chapter 6

Прежде чем начать новую жизнь с кем-то серьёзно, Тим пообещал себе, что должен разобраться со всеми запутанными делами, которые оставил нерешёнными. Он поставил себе задачу написать всем жертвам из своего списка, чтобы раз и навсегда покончить с этими фальшивыми отношениями.

— Дорогой, ты готов?

И теперь у него был кто-то другой, с кем можно начать всё с чистого листа.

Тим улыбнулся Паю, когда тот приблизился. Они посмотрели друг на друга, одетые в официальные костюмы : Пай выглядел так хорошо, что Тим не мог отвести от него глаз.

— Тим, иди сейчас же переоденься.

— Почему?

— Потому что я ревную.

Тим рассмеялся и притянул Пая поближе для тёплых объятий. В тот день они уже перемерили около сотни свадебных костюмов. церемония семьи Пая требовала так много смен нарядов, что это было похоже на показ мод.

— Мы почти поженились, Пай. Ты взволнован?

— Безусловно. Такое чувство, будто я ждал тебя всю свою жизнь, — Пая и Тима отвезли на фотосессию, которая должна была стать самой экстравагантной предсвадебной съёмкой года. Сколько бы светских людей Тим ни встречал раньше, он никогда не сталкивался с таким исчерпывающим протоколом. С такой большой семьёй свадьба Пая была не только для них двоих, но и для сотен людей.

— Неужели нам нужно так много людей в команде?

Было так много людей, готовившихся к съёмке. Они поднялись, чтобы сфотографироваться в саду с водопадом на промежуточном уровне, в том же месте, где они впервые встретились.

— кхун Тим, кхун Пай, пожалуйста, отвечайте на вопросы естественно.

Это были обычные вопросы: как они познакомились, где, что они чувствовали в тот момент. Пай и Тим ответили без колебаний. Тим прекрасно помнил, что рискнул промокнуть, чтобы встретиться с Паем.

— кхун Тим, заинтересовались ли вы кхун Паем с первого взгляда?

Тим замолчал на мгновение, пытаясь вспомнить, понравилось ли ему с первого взгляда.

— Да, с первой встречи.

Но той «первой встречей» был не тот день в саду, а день, когда Тим увидел Пая, наблюдающего за установкой фонтана.

— Но тогда я думал, что мы очень разные. Он был владельцем этого места, а я просто проходил мимо, чтобы поговорить с клиентом. Он казался очень серьёзным и преданным своей работе. Но узнав его лучше, я понял, что он гораздо мягче, чем думают люди.

И Пай, и присутствующие улыбнулись, услышав это.

— Вы, возможно, хвастаетесь тем, что только вы знаете нежную сторону кхун Пая, а все остальные видят только его профессиональную сторону?

— Верно, хвастаюсь, — пошутил Тим, улыбаясь Паю, — Мой парень такой милый, я должен его показывать. « — Но прежде чем хвастаться своим парнем, разберись со своим прошлым, Тим »…

---

Звук пощёчины эхом разнёсся в частной зоне, которую Тим зарезервировал в ресторане. Зная, что его ждёт такая участь, он не хотел свидетелей, боясь, что кто-нибудь запишет это на видео.

— Послушай, это очень больно.

— Пощёчины недостаточно для такого, как ты!

— яростно закричала одна из его жертв.

— Мне очень жаль, Пи’Чанхом. Но я должен покончить с этим сейчас.

— Я знала это. Я дала тебе миллионы, а ты никогда не воспринимал меня серьёзно.

— Ты давала их мне по собственной воле, — эта фраза вырвалась у него быстрее, чем она успела подумать, и в ответ получить ещё одну пощёчину.

И ещё одну. И ещё несколько.

Тим провёл весь день, сводя счёты со своими «бывшими истцами», пока его лицо не онемело. Официанту пришлось принести ему пакеты со льдом, чтобы уменьшить отёк. Хотя он чувствовал себя так, будто его избили, по крайней мере, Тим чувствовал покой; он заплатил за половину своих грехов, остальное он оставит аду.

— Почему он не отвечает? — жаловался Тим, пытаясь позвонить Ю, чтобы тот приехал за ним. Его правый глаз почти закрылся, и он боялся вести машину, но этот маленький паршивец не брал трубку.

---

Ю припарковал мотоцикл, когда достиг пункта назначения. Он снял шлем и вытянул шею, чтобы снять усталость. Для случайных прохожих он мог выглядеть очень красивым, но не для человека, сидящего сзади.

— Можешь слезть? Я помогу тебе.

Норт снял шлем и неловко слез с мотоцикла.

— Зачем ты привёл меня сюда,Пи’Ю?

Норт поправил волосы, недоумённо оглядываясь. Он устал и вспотел от поездки на мотоцикле. если для этого не было веской причины, он собирался сильно разозлиться.

— Ты уже приехал, Ю?

Они оба обернулись, услышав голос. Это была Мае Ум, которая приветствовала их с широкой улыбкой с третьего этажа старого комплекса социального жилья.

Норт был ошеломлён. «Мама» Ю, которую он видел сейчас, была совсем не похожа на ту, что он знал раньше. Он посмотрел на Ю с тысячей вопросов, но Ю ничего не сказал, он молча повёл его внутрь здания.

По пути Норт увидел образ жизни, сильно отличающийся от его собственного. Её однокомнатная квартира была, вероятно, больше, чем весь этаж того здания. Добравшись до третьего этажа, Мае Ум подошла поприветствовать их.

— Норт, как ты, сынок?

— Здравствуйте, кхун… — почтительно поприветствовал Норт. Хотя её одежда так изменилась, что её было почти невозможно узнать, он ничего не спросил и последовал за Ю в комнату.

Ю открыл дверь. Это была крошечная комната, где едва мог поместиться один человек; не было перегородок, кровать, кухня и гостиная находились в одном и том же пространстве.

— Это моя королевская комната.

Они втроём сели на пол, так как Норт не увидел никаких свободных диванов.

— Я хотел, чтобы Норт увидел, кто я на самом деле. первое, что ты должен знать - я беден.

— Ты уже знаешь это, не так ли? — вмешалась Мае Ум.

— Я просто указываю на это, мама. Я действительно беден. Норт, ты знаешь, почему мы встретились в том лесу?

— Потому что мы оба пошли в поход и столкнулись друг с другом…

— Ты - да, но я сделал это намеренно. Я охотился на богатых людей. Мне сказали, что теперь богатые люди тратят время в этих лесах.

Норт был всё более потрясён откровенной честности Ю.

— Второе : дом, в который я тебя привёл, был арендован, чтобы обмануть тебя. Мой настоящий дом - эта мышиная нора. Третье: эта женщина не моя мать.

Ю указал на Мае Ум, которая виновато ему улыбнулась.

— Так кто же она? — спросил Норт.

— Скажем так, она актриса. Я заплатил ей, чтобы она притворялась моей матерью.

— Пи’Ю, ты… — Норт не знал, как реагировать. Один из них нанимал кого-то в качестве своей матери, а другой соглашался на эту работу. Что это за безумие?

— Моя биологическая мать - та женщина, которая приходила в тот день в дом, помнишь? — Норт кивнул, — Но Мае Ум ближе мне, чем она, с тех пор как я…

— Пи’Ю, можешь остановиться сейчас? Я не хочу больше слушать, — вздохнул Норт. Ему не нравилось получать всю эту горькую правду сразу.

— Ю, иди в мамину комнату и принеси немного фруктов угостить кхуна.

Мае Ум посмотрела на Ю, показывая, что хочет поговорить с Нортом наедине. Ю не возражал и вышел из комнаты.

— Ты голоден, сынок? — спросила она.

Хотя Норт знал, что эта женщина была частью обмана, он не чувствовал ни страха, ни желания уйти. Она смотрела на него тёплой и искренней улыбкой.

— Настоящая мать Ю только что вышла из тюрьмы, — выпалила она, — Не бойся, сынок. Люди здесь постоянно входят и выходят из тюрьмы. Ю вырос в этом окружении, его мать научила его жить так. Он никогда никому не доверял, никогда никого не любил, даже собственную мать, потому что она не любила его. Если он не боролся за еду, он голодал.

Норт внимательно слушал.

— Я знаю, что это не оправдание для обмана людей, но теперь, когда он может отличить добро от зла, я хочу, чтобы у него был шанс начать новую жизнь как хороший человек. Выберешь ли ты простить его или останешься злым, я полностью понимаю. Но я никогда не видела, чтобы он хотел быть хорошим человеком для кого-то… пока не встретил тебя.

---

С того дня в королевской комнате Ю Норт нёс тяжёлое бремя. Никто не заставлял его прощать, но он знал, что его сердце было готово вернуться к нему в любой момент. Даже после короткого времени без него он жаждал знать, где он и в безопасности ли он. Он был так беспокоен, что не знал, как себя вести.

— Пи’Ю…

— Норт, что-то не так?

Норт встал, как только увидел возвращающегося Ю. Он хотел спросить его, почему он так долго, не заставил ли его начальник работать сверхурочно, но старался сохранять самообладание.

— Почему ты так долго?

— Я ходил по одному делу», — сказал Ю, ставя пакет перед Нортом, — Вот 249 миллионов. Я возвращаю их тебе. Недостающий миллион украла моя мать. я буду работать, чтобы вернуть тебе его понемногу.

Норт с удивлением посмотрел на него. Он не ожидал, что он так спокойно вернёт деньги.

— Ты думаешь, что вернуть деньги - значит стереть то, что ты сделал?

— Я так не думаю. Я просто хотел вернуть их, чтобы ты знал, что я больше ничего от тебя не ищу.

— Но активы и прибыль, которые ты мог бы получить от такого мужа, как я, стоят гораздо больше, чем эти миллионы. Ты делаешь это, чтобы купить моё доверие?

Ю промолчал, печально глядя на него.

— Ты действительно так обо мне думаешь?

— Это ты заставил меня так думать.

Они молча смотрели друг на друга. Атмосфера была насыщена эмоциями, которые никто не осмеливался выразить.

— Давай разведёмся.

Норт не мог поверить, что Ю серьёзен, но он была серьёзен. Ю отвёл его в ЗАГС с двумя свидетелями. Норт держал в руках документы о разводе и испытывал необъяснимое чувство.

Ю подписал без колебаний. Норт посмотрел на него, гадая, не собирается ли он больше бороться.

— Если я соглашаюсь на развод, то не потому, что сдаюсь. Но если это единственный способ, которым ты мне поверишь, я сделаю это, — твёрдо сказал Ю. Норт разозлился на себя за то, что был таким мягким. он продолжал верить ему снова и снова.

— Хорошо.

Хотя Норт говорил твёрдо, его рука дрожала, когда он держал ручку. Его подпись была не идеальной, но её было достаточно, чтобы сделать документ действительным. Теперь они были разведены.

Норт был в оцепенении, пока они не вернулись в квартиру. Наблюдать, как Ю упаковывает свои вещи в чемодан, было для него ужасно. Хотя у Ю было не много вещей, один тот факт, что его зубной щётки больше не было в ванной, разбил ему сердце. Он не хотел признавать это, но чувствовал, что не может этого вынести.

— Я возвращаю это тебе.

Ю протянул плюшевого Тоторо. Норт не взял его сразу. Он пытался тянуть время, чтобы Ю собирался дольше.

— В тот день, когда ты подарил мне это, я почувствовал, что действительно люблю тебя. В тот день мне было грустно из-за людей, которые должны были любить меня, я думал, что никто в этом мире по-настоящему не заботится обо мне. Ты заставил меня почувствовать, что ты обнимаешь меня. Может быть, это просто плюшевая игрушка, но я хочу, чтобы ты знал, как много она для меня значила. Спасибо, Норт. Большое тебе спасибо.

Ю в последний раз улыбнулся ему, положил игрушку на диван и взял чемодан. Он глубоко вздохнул, убеждая себя, что так лучше. Всего в нескольких шагах от двери он почувствовал, что кто-то обнял его сзади.

— Норт…

— Не уходи. Я никуда тебя не отпущу. Оставайся со мной, люби меня… Люби меня, пока я снова не буду доверять тебе на сто процентов.

Ю почувствовал такое непреодолимое желание плакать от радости, что не мог ни о чём другом думать. Он повернулся и крепко обнял Норта, молча обещая ему показать, насколько реальна его любовь на самом деле.

---

Три дня Тим придумывал Паю оправдание, что ему нужно поговорить с несколькими клиентами в другой провинции, чтобы не возвращаться домой. Он просто ждал, пока его лицо заживёт от пощёчин.

Сегодня казалось, что он получит ещё одну. Последняя «жертва», с которой он должен был покончить со своим прошлым, была Пи’Айри — женщина, которая заботилась о нём, когда у него ничего не было. Она была не просто клиенткой, она была сестрой и советчицей.

— Почему ты сегодня такой напряжённый? Что-то случилось?

— Пи’Айри… я позвал вас сегодня, потому что мне нужно кое-что сказать, — сказал Тим, ставя перед ней большую дизайнерскую сумку, — Это всё, что вы мне купили. Я пытался собрать всё, что смог найти.

— Ты собираешься бросить меня, Тим? — Тим замер. Он думал, что она разозлится, но нет. Айри улыбнулась ему своей обычной добротой. — Я знала, что этот день настанет. У тебя появился парень?

— А?

— Ты наконец-то собираешься по-настоящему любить кого-то, да?

Тим не знал, что сказать. Если бы она ударила его или накричала, как другие, он чувствовал бы себя менее виноватым.

— Да… у меня есть парень. Я хочу начать новую жизнь.

Айри встала и раскрыла объятия.

— Иди сюда, дай мне прощальный объятия.

Тим обнял её. Это были тёплые объятия, полные добрых пожеланий, как и всегда всё это время.

— Поздравляю, Тим. Живи хорошо. Помни, что я всегда буду тебе как сестра. Ты всё сделал очень хорошо.

С тяжёлым сердцем Тим сел в свою машину. Он увёз с собой сумки, которые Айри отказалась брать обратно. То чувство жизни под бременем огромного семейного долга начало угасать.

---

[Что случилось, Тим? Ты скучаешь по маме?] Тим улыбнулся, услышав голос матери. Она всегда отвечала ему с улыбкой издалека. 

— Я звонил, чтобы перенести нашу встречу в конце года. Я не смогу приехать к тебе, потому что у меня много работы.

« — Не волнуйся, сынок. Приезжай, когда сможешь. Ты много работаешь? Ты хорошо питаешься?»

— Да, мам. Я очень хорошо питаюсь. Кто-то каждый день готовит мне вкусную еду.

« — Ага! У тебя появился парень, да?» 

Тим просто тихо рассмеялся, и мать поняла.

« — Если ты счастлив, я тоже счастлива, сынок. Живи своей жизнью, будь очень счастлив, Тим.»

Слёзы начали течь по щекам без её ведома. Он наконец понял, что его мама имела в виду, говоря о счастье.

— Да, мама. Я буду очень счастлив.

Счастье Тима уже заснуло. Пай заснул с телефоном в руке, вероятно, обсуждая работу с Наной.

Тим взял телефон Пая, положил его на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Он смотрел на лицо своего «фальшивого» партнёра по жизни, с которым он был почти год. Лицо, которое приносило ему покой каждый раз, когда он возвращался домой.

— Я люблю тебя, Пай. Спасибо, что ты моё счастье. Спасибо тебе, Пай.