chapter 7

Норт открыл глаза в своей постели. Солнечный свет, просачивающийся сквозь шторы, говорил ему, что уже далеко за полдень. Норту было всё равно, нужно ли ему куда-то спешить, важно было то, кого он найдёт, когда проснётся.

« У тебя такое твёрдое сердце, Норт. Я не знаю, как ты можешь быть таким "твёрдым" и в итоге оказаться в постели вот так. Мы были посреди ссоры, и вдруг, ни с того ни с сего, оказались здесь. Мне это нравится... то есть, мне это совсем не нравится! . . . »

— Ты уже проснулся?

Ю, должно быть, уже давно не спал, но, видя, что Норт всё ещё спит, он не вставал. По его улыбке было ясно, что он очень доволен тем, что они проснулись вместе в таком состоянии — совершенно голые.

— Да, я уже проснулся. Ты давно так лежишь?

— Некоторое время. Я снова собрал свои вещи.

Норт нахмурился с любопытством, бросив взгляд в сторону кровати. Он увидел чемодан Ю - это был тот самый, который он собирал прошлой ночью, когда был готов уйти.

— Значит, ты действительно уходишь?

— ты хочешь, чтобы я остался?

— Как ты можешь? Если Хиа Пай найдёт тебя здесь, мы оба трупы.

— Поэтому я подумал, что лучше переехать.

Говоря это, Ю по привычке нежно убрал прядь волос с лица Норта. От этого сердце Норта забилось быстрее, но он попытался сохранить самообладание, чтобы не показывать слишком много.

« Не люби вора, Норт. Не влюбляйся в него ».

— И куда ты пойдёшь? — спросил Норт, убирая руку Ю. Он, казалось, не был обеспокоен.

— Я вернусь в многоквартирный дом. Это единственное место, которое у меня есть. Но... я могу приходить к тебе чаще?

— И зачем тебе приходить?

— чтобы видеть тебя. Ты не хочешь, чтобы я приходил? Что ты говоришь?

Ю нежно улыбнулся. Норт был в ярости на себя, потому что совсем не мог с ним спорить. Ему хотелось кричать во весь голос: «Конечно, хочу!»

— Хиа Пай точно пристрелит тебя.

— У Хиа Пая не будет времени стрелять в меня. Он, должно быть, сходит с ума от свадебных приготовлений. Кстати, тебе не нужно помогать ему?

— Я предлагал, но он сказал, что не нужно. Завтра я вернусь помогать Пи’о в пекарню. я хочу, чтобы дедушка увидел, что я могу справиться сам.

— Это хорошо. Хочешь, я помогу тебе с чем-нибудь?

Норт слегка покачал головой, затем натянул одеяло на голову и сказал приглушённым голосом, надеясь, что мужчина рядом не услышит его:

— Просто поддерживать меня - этого достаточно.

« Хорошо, если он не услышал, тем лучше ».

Ю улыбнулся с полным обожанием.

---

— Отпусти! Ты испортишь мой торт!

Норт бросил нож после попытки разрезать баноффи так, как научил его друг. Он изучал техники от своего лучшего друга Пи’о всё утро, пока его мозг не перестал вмещать информацию. друг пытался научить его всему за один день.

— Но ты сказал мне ориентироваться по линии банана!

— И ты думаешь, что это банан? Ты ослеп, Норт?

— Эй! Это действительно сложно.

Норт наблюдал, как Пи’о нарезает десерт на идеальные кусочки. Почему это выглядело так легко, когда делали другие? Когда делал он, это выглядело как поле битвы.

— Было бы не так сложно, если бы ты чаще приходил помогать в магазин, друг.

— Хватит! Как долго ты собираешься меня пилить? Я ведь здесь помогаю, разве нет?

— Но серьёзно, почему ты не пошёл работать в торговый центр к дедушке? Ты бы отдыхал, целый день подписывал бы документы. Было бы здорово.

— Что в этом такого здорового? Это не так просто, как в лакорнах.

— Это сложно, то не легко... так что ты умеешь делать, кроме как иметь парня?

— Пи’о! Я не должен был тебе ничего рассказывать.

его друг рассмеялся в сотый раз. Норт решил рассказать своему лучшему другу всю историю - по крайней мере, так у него был кто-то, кому можно довериться, поскольку он не мог говорить о Ю ни с кем другим, особенно с Хиа Паем.

— Если Хиа Пай узнает, что я вот-вот сдамся, мне несдобровать.

— Ну и что? Он тебе нравится, а не Хиа Пай.

— Легко сказать. Он обманул меня, ты уже забыл?

— Ты сказал мне минуту назад, что прошлой ночью он казался очень искренним. Так какой вердикт?

— Ну... я... Аааа, я не знаю!

Норт взъерошил волосы, выпуская своё разочарование и замешательство. Он не знал, как управлять своими чувствами. Просто думая о лице Ю, он злился, но в следующую секунду с удивлением обнаруживал, что улыбается. Что, чёрт возьми, с ним не так?

— То есть ты ведёшь себя так безумно, потому что не решаешься доверять ему на сто процентов, да?

— Что-то вроде того.

— И почему?

— Ну, потому что он подошёл ко мне из корыстных побуждений!

— Тогда, полагаю, тебе придётся подождать того дня, когда тебе больше нечего будет ему предложить, чтобы ты мог доверять ему как раньше, — Норт замолчал, размышляя. То, что сказал Пи’о, было правдой: он не сможет доверять Пи’Ю так же, пока у него действительно не останется ничего, что можно было бы предложить.

— Хотя, если подумать, сейчас ты ни на что не годен. Ты даже торт порезать не можешь.

— Эй, хватит жаловаться! Дай мне другую форму, я попробую ещё раз.

---

— Нана, проверь ещё раз подругу дедушки, госпожу Кесорн. Я помню, что её внук аллергик на креветки.

— Да, кхун Пай.

— И проверь фоновое освещение. Убедись, что оно не выглядит таким жёлтым, как на вчерашнем тесте.

— Это уже исправлено.

— А также просмотри сценарий ведущих. Убедись, что части на китайском языке не содержат ошибок.

— кхун Пай, достаточно.

Пай перестал отдавать приказы, когда его правая рука попросила его об этом. Он посмотрел на себя в зеркало - стилистам было трудно делать ему макияж и укладку, пока он продолжал работать.

— Я боюсь, что что-то пойдёт не так. Ты должна понять.

— Я понимаю, кхун Пай. Но если что-то должно пойти не так, пусть идёт не так. Мы не можем контролировать всё. Кроме того, я думаю, что вы и кхун Тим должны быть самыми счастливыми людьми на свете сегодня.

Нана улыбнулась ему, подбадривая. Пай вздохнул и улыбнулся в ответ. Возможно, он слишком много думал. он забывал, что в такой важный день он должен отпустить контроль и наслаждаться обществом человека, который вот-вот станет его законным партнёром по жизни.

— Тим уже закончил одеваться?

— Да, уже закончил. Он выглядит великолепно!

Пай рассмеялся, когда Нана прошептала комплимент его будущему мужу. Одно только представление этого делало его счастливым. Тим, должно быть, выглядел очень красиво, гораздо красивее, чем в день, когда они мерили костюмы, или в день предсвадебной фотосессии.

---

Тем временем в комнате Тима.

— Что ты сказал? Ты поедешь сам? Они не заметят, Ю?

Тим уже был накрашен и одет, и, поскольку он был один, мог выпустить весь свой стресс без притворства.

Тим сказал Паю, что Мае Ум не сможет присутствовать на свадьбе. Конечно, как она могла прийти теперь, когда оказалась «матерью» Ю? Она придумала отговорку, что больна в Лондоне и не может приехать - у них был фальшивый видеозвонок, и, к счастью, Пай ничего не заподозрил.

«Не хватает персонала, Пи’Тим. Что ты хочешь, чтобы я делал? Я надену маску, никто меня не узнает».

— придётся так и сделать. И с группой "родственников", которых ты устроил, всё в порядке? Они не могут выглядеть как иностранцы, понял?

«Как они могут выглядеть как иностранцы, когда у тебя такие азиатские черты? Я уже хорошо их выбрал, ПиТим, не волнуйся. Всё будет хорошо».

— Надеюсь... что всё пройдёт хорошо, — Тим повесил трубку и закрыл глаза, глубоко вздохнув. Когда этот день закончится, всё станет проще. Но ему действительно нужно, чтобы это закончилось сейчас.

Утренняя церемония началась с традиционного тайского свадебного шествия (Кхан Маак). Увидев группу фальшивых родственников, которых устроил Ю, Тим почувствовал облегчение. Все они вели себя идеально, как будто знали его всю жизнь, и наслаждались мероприятием, не вызывая никаких подозрений.

— Твои родственники очень милые, Тим. Нам стоит организовать с ними ужин, когда всё это закончится.

— Конечно, все хотят узнать тебя получше, Пай.

Пай выглядел невероятно. Хотя Тим видел его в этом костюме раньше, в день свадьбы он выглядел в тысячу раз лучше. Он поймал себя на том, что смотрит на своего партнёра с восхищением, которое не мог скрыть.

«Следующий шаг — обмен кольцами».

Распорядитель дал сигнал. Тим взял кольцо из коробки и посмотрел Паю в глаза. Они оба улыбнулись, как будто ждали этого момента целые столетия.

Огни, вспышки, аплодисменты, даже фоновая музыка... Тиму было всё равно. Он видел только человека перед собой, того, кому он надевал кольцо. то кольцо, которое отныне будет символизировать его любовь. Тим решил ни о чём больше не думать; с этого момента это были только он и Пай.

— Почему ты так на меня смотришь? Смотри в камеру.

— Я просто счастлив. Спасибо тебе, Пай.

Тим не сдержался и прошептал своему партнёру, не заботясь о том, что фотограф ждёт, чтобы запечатлеть образ их сцепленных рук. В тот момент Тим был парнем, безумно влюблённым, которому больше не было дела до протокола.

— Теперь мы перейдём к подписанию реестра. Мне сказали, что жених практиковался в подписи дома, это правда?

Пай рассмеялся шутке чиновника, когда тот положил перед ними свидетельство о браке. Тим проверил, правильны ли имена, и подписал без колебаний. Пай сделал то же самое.

«Ну вот, Тим. Это ответ твоей жизни. Не думай об этом больше».

Свадьба перешла в вечерний приём. Когда утреннее волнение улеглось, Тим смог более спокойно осмотреть окрестности. Он сглотнул, понимая, что все знакомые семьи Пая — важные люди: друзья дедушки Сопхона владели крупнейшими компаниями в стране.

Он смотрел, как Пай приветствует всех, говорит о вещах, о которых Тим ничего не знал. Он думал, что ему придётся многому научиться, чтобы не отставать от него.

— Тим, кто это?

Тим посмотрел туда, куда указывал Пай, и побледнел, увидев Ю рядом с Нортом. Даже несмотря на маску, Тим не мог не узнать его.

Что касается Ю и Норта, сначала казалось, что ничего не произойдёт. Ю должен был быть только водителем для фальшивых родственников и планировал спать в машине, но, зная, что Норт так близко, он не удержался и переоделся официантом, чтобы быть рядом с ним.

И если бы он не проник так, он бы не увидел всех этих миллионеров, подходящих к Норту, чтобы бесконечно чокаться с ним. Ю не выдержал, он подошёл с подносом и притворился, что споткнулся, пролив напитки на них и заставив их разбежаться чистить одежду.

— Пи’Ю! Что ты здесь делаешь? Хиа Пай увидит тебя!

— Если бы я не пришёл, ты бы простоял всю ночь, разговаривая с тем парнем?

— Эй, не глупи! Он друг Хиа Пая. И что это за форма?

Норт с недоумением посмотрел на одежду Ю, но у Ю не было времени объяснять, так как за их спинами раздался знакомый голос.

— Что ты здесь делаешь?!

Пай попытался сохранить самообладание, но у него это плохо получалось. Ю и Норт почувствовали холодок, когда Пай и Тим приблизились.

— Хиа Пай, пожалуйста, успокойся.

— Я говорю с ним. Что ты здесь делаешь?

Ю взглянул на Тима, который был за спиной Пая, в поисках помощи, но Тим, казалось, ничего не мог сделать.

— Я скучал по Норту.

— Ложь. Кто снова поверит твоим словам?

Ю посмотрел на Норта, как бы спрашивая, верит ли он ему. Норт инстинктивно слегка кивнул. Увидев это, Пай чуть не взорвался посреди вечеринки.

— Послушай меня, у меня нет настроения для игр.

— Дорогой, успокойся, — вмешался Тим, схватив Пая за руку, чтобы предотвратить сцену, — Я думаю, ему лучше уйти сейчас.

Тим строго посмотрел на Ю, требуя подчиниться, но Ю не настаивал. Он взглянул на Норта, который также кивнул в знак согласия с Тимом.

Как раз когда Ю собирался уйти, двери большого зала распахнулись настежь. Группа примерно из двенадцати женщин прошла прямо в центр. Все они были одеты в мрачные чёрные наряды, производя незамедлительное впечатление на гостей.

Но тот, кто был напуган больше всех, был Тим.

— Кто они, Тим? Это твои гости?

Тим был так потрясён, что даже не мог ответить. Двенадцать приближающихся женщин были теми жертвами, которых он обманул, прежде чем уйти из бизнеса. Он был уверен, что уже уладил всё с ними... с помощью нескольких пощёчин. Но что они делали здесь?

— Меня зовут Ари.

Пай нахмурился, увидев, как женщина выходит на сцену и забирает микрофон у певца. Музыка прекратилась. Все глаза обратились к ней. Пай почувствовал, что что-то не так, и взглянул на Тима, который, казалось, был в трансе, ожидая, что скажет женщина.

— Молодой Пай... у этих двенадцати женщин и у меня есть кое-что очень важное, что мы должны вам сказать.

— Пи’Ари... пожалуйста, можем мы поговорить наедине? — умолял Тим.

— Не торопитесь, я ещё не закончила говорить, Кхун Хонг... то есть, Кхун Тим.

— Тим, что всё это значит?

Тим начал отчаиваться. Он не знал, идти ли и забрать микрофон у Ари или убежать с Паем. Но ни один из вариантов не казался осуществимым. Все эти женщины, казалось, были движимы жаждой мести.

Ари и другие остановились прямо перед Паем и Тимом.

— На прошлой неделе жених молодого Пая расстался со мной. Вы можете удивиться, почему только на прошлой неделе, когда вы встречаетесь уже несколько месяцев? Что ж, у меня есть кое-что ещё более невероятное. Он расстался со мной и этими двенадцатью женщинами в течение всего нескольких дней. Забавно, правда, молодой Пай? Как мог ваш муж сделать такое?

— Тим... о чём она говорит?

— Дорогой, успокойся, позволь мне объяснить...

— Потому что твой муж - профессиональный мошенник! — закричала Ари.

В гостиной разнёсся гул. Тим почувствовал ком в горле: он не мог ни глотнуть, ни говорить. Он мог только смотреть на Пая, мысленно умоляя его не слушать, даже если всё это было правдой.

— Он встречался со всеми нами одновременно и выманил у нас миллионы.

— То, что она говорит, правда, Тим? — спросил Пай дрожащим голосом.

— Ответь нам, Кхун Тим! Расскажи ему, как хорошо ты умел обманывать всех нас.

— Пи’Ари, я умоляю вас… зачем вы делаете это сейчас? Я уже извинился.

— Ты думаешь, извинений достаточно? Если бы я не узнала от официанта в ресторане в тот день, я бы даже не знала, что ты заманил нас всех в одно место, чтобы расстаться с нами. Как ты мог?!

Тим хотел плакать, чтобы всё это закончилось, но он знал, что даже если он затопит отель своими слезами, это не закончится. Единственное, что могло закончить это, — его собственная жизнь. Он посмотрел на Пая, умоляя его не ненавидеть его, не разочаровываться в нём. Но выражение лица Пая было выражением человека, который хотел убежать как можно дальше.

— Я здесь не для того, чтобы подавать на тебя в суд, но ты должен мне это!

Ари со всей силы ударила Тима пощёчиной. Гости начали снимать на телефоны. Другие женщины набросились на него, разрывая костюм, который Тим так тщательно выбирал, выливая на него вино. Украшения, фотографии, торт... всё было уничтожено в одно мгновение.

Тим оказался на земле, окружённый хаосом, но его взгляд оставался прикованным к Паю. Взгляд Пая был полон разочарования и боли.

— Пай…

Тим не ожидал, что его голос дойдёт до него. он только надеялся, что Пай не будет ненавидеть его больше, чем уже ненавидел. Он хотел, чтобы Пай знал, что среди всей этой лжи, любовь, которую он чувствовал к нему, была единственной реальной вещью. Но Тим знал, что это ничего не искупает.

Пай развернулся и выбежал из зала.

---