Дочь Монтесумы. Сердце Мира

Дочь Монтесумы. Сердце Мира

Генри Хаггард

IX
Поединок

Мы приложили уши к стене и стали прислушиваться: мы услышали какой-то треск в стене, потом шум, похожий на то, как кошка спрыгивает на пол с высоты, потом осторожное движение людей по комнате и, наконец, звуки от ударов колющими орудиями по чему-то мягкому. Все происходило в полном молчании, которое нарушил голос дона Хосе:
– Берегитесь! Постели пусты!

Минуту спустя были зажжены свечи; мы видели свет сквозь небольшие щели в деревянной стене и через эти же щели могли наблюдать теперь за действиями наших врагов. Кроме отца и сына, было еще четверо, вооруженных кинжалами и ножами. Дон Педро, высоко подняв свечу, старался заглянуть в каждый уголок комнаты, с неистовством повторяя:
– Куда они делись? Найдите их скорее и убейте!
Люди метались по комнате, но никого не находили.

– Они ушли! – сказал дон Хосе. – Этот индеец, должно быть, чародей. Я это уже давно заметил!
– Они не могли скрыться! – настаивал дон Педро. – У всех входов поставлена стража, и ни одно живое существо не имело возможности выскользнуть из дома. Ищите здесь, они куда-нибудь спрятались!
– Ищи сам, – сквозь зубы процедил Смит, – они, вероятно, узнали про тайный ход в часовню и прошли туда!

– Нет! – возразил дон Педро. – Я только что оттуда, и следов их там нет… Среди нас завелся предатель, вот что! Если я только узнаю, кто…
– Не привести ли собак? – предложил дон Хосе. – Они почуют их след.
Кровь застыла у меня в жилах, но дон Педро, к нашему счастью, отверг план сына.
– Зачем тут собаки, когда мы и так обшарили всю комнату? Оставим до утра, а на рассвете начнем поиски. Этих людей надо найти во что бы то ни стало! Если они ускользнут, то мы погибли. Уж и так из-за этих
americanos

мы едва отвертелись, а теперь здесь еще злополучный
inglese
!.. Осмотрим еще чердаки и крышу!
Они ушли, оставив комнату в полной темноте. Мы вздохнули свободнее. Но опасность еще сторожила нас, так как минут через десять отец и сын вернулись, правда, одни. Между ними произошел следующий разговор:
– Ты был без ума, Хосе, когда приглашал их сюда! Ведь ты знал, что я не хочу денег, полученных за жизнь белого!
– Я желал мести, а не денег!

– Хороша месть, которая угрожает нам всем смертью! Когда я поймаю их завтра и расправлюсь, то немедленно покину эту страну и переселюсь подальше, где буду в безопасности. Я вовсе не желаю быть повешенным, как собака. А теперь нам надо, не теряя времени, заняться стариком-индейцем, потому что пьяным я проболтался о нем англичанину. Я не думал, что он останется жив и сможет передать мои слова…
– Да, сегодня ночью или никогда!
– А что если эти скоты не захотят говорить?

– Найдем какое-нибудь средство! Во всяком случае, будут они разговорчивы или нет, но их надо тоже сделать безмолвными… Теперь идем!
Прошел самый томительный час в моей жизни, когда в комнате опять раздались легкие шаги Луизы. Она подошла к нашей стене и тихо спросила:
– Вы здесь, господин мой?
– Да, Луиза! – ответил я.
Она нажала пружину и открыла дверь.

– Они все разошлись, но перед рассветом опять примутся за поиски. Вам поэтому нужно или скрываться здесь в течение, быть может, нескольких дней, или спасаться бегством сейчас!
– Как выйти отсюда?
– Только одним путем – через часовню. Дверь в нее закрыта, но я могу показать вам место в стене, откуда настоятели наблюдали за монахами; вы же храбрые: там можно соскочить на пол и через окно в алтаре выбраться на улицу. Собаки привязаны, но вы должны спешить – времени мало!

– Хотя эта женщина и не говорила ничего, но, похоже, мы найдем в часовне большое общество! – сказал я сеньору. – Дон Педро и его сын отправились беседовать с пленниками. Риск очень велик, но не лучше ли ему подвергнуться, чем ждать здесь?
– Да, гораздо лучше! – ответил Стрикленд после минутного раздумья. – Лучше сразу действовать, чем чахнуть в этой дыре. К тому же мы прибыли сюда, чтобы встретиться с индейцем, и, следовательно…
– А что скажет Молас? – спросил я своего товарища.

– Слова сеньора мудры, а мне совершенно безразлично, куда меня поведет тропа жизни: направо или налево, – смерть все равно стережет меня!

Не без некоторого труда выбрались мы через потаенную дверь и очутились в длинном проходе. Впереди шла Луиза, ведя меня за руку, остальные также следовали друг за другом. Женщина вся дрожала, так как между индейцами существовало поверье, что в часовне появляются привидения. Но когда мы завернули за угол низкого прохода и очутились в окне среди стенных карнизов, Луиза остановилась как вкопанная, с ужасом глядя вперед и шепча заплетающимся языком:
– Матерь Божия! Привидения, привидения!

Она упала бы без чувств, если бы я не поддержал ее. Здесь место было шире. Я показывал вам его, сеньор Джонс, еще в первое ваше посещение. Я осторожно пробирался вперед, за мной следовал сеньор Стрикленд, а за ним – Молас. Могу поручиться, что ни один монах, наблюдавший отсюда, никогда не видел более страшного зрелища. Вся алтарная часть была освещена луной, светившей через высокое окно, и большим фонарем, который дон Педро держал в руках, но вскоре поставил на престол. Его свет осветил группу из четырех лиц: самого дона Педро, его сына, старика-индейца и молодую девушку. Пленники были привязаны к колоннам у алтаря. Девушка приковала к себе все мое внимание. Распущенные волосы окаймляли изможденное страданиями лицо, но лицо это было так прекрасно, от него веяло таким благородством, что зрелище сразу брало за душу. Она была индианка, но таких я еще никогда не видел среди своего народа: цвет кожи был почти совершенно белым, а волосы черными волнистыми прядями спадали ниже колен. Все лицо озарялось ясным взглядом больших темно-синих глаз. При довольно высоком росте удивительная стройность еще сильнее подчеркивалась складками белого платья. Внешность Зибальбая вполне соответствовала описанию Моласа. Худое, длинное, с белыми волосами и бородой лицо, орлиный нос, высокий худощавый стан с какой-то царственной осанкой. Его одежда была разорвана, обнажая мускулистое тело, на руках и на открытой груди виднелись кровавые полосы, причина которых, несомненно, заключалась в лежавшем на пол

– Этот мул молчит. Спроси ты у дочери, ведь не захочет же она подвергать отца новой пытке! – проговорил сын, обращаясь к отцу по-испански.
– Моя милая, – обратился к девушке дон Педро на языке майя, – не упрямься и пожалей своего отца! Скажи, где лежит золото?
– Дочь! Приказываю тебе до последнего издыхания хранить молчание!
– Замолчи, собака! – крикнул на него дон Хосе, зажимая ему рот рукой.

– Если бы я только могла заменить тебя! – воскликнула девушка, подаваясь вперед, но не в силах порвать стягивавшие ее веревки.
– Не торопись, красавица, – обратился к ней Хосе. – И до тебя дойдет очередь, я сумею заставить тебя говорить и, если нужно, прибегну к силе. Хотя жаль, ты очень, очень хороша!
Девушка метнула на него взгляд, полный ужаса и ненависти.

– Что мы применим к ней? – спросил сын отца. – Раскаленный клинок? Передай мне, пожалуйста, твой нож… Хорошо… А теперь, старый черт, в последний раз спрашиваю тебя: где храм, полный золота, о котором ты говорил со своей дочерью?
– Нет такого храма, белый человек! – спокойно ответил старик.
– В самом деле? А откуда у тебя золотые монеты, которые мы захватили в твоем жилище? Откуда у тебя этот нож, осыпанный драгоценностями?

И он указал на большой кинжал, действительно очень ценный, который он теперь держал в руках, с рукоятью из литого золота.
– Он был подарен мне одним другом! Я не знаю, где он его получил!
– Неужели? Я постараюсь освежить твою память… Отец, погрей острие клинка, а я тем временем немного отдохну и расскажу нашему гостю, как мы им воспользуемся!

Он близко подошел к старику и что-то проговорил ему на ухо. У того глаза широко раскрылись, словно от невероятного ужаса, потом голова поникла на грудь, и он весь осунулся. Если бы не веревки, то он упал бы на пол. До нас едва донеслись сказанные им с глубоким вздохом слова:
– Разве белые люди – злые духи? Или на земле нет больше ни правды, ни справедливости?

– Нисколько, друг! – весело ответил Хосе. – Мы добрые парни, но по нынешним временам трудно жить… Что же касается правды и справедливости, то и в этой стране есть законы, но они не относятся к некрещеным собакам-индейцам. Теперь в последний раз спрашиваю: отведешь ли ты нас туда, где золото, оставив дочь здесь заложницей?
– Никогда! Пусть лучше испытаем мы сто смертей, чем выдадим тайну нашего народа таким людям, как вы!
– Значит, у вас есть тайна? – воскликнул Хосе. – Отец, готов нож?

– Еще минуту, – ответил дон Педро, поворачивая лезвие на огне. – Дай подогреть немного.
Вот что мы видели и слышали.
– Нам пора вмешаться! – сказал сеньор, берясь за перила с намерением спрыгнуть вниз.
– Может быть, нижняя дверь открыта, – шепотом сказал я ему, удерживая за руку.
– Неужели вы хотите туда спуститься? – дрожащим голосом спросила Луиза.
– Разумеется! Мы должны помочь этим людям или умереть с ними! – ответил я.

– В таком случае, прощайте! Меня ожидает мучительная смерть, если меня увидят с вами, а у меня есть ребенок, для которого я должна жить. Будьте счастливы!
С этими словами она быстро исчезла в проходе, а мы без шума сошли по лестнице и действительно нашли дверь открытой. В это время Хосе подошел к Зибальбаю, держа в руке раскаленный кинжал:
– Смотри, красавица, как я буду крестить твоего отца в нашу христианскую веру. Я раскаленным лезвием начерчу на его лице знамение креста!

В это самое мгновение Молас схватил его сзади за руку и принудил бросить кинжал. Со своей стороны, я бросился к дону Педро и, обхватив его руками, сжал, как железным обручем, не давая ему сделать ни малейшего движения.
– При первом же слове вы будете немедленно убиты! – заявил им сеньор, поднимая оброненный доном Хосе кинжал и приставляя раскаленное лезвие к его груди. Послышался запах паленого сукна, и Хосе стал молить о пощаде:

– Вы джентльмен и англичанин, вы не можете, как мясник, зарезать беззащитного человека!
– А вы сами собирались прирезать нас, как быков, в нашей комнате! Молас, отпусти эту собаку, но если он попытается бежать, то всади ему нож поглубже. Хосе Морено, у вас есть нож на поясе, у меня тоже. Я не хочу вас убивать, но мы решим наше дело поединком, на этом месте и сию минуту!
– Сеньор, вы с ума сошли рисковать вашей жизнью подобным образом. Я собственноручно заколю этого негодяя!

– Они хотели убить нас, пусть умрут сами! – вставил Молас, но сеньор упорно твердил:
– Я буду драться на равных условиях!
– Хорошо! – ответил я и, обращаясь к Моласу, добавил: – Отпусти его, но держи нож наготове!

Хосе осмотрелся вокруг, надеясь бежать, но перед ним был кинжал сеньора, а сзади нож Моласа. Последовала странная сцена в странном свете луны и пламени фонаря, довольно ярко освещавших некоторые части часовни и оставлявших прочие в совершенной темноте. Странен был и сам поединок между представителями добра и зла. Первым стал нападать дон Хосе, стараясь нанести удар в голову, но, в свою очередь, сеньор Стрикленд, удачно увернувшись от грозившего удара, задел левую руку мексиканца, вырвав у него сильный крик боли. Тот стал отступать, пока не дошел до ступеней алтаря. Здесь ему поневоле пришлось остановиться и принять решительный бой. Я с напряженным вниманием следил за всеми перипетиями борьбы и с облегчением вздохнул, когда увидел, что моему другу удалось пронзить сердце своего врага и тот замертво упал к ногам индейской девушки, которую он так долго мучил. Здесь я должен сознаться в большой оплошности, которая наделала много бед и за которую я не перестаю себя винить. Я уже сказал, что крепко держал дона Педро, но по какой-то необъяснимой для меня причине, вероятно, под впечатлением радости от победы друга, я несколько ослабил свои руки, и мой пленник стремительно вырвался и побежал вглубь часовни. Я бросился за ним, но он уже успел достичь потаенной двери и захлопнул ее перед моим носом. В ней не было ни ручки, ни ключа, и мне не удалось ее открыть.

– Бегите! – крикнул я, бросаясь к алтарю. – Он вырвался и теперь вернется со всеми остальными.

Сеньор видел все, что произошло, и поспешно резал веревки, связывавшие обоих несчастных пленников. Я вскочил на престол – да простится мне мое прегрешение! – и с трудом, при помощи подсадившего меня Моласа, на руках подтянулся до окна, пролез через него и очутился по ту сторону часовни. Вслед за мной подсадили Зибальбая, которого я не без усилий протащил сквозь окно, – так он был слаб и измучен. Затем пробралась его дочь, потом сеньор и, наконец, Молас, так что через три минуты после бегства дона Педро мы все невредимыми стояли в саду около часовни.

– Куда же теперь? – спросил я, не зная, куда направиться.
Девушка внимательно и быстро осмотрелась вокруг и сказала:
– Идите за мной! Я знаю дорогу!

Мы быстро дошли до стены высотой с человека, за которой шла изгородь из кустов алоэ. Мы перелезли через стену и пробрались сквозь кусты, порвав одежду и поцарапавшись, так как иглы были очень острые. Так мы очутились на пашне, в открытом поле. Девушка – ее звали Майя – посмотрела на звезды и решительно свернула в сторону видневшегося вдали темного леса.
– Куда? – остановил я ее. – Направо идет дорога в город, и там мы можем найти спасение…

– Чтобы быть арестованными в качестве убийц? – возразил сеньор. – Вы забыли, что Хосе Морено погиб от моей руки. В лучшем случае нас посадят в тюрьму, а отец явится грозным обвинителем. Нет, нам лучше спрятаться в лесу!
– Господа, – произнес Зибальбай свое первое слово, – я знаю в лесу место, где мы можем найти себе временный приют. Это развалины старинного храма… Но скажите, кто вы такие?

– Вы меня не узнаете, Зибальбай? – спросил Молас. – Я тот посланный, который должен был привести к вам Хранителя Сердца! – И он указал на меня.
– Вы этот человек? – удивился старик.
– Да, и я многое перенес, прежде чем нашел вас. Но теперь не время разговаривать. Проведите нас в более надежное место, так как мы подвергаемся большой опасности!

В подтверждение моих слов со стороны асьенды послышались частые выстрелы. Майя заняла место впереди, и мы ускоренным шагом дошли до леса. Выстрелы замолкли, и мы немного передохнули. На востоке занимался рассвет.


Все материалы, размещенные в боте и канале, получены из открытых источников сети Интернет, либо присланы пользователями  бота. 
Все права на тексты книг принадлежат их авторам и владельцам. Тексты книг предоставлены исключительно для ознакомления. Администрация бота не несет ответственности за материалы, расположенные здесь