соприкосновения с нежной кожей барди. отвращение в карих глазах режет не хуже заточенного металла и велор делает шаг назад, отходя от грязных прикосновений. рука же тем временем приходит в исходное положение, вновь сжимаясь в кулак.

— убирайся. я даже слышать не желаю твоих жалких оправданий. они и гроша не стоят, в отличие от твоих шлюшьих услуг. или все же даешь лишь за большой член?

старший касается пальцами места, где пришёлся удар, сжимает губы и чувствует, как по горящей щеке стекает тоненькая струйка горьких слёз. чувствует, словно на сердце образуется крупная трещина. опуская взгляд в пол и не имея желания показывать младшему себя в таком разбитом виде, он достает из кармана джинс подаренный парнем телефон на его день рождения вместе с ключами от их общей квартиры, буквально впихивая их в руки велора. на лице проскальзывает сломленная улыбка, пропитанная горечью.

— больше ты меня не увидишь.