ia_steklomoy

ia_steklomoy

ИА "Стекломой"

Что такое официальный отчёт представителей МЧС со скупой информацией «к этому часу» по сравнению с неудержимой волной всевозможных вбросов, слухов и домыслов, обрушивающихся на и без того деморализованного обывателя изо всех утюгов? Почему наши граждане охотно верят безумным слухам про «бабу Зину, у которой сына в морге работает», а официальные сводки от МЧС или МВД в лучшем случае принимают во внимание? Любые официальные новости просто тонут в бурлящем потоке всевозможных домыслов и откровенной дезинформации.


Официальные СМИ и органы власти скованы регламентом и элементарными нормами поведения во время ЧП. Информации мало, она скупа, её постоянно приходится выверять и перепроверять. Иначе что? Представьте себе главу МЧС Пучкова, с круглыми от ужаса глазами кричащего журналистам: «Мы не знаем, сколько погибших, может, 30, а может, 300! Все морги забиты! Там настоящий ад, наши сотрудники на местах в обморок валятся!» Абсурд? Абсурд. С другой же стороны — ограниченное разве что совестью автора буйство фантазии про сотни погибших и забитые морги. И даже трезво мыслящие в обыденной жизни люди начинают разносить всё это по соцсетям и чатам, обсуждать в курилках под скучный бубнёж эмчеэсовца в телевизоре. Конечно, есть и те, кто крутит пальцем у виска, читая подобную ахинею. Но таких меньшинство.


О чём это говорит? Далёкому от трагедии обывателю не нужна информация, далекому от трагедии обывателю нужны чувства. Переживания. 15 минут славы, в конце концов! Вот я написала, что для разгона митингующих едет армия, — и меня лайкнули тысячи человек! И вот я уже не какая-то там малолетка из провинции, я глас народа и почти политик федерального уровня. Именно это лежит в основе феномена массовой истерии в интернете.


Итак, официальная точка зрения априори не может конкурировать с народной просто потому, что у них в корне разные цели: у одних — донести максимально выверенную информацию, у других — испытать сильное переживание, пусть и таким извращённым способом. Как же быть в такой ситуации? Очевидно, что взывать к здравому смыслу здесь бесполезно. Люди не хотят знать ПРАВДУ, они входят в раж, хотят испытать сильные ощущения — далеко не обязательно приятные. Причём часто сами граждане не осознают собственных стремлений, подсознательно скрывая их от себя за ширмой навязчивого желания узнать ПРАВДУ.


Напрашиваются два решения. Первое — назовём его условно китайским — полное закрытие всех неофициальных источников информации на период масштабного ЧП с жёстким наказанием за попытки вбросов дезинформации. Но в России осуществить такое будет сложно как с материальной точки зрения, так и с социально-политической. Второе — играть на поле слухов, оседлать волну, нести её в нужном направлении: лайвстримы с первых минут, интервью с очевидцами, обсуждения и т. д. и т. п. И самое главное — МОЛНИЕНОСНОЕ опровержение ЛЮБОЙ дезинформации, даже если это скрин родительского чата. Всё это требует быстрой реакции и высочайшего профессионализма от всех участников процесса.


Как мы смогли убедиться, самым слабым звеном в этой цепи вновь оказались местные органы власти: почти полная закрытость, заведомо враждебное отношение к абсолютно понятному недовольству граждан. В результате в Кемерове, как и в 99% других подобных случаев, ситуацию пришлось спасать лично Владимиру Путину. Но в каждый регион по Путину не приставишь, тем более что всю эту лавину зла и негодования можно было превратить в предсказуемый поток, если бы власти на местах действовали более открыто и грамотно.


Трагедия в Кемерове — тяжёлый урок не только для всех причастных, от охранника-чоповца до администрации области, но и, по сути, чёрная метка ответственным за информационную политику в стране: немедленно исправляйте ситуацию, иначе в дальнейшем (не дай бог!) одним только митингом всё не закончится