«гормоны»

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

Вечер. Металическая холодная дверь захлопнулась крупной фигурой не громко, но достаточно, чтобы это услышать. Альфа стоял в коридоре, снимая с себя теплое пальто, в ожидании привычных теплых объятий. После пальто руки дошли до обуви. Сначала правой, потом левой. Но никто так и не прибежал с распростертыми объятиями, что стали традицией, и с привычной помощью развязать рабочий галстук.  

В Доме царила напряженная атмосфера с самого утра.. и, быть честным, это стало не чем то новым в семейной жизни Чонгука, и каждый раз ему приходилось выкручиваться по новому, чтобы успокоить своего омегу.

Тяжело вздохнув, он шагнул вперед, сразу оглядывая помещение. Взгляд наткнулся почти сразу на маленький, хрупкий силуэт, который стоял возле раковины, что-то бурча себе под нос. Спина была согнута, одна рука невольно погладила живот и тут же вернулась обратно к посуде, тщательно.. а точнее агрессивно перемывая её. Тот знал, что не один. Он знал, когда возвращается Чонгук. Всегда во время, никогда не опаздывая ни на минуту. 

Альфа рассматривал усталым взглядом  Омегу, но находил лишь черты котенка, который на отрез сегодня не настроен на ласки. Только прикоснись — откусит по локоть. Это продолжалось не долго, Тэхен сам повернулся к нему. Теперь они смотрели в глаза друг другу. Один видел в них усталость, другой же бурю эмоций. Не то ли злоба и обида, не то не зная что. 

— Ты ничего не купил? — начал светловолосый. 

— Малыш, я тебе писать и звонил, спрашивая, хочешь ли ты чего нибудь. — спокойно отвечал мужчина, подходя к мальчишке. 

— Ты ведь знаешь, что мы хотим чего нибудь сладенького, Чонгук! — нахмурил брови домиком. 

Юноша всегда звал своего супруга по имени ровно тогда, когда был обижен или капризничал. 

— Знаю. — повисла небольшая пауза. — Именно поэтому в холодильнике есть всегда все на ваш — Он обвил талию Омеги, размещая руки на круглом животике — Вкус, маленький.

В ответ прозвучало громкое фырканье. 

— Отойди, не видишь что ли, я занят. — локоть будто сам на автомате несильно, но настойчиво уперся в чужой пресс. 

— Давай я помогу.

Он не сдвинулся не на миллиметр, перехватывая грязную посуду из рук возлюбленного. 

— Чонгук! Я же сказал, уйди. — не унимался парнишка. 

Во вход пошло ерзанье. Тэхен вымещал свое возмущение в перемешку с раздражением не стесняясь. 

Вдруг под настойчивым ерзаньем мужчина отпускает уже мыльную посуду от чего осколки разлетаются недалеко.

Тот сразу отшатнулся, вскрикивая. Маленькая фигура рассматривала осколки, а после резко развернулся на 180°, встречаясь лицом к лицу с растерянным на мгновение мужчиной. Внутри все кипело, на глазах навернулись слезы. 

— Ты.. Ты вообще хоть раз можешь меня услышать? — вкрикнул Омега, уже не сдерживая свою истерику. Во вход пошли кулаки. Он бил ими по мускул такой груди. — А если бы попало на нас с малышом? 

Чонгуку хватило пару мгновений, чтобы осмыслить происходящее и найти выход. Обычно в такие моменты, когда гормоны Омеги шалили, он пытался успокоить его нежностями в виде поцелуев, объятий, поглаживаний, но в этот раз было иначе. Он не бросился выполнять ничего из этого. Резко подхватил омегу, закидывав себе на плечо. От этих неожиданных действий тот на пару мгновений остолбенел, но после начал возмущаться с новой волной. Дойдя до спальни маленькое тельце было скинуто на постель. 

— Какой же ты у меня капризный кот — прошептал мужчина прямо под ушко лежавшему.

Этот шепот ударил сильнее кнута. Ерзанье прекратилось, омега застыл в ожидании. Не было больше не возмущений, не злости. Был только этот момент, остальное словно застыло.. или не существовало вовсе даже. Большие карие глаза смотрели в чужие — более хищные, напоминая кошачьи. В них сверкала нотка азарта, будто еще чучуть и крупневший приз в его руках. 

Мужчина находился между раздвинутых ножек, поддаваясь телом вперед так, чтобы губы могли соприкасаться с нежной кожей шеи. Они накрыли кожицу почти невесомо, но каждое прикосновение отдавалось жаром по юному телу. Длинные пальцы спустились вниз, запуская руку в домашние штаны светловолосого. Тот сразу напрягся, поджимая ножки к себе.

Мужчина медленно выпрямился в спине, свободной рукой снимая штанишки. Щеки младшего заплыли румянцем, но наблюдать за этой картиной он перестал.

— Гуки.. — жалобно протянул, когда большой палец мужчины надавил на головку маленького члена. Спина слегка выгнулась на встречу, а бедра не более интенсивнее виляли со стороны в сторону.  — Прошу.. не тяни же! — будто снова закапризничал.

Мужчина усмехнулся, отодвигаясь назад для своего же удобства. Он лег так, что рот находился в двух сантиметров от члена, горячо обжигая своим дыханием. Эти ощущения давались Тэхену легкой дрожью по чувствительному телу. Он впервые ощущал Чонгука так близко внизу за все отношения.

— Смотри на меня. — твердый шепот заставил открыть глаза, успевшие сомкнуться на несколько мгновений. 

Прищуренный, кошачий взгляд вцепился напротив в более щенячьи, большие. 

Мужчина медленно приблизился к головке, слизывая образовавшийся сок. Младший дернулся, руки вцепились в простынь. Глаза, что обычно круглые, расширились больше. Он ощущал каждое жгучее прикосновение в своем самом чувствительном месте. Создавалось впечатление, что он готов кончить за несколько блядских секунд. 

— Гук..! — Скулил, как настоящий щенок, когда мужчина, не став томить, взял в рот головку полностью, посасывая её. 

Казалось, что Чонгук вовсе не моргает, запоминая каждую гримасу, образовавшуюся на любимом лице. Он знал, тому хватит пару глубоких толчков и кончит, поэтому не слишком торопился с этим. Играл, круговыми движениями язычком вводя по головке, то заглатывая чуть больше. Дразнил, вынимая член полностью на пару мгновений, то после резко с настойчивостью брал снова.

Каждое движение вызывало у мальчишки новую волну эмоций. Ноги подкашивались, дрожали. Из уст нервно, отрывисто вырвались несвязные слова, просящие дать кончить поскорее. 

— Кхы! — неожиданно вырвалось из уст. 

Ноги задрожали с новой волной, хватка рук стала мертвой, а спинка выгибалась сильнее, проталкивая маленький член глубже в рот Альфы, который охотно принимал. 

Он кончил.

Маленькое тельце было совсем без сил. Очи тяжело закрылись, пока старший принялся слизывать все семя. Тэхен не видел, но чувствовал это. Румянец проявился сильнее, но сил сказать, или отреагировать иначе буквально не было от слова совсем. 

— Такой послушный сразу стал в моих руках — трепетал Чонгук, надевая пижамные штанишки на нежное тело обратно. — Теперь у моего мальчика больше не шалят гормоны, м? — улыбка распылилась на лице сама, видя, как младший потихоньку погружается в царство Морфея.