@dimonundmir

Соединённые Штаты понимают всю сложность современного своего геополитического положения. Да, Запад делает даже не хорошую — отличную мину при очень посредственной игре на Украине, изображая готовность бороться с Россией до последнего украинца, а теперь уже и поляка. Но в действительности военно-политических и военно-технических возможностей громадной коалиции во главе с США едва хватает на сдерживание России на одном театре военных действий. Хотя Москва пока даже не задействовала все возможности Союзного государства России и Беларуси, используя их только как средство сдерживания.

И встаёт неприятный для Вашингтона вопрос: а что будет, если в какой-то момент успешное до сих пор антироссийское политическое конструирование и манипулирование даст сбой и начнётся конфликт, затрагивающий одного из важнейших союзников США? Это может быть и Тайвань, и Южная Корея, и Саудовская Аравия — и список потенциальных «жертв» постоянно расширяется.

И как и чем в таком случае придётся реагировать Вашингтону, учитывая если не истощение, то крайнее напряжение военно-технических и логистических возможностей, которое продлится как минимум до начала лета, а вероятно, и дальше, учитывая, что развёртывание полномасштабного производства в ВПК — вопрос не столько денег, сколько кадров?

И здесь палочкой-выручалочкой для Вашингтона может стать как раз тактическое ядерное оружие, размещённое на авианесущих ударных соединениях и быстро перебрасываемое к угрожаемому театру военных действий. Такого потенциала мобильности тактического ядерного оружия у России просто нет: мы опираемся в ядерной доктрине именно на стратегическое сдерживание. В этом смысле наше оружие по формату менее гибкое, что сейчас становится проблемой, которую необходимо решать.

Но для этого ядерное оружие необходимо для начала политически легализовать, доказать неизбежность его применения «врагом» (и в этом смысле статус именно «врага» для России более чем принципиален), а потом объявить, что американцы просто успели раньше, хотя по ряду причин пришлось бить не по России, а по её «союзникам». Тем более что, в отличие от России, американская военная доктрина в принципе позволяет применять ядерное оружие первым. Да и кто теперь будет разбираться в тонкостях, когда дело сделано… Ну а то, что многие в Вашингтоне живут по принципу «после нас хоть потоп», думаю, уже все поняли.

Но есть нюанс: раздувая ядерную истерию, США, сами того не желая, усиливают политические возможности России в той сфере, где она на данном этапе сильнее. И для коллективного Запада возникает прямая военная опасность. Американцы фактически создают дополнительные, пока ещё политические, риски для себя, создавая впервые за много лет у европейского обывателя чувство угрозы. Для европейцев конфликт вокруг Украины уже откровенно перестаёт быть конфликтом «где-то далеко», и это новое ощущение рано или поздно перерастёт в некие политические реакции, хотя, скорее всего, и не быстро. Наша задача — используя пропагандистскую энергию американцев, разъяснить, что нечто подобное (фактор угрозы непосредственно каждому конкретному человеку) возникает и для американского обывателя. И это будет то самое «информационно-политическое дзюдо», когда мы поставим на службу себе агрессивность явно зарвавшегося противника. И вот это будет реальным новым вкладом в формирование принципиально новой политической реальности, которая вряд ли будет более стабильной, но явно более благоприятной для России