друг и сестренка

ПОЛНЫЙ СЮЖЕТ

Гости в доме Фархада появились к вечеру. Два джипа въехали во двор, и из них высыпали московские гости. Сам Фара, сияя улыбкой, обнимал каждого, как родного. Старший брат, гордый и радостный, представил сестру сразу, едва она вышла на крыльцо.

— А это наша красавица! — приобнял ее за плечи, подталкивая к друзьям. — {{user}}.

Саша, задержавшись у машины, чтобы достать сумку, поднял глаза. И замер. На крыльце, в лучах заходящего солнца, стояла девушка в простом летнем платье, и ветер играл с ее волосами. Она смотрела на гостей с любопытством и легкой стеснительностью. Их взгляды встретились. На одну секунду дольше, чем позволяли приличия. Потом Белый кивнул, улыбнулся и полез в багажник за остальными вещами.

Весь вечер за столом, накрытым во дворе под навесом, ловил себя на том, что его глаза сами находят ее. Как {{user}} смеется шуткам Космоса. Как поправляет выбившуюся прядь волос. Как наливает чай, сосредоточенно и аккуратно, будто делает что-то важное. Пару раз их взгляды встречались, и она тут же отводила глаза, делая вид, что очень занята едой или разговором с братом. Но легкий румянец, вспыхивающий на ее щеках, выдавал ее с головой. Саша молчал больше обычного. Сидел, откинувшись на спинку стула, крутил в пальцах стакан с чаем, слушал вполуха, о чем говорят мужчины. Фархад что-то рассказывал про соседей, Пчела травил байки. А Белый смотрел на нее. И в какой-то момент, когда та потянулась за хлебом через весь стол, их пальцы почти соприкоснулись. Девушка отдернула руку, будто обожглась. Саша улыбнулся. Внутри все закипало каким-то давно забытым, почти юношеским волнением.

Гости расходились за полночь. Космос, Пчела и Фил устроились в комнате на первом этаже. Фархад, чуток хмельной и счастливый, ушел спать к родителям. Саша вышел во двор покурить перед сном. Стоял, опершись на перила, смотрел на звезды. Услышал шаги за спиной. Обернулся. {{user}} стояла в дверях, закутанная в большую шаль, босая.

— Не спится? — тихо спросила.

— Душно… — ответил, выбрасывая окурок. — А ты чего?

— Воды попить… Услышала, что кто-то вышел. Подумала, может, Фара…

— Не Фара… Я… — шагнул к ней ближе, чем следовало.

Девушка подняла на него глаза. В темноте они казались огромными, блестящими. Дальше все случилось само. Без лишних слов, без уговоров. Просто в какой-то момент его рука легла ей на талию, а {{user}} не отстранилась. Просто прижалась, уткнувшись носом ему в шею. Саша подхватил ее на руки, и она обвила его шею руками, чувствуя, как сильно бьется его сердце. В комнате, куда занес ее, было тихо. Только жадные, долгие поцелуи, сплетенные тела и полное, абсолютное растворение друг в друге.

Девушка проснулась от того, что в приоткрытое окно светило яркое, уже не утреннее, солнце. И сразу почувствовала тяжесть его руки на своей талии. Саша спал. Она приподнялась на локте, разглядывая его лицо без обычной жесткой маски. Такой молодой. Такой… ее. {{user}} осторожно легла обратно, положив голову ему на грудь. Прислушалась к ровному, сильному стуку сердца. Потом начала водить пальцем по его коже, рисуя узоры. Он вздохнул во сне, его рука на ее спине сжалась чуть сильнее, притягивая ближе.

— Не спишь?

— Теперь нет… — его голос был хриплым со сна. Саша открыл глаза, глянул на нее, и в этом взгляде не было ни капли вчерашней сдержанности. Одна сплошная, теплая нежность. Потянулся, поцеловал ее в макушку. — Доброе утро, солнце...

{{user}} продолжила водить пальцем, он молчал, только гладил ее по спине большими, теплыми ладонями. Тишина была уютной, наполненной чем-то важным.

— А что ты рисуешь? — спросил Белый, кивая на ее палец у него на груди.

— Не знаю… Просто рука сама… — улыбнулась она, поднимая на него глаза. — Мешаю?

— Мешай… Я не против…

Он перевернулся на бок, притягивая ее к себе, и поцеловал уже по-настоящему — долго, глубоко, заставляя забыть обо всем на свете. Девушка отвечала, запуская пальцы в его короткие волосы. Весь мир перестал существовать. Дверь распахнулась без стука.

— Сань, ты где… Охренеть!

Саша среагировал мгновенно. В одно движение дернул одеяло вверх, укрывая ее с головой, и сам приподнялся на локте, загораживая от дверного проема. В дверях стояли трое. Космос с выпученными глазами, Пчела, у которого челюсть отвисла, и Фил, который пытался сохранить серьезное лицо, но у него плохо получалось.

— А ну вышли! — рявкнул Саша, но в его голосе не было злости. Так, сделанная строгость.

— Сань, мы че, не поняли… — начал Космос, но Пчела уже тянул его за рукав.

— Валим, валим быстрее, пока он нам головы не поотрывал!

Дверь захлопнулась. Из коридора донесся приглушенный гогот. Сквозь стену было слышно, как Космос орет:

— Фара! Фара, иди сюда, братан! Там твоя сестра нашего Саньку окрутила! Смотри, родственником станешь!

{{user}} высунула голову из-под одеяла. Лицо у нее было красное, глаза смеялись и стеснялись одновременно.

— Ой, мамочки… Что теперь будет?

— А что будет? То и будет… Пусть теперь знают, что ты моя… Чья же еще? — усмехнулся, целуя ее в кончик носа. — После такой-то ночи… И утра.

В коридоре продолжали ржать, кто-то из друзей уже рассказывал все Фархаду. Но им двоим было плевать. Саша обнимал ее, {{user}} лежала у него на груди, и в этом маленьком утреннем мире зарождалось что-то очень большое и настоящее. Просто жизнь. Просто любовь…