фем тангю

между ними скользило что-то надоедливое, непонятное, но нам гю с лёгкостью могла дать этому непонятному "чему-то" имя - то была недосказанность. она сквозила тут и там: в переглядках, в её постоянных прикосновениях к рукам и плечам су бон, в неаккуратно брошенных словах. им не хватало времени.

нам гю вполне устраивал её образ жизни. стелиться под сильных, унижать слабых. она не имела ничего против быть золотой серединой: недостаточно слабая, чтобы унижали её, и недостаточно сильная, чтобы под неё стелились такие же, как она. крутиться рядом ради личной выгоды, а потом бросить, как только эта выгода иссякнет. прилипнуть к су бон с самого начала было лучшим решением, которое она могла сделать: су бон сильная, известная, популярная, у неё имеется хоть какой-то, но авторитет, рядом с ней не страшно задираться и язвить, потому что нам гю знает, стоит ей начать драку - су бон прикроет. работало это, пока что, только в обратную сторону.

другие плюсы находиться рядом с ней тоже были - она снабжала её шмалью. стоило ей подойти к ней или просто молча протянуть руку, да хоть на коленках приползти на койку, су бон всегда поделится с ней разноцветными таблеточками и не скажет ни слова. до игры нам гю обещала себе бросить, обещала не срываться и прекратить это безрассудство - её организм трещал по швам и требовавшиеся ей дозы с каждым разом становились всё больше. но попав в это отвратительное место, она не понимала тех, кто проходит все игры на трезвую голову. проходить такое трезвой - рехнуться можно. причём довольно быстро.

нам гю не понимала, почему рядом с су бон хочется вертеться не просто потому, что она сильная и кормит наркотой, как обедами. или понимать даже не хотела. привязываться не хотелось ни к кому - всё равно все умрут рано или поздно. не важно, на играх или она сама перебьёт здесь всех - сумма выигрыша увеличивается за каждого выбывшего, а деньги ей нужны были позарез, нужны были больше, чем кому-либо из всех этих недоносков.

размеры мира сужаются до пределов общежития и су бон, стоит ей принять шмаль. су бон всегда входила в её отрешённый мир - ей не нужны ни сэ ми, ни ген су, ни мин су, лишь бы су бон была там. первые трое в принципе годятся только для того, чтобы на них орать, принижать и сквернословить, с чем она успешно справляется. они не представляют собой никакой ценности, особенно мин су, ведь всё, что она могла делать - дрожать и грустно шмыгать носом, а ещё постоянно предавать их с су бон, раз за разом нажимая на треклятый крестик. ген су особо не выделялась, с сэ ми всё было сложнее. нам гю признаёт: она ненавидит сэ ми по половому признаку. ненавидит потому, что на него не работают уничижения, на оскорбления он отвечает тем же, подозрительно чётко подмечая её слабые стороны. сэ ми был сильнее су бон и уже тем более нам гю, но сильнее не в физическом плане, а, к большому сожалению нам гю, моральном.

поэтому рядом с су бон находиться было приятнее. приятнее держать за рукав куртки её, чем кого-либо. приятно было позволять проклятой недосказанности скользить между ними, касаясь её креста руками так, будто это было её лицо. смотря слегка снизу вверх долго и пронзительно, пока су бон сама не отведёт глаза с огромными зрачками от неё. пока не предложит закинуться наркотой, а потом на пару ловить галлюцинации в туалете. нам гю согласится на всё, что предложит ей су бон, просто потому, что это предлагала она.