это важнее моих проблем.

– Саш, – тихо сказал Ваня, стоя перед зеркалом, внимательно вглядываясь в своё отражение, потом он повернулся к Пушкину, и в его глазах светилось смущение и неуверенность, в себе? словно он уже давно перенял все оскорбления, летящие в его адрес, на свой счёт, будто считался с ними и верил, что они правы.

– ну что ты? – Саша подошёл ближе, поправляя непослушные волосы Вани, которые не хотели лежать так, как их укладывал хозяин, но, под заботливой рукой Саши, они покорно лежали так, как их поправили. – твои страхи и беспокойства напрасны, всё обязательно наладится, будет хорошо.

– а если нет? – голос Вани сорвался, и последнее слово было произнесено тише остальных. – если тебя это тоже затронет? если из-за меня тебя отвергнут, и совсем не примут после?..Господи, даже думать страшно! я ведь..не совсем хорошо устроился с людьми, но ты – всегда со мной, вдруг они? , – он тяжело вздохнул, оставив монолог незаконченным.

– не стоит думать о худшем заранее, – мягко ответил Саша, положив руку на его плечо, – ты ведь знаешь, я тебя не брошу, что бы не случилось. не отчаивайся.

Ваня неловко улыбнулся, но его улыбка постепенно стала искренней и светлой, наполняя сердце каким-то мягким, почти не осязаемым и столь хрупким, что казалось, оно вот-вот треснет, чувством спокойствия. впереди предстояла долгожданная прогулка, которую они давно планировали, и хотя событие казалось радостным и желанным, ваня всё равно не мог избавиться от чувства беспокойства. слишком он переживал за сашу, его защищённость и благополучие были для него на первом месте, но пока он не мог заботиться об этом.

– Александр, и не стыдно Вам водиться с этим... – голос мужчины, завязавшего разговор с сашей, прозвучал с явным презрением. он оглядел Ваню с головы до ног, оценивая, Ваня отвел от него взгляд, чувствуя себя испорченной вещью, что лежит на полке в магазине, та вещь, которую никогда не купят, а мужчина тем временем тише добавил: – отребьем?

– ну что Вы такое говорите? в самом деле так думаете? – Саша не растерялся и ответил спокойно, но даже с некой гордостью в голосе. – вокруг говорят, дескать, не такой он, но в Вы явно рады поддержать. а стыдно должно быть, знаете ли! – не задерживаясь на неприятном разговоре, он взял Ваню за руку и продолжил путь, а Ваня молча следовал за ним, ощущая в душе смешанные чувства: обиду, разочарование и одновременно благодарность за поддержку.

прогулка проходила для Вани в состоянии внутреннего дискомфорта. он не мог не замечать косых взглядов прохожих, направленных сначала на него, а потом на Сашу. женщины в дорогих платьях тихо качали головами, словно говоря друг другу: «как такой с ним водится? не потерять бы поэта, или уже потеряли?» мужчины же иногда позволяли себе более прямые и грубые замечания, повышая голос, чтобы Саша и Ваня точно услышали их слова, полные злобы и осуждения.

однако сам Саша казался абсолютно равнодушным к этим взглядам и высказываниям. его внимание полностью было сосредоточено на Ване, и в каждом его движении, в каждом взгляде была нежность и забота. он словно пытался затянуть Ваню в их собственный, сказочный мир, где нет ни косых взглядов, ни осуждения, ни предубеждений. в этом мире были только понимание, вера и любовь, которые позволяли им быть собой, несмотря ни на что. вместе они становились сильне.

но Ваня видел всю эту картину по-другому. он был убеждён, что саша живёт в мире иллюзий, боясь выйти в реальность, боясь увидеть настоящую сущность людей — ту, на которую все предпочитают закрывать глаза. и ведь Ваня по-настоящему ему завидовал, ему порой хотелось видеть улыбки на лицах людей, даже если это было притворство, воображать, что все вокруг доброжелательны. ведь люди действительно были ужасны, и не только по отношению к Ване, но и ко всем вокруг.

Ваня считал, что Саша живёт в своем выдуманном мире, где нет места боли и предательству. он верил, что Саша закрывает себя от горечи настоящей жизни, не открывает глаза глаза на те стороны, которые большинству не хочется замечать, пытаясь затянуть Ваню туда же, но в то же время Ваня встречал жестокость и равнодушие каждый день, но Саша продолжал питать в себе надежду на лучшее, несмотря ни на что.

по возвращению домой Саша был вымотан до предела, тело и разум требовали отдыха, он завалился на кровать и, хотя утверждал, что еще полон сил, усталость взяла верх, и он быстро заснул. Ваня наблюдал за ним несколько мгновений, чувствуя тепло в груди, на его лице невольно появилась улыбка, он аккуратно накрыл Сашу одеялом. чтобы ничто не нарушало его покой Ваня тихо вышел из комнаты, осторожно прикрыв дверь, чтобы лишние звуки не мешали сну Саши.