chapter 5

С той встречи в библиотечной башни прошло три дня. Всё это время Хëнджин ловил себя на новых, очень странных ощущениях. Его тело словно менялось, готовилось к чему-то — обоняние обострилось до болезненных покалываний в носу, кожа стала очень чувствительной даже к простому соприкосновению с тканью. По ночам принц стал спать хуже – ему постоянно мерещился Феликс с его тёплым запахом мёда и сандала. Однако хуже всего была нарастающая без весомой причины тревога. 

Чанбин медленно превращался в призрака. Капитан появлялся неожиданно где-то в конце коридоров, и его тёмный и тяжёлый взгляд можно было ощутить в то же мгновение. Он больше не разговаривал с принцем Хëнджином. И это молчание было страшнее любых упрёков, оно значило нечто ужасное — Со продумывает очередной план мести. 

Пока небо над Винтерхольдом затягивалось свинцовыми тучами, по вечернему замку стали ползти новые слухи.

«Алая луна восходит».

Это было редкое астрономическое явление, которое в королевстве несло очень плохой знак. Во время алой луны все инстинкты омег начинают выходить проявляться, выползать на свет, совсем стирая границы дозволенного. 

Сидя в своих покоях, Феликс постоянно чувствовал странное беспокойство. Чонин донёс ему, что капитан начал что-то замышлять. Незнакомые люди то заходили, то выходили из кабинета Со. Чанбин даже отменил свои привычные дела и не появлялся на советах. Он явно что-то придумал. 

— Он ведь уже давно догадался, что дневник находится у нас, — прошептал Чонин, пока его лицо было слишком напряжено. — Чанбин отчаянно пытается найти наши слабости, чтобы надавить на них в нужный момент. 

— Что с Хëнджином? — вопрос Феликса был совсем не к месту, ведь принц даже не слушал Чонина последние минут пять. Он встал и подошёл к окну, разглядывая первые отблески кровавой Луны. 

— После ужина я его не видел. Говорят, что он в своих покоях,  и по виду ему очень плохо, бледный, как труп, — бета сделал небольшую паузу, подходя ближе к Феликсу. — Есть ещё одна новость. 

— Какая? — спросил Ли, ожидая, что Чонин будет говорить про Хëнджина. 

— Среди слуг ходят информация, что капитан Чанбин слишком часто стал захаживать в королевские архивы и изучать документы о древних ритуалах и «истинной природе омег». — Чонин прикусил губу, поняв, что Феликсу не интересны его рассказы. 

У Ли проснулось плохое предчувствие и его сердце сжалось в ту же секунду. 

— Он что, собирается что-то сделать с Хëнджином? 

— Я не знаю, — фыркнул Чонин, — но сейчас капитан опасен как никогда. Всему виной пропажа дневника. Именно она сделала его таким. 

Феликс направился к выходу из покоев. Внутренний голос шептал ему пойти к Хëнджину, вдруг с ним что-то случилось. 

— Я к принцу Хвану. Хочу проверить его, — он накинул поверх пижамы шёлковый халат с мехом и оттолкнул Чонина, вставшего на пути. 

— Это может быть опасно, Ликс! — крикнул Ян, но принц уже не слушал его, ведь все мысли были заполнены беспокойством об омеге.

В своих покоях Хëнджин лежал на кровати и тяжело дышал. Он сбросил с себя все одеяла, не смотря на сильный ветер, который пробирался сквозь огромные щели в окнах. Жар. Невыносимый жар, как яд, растекался по всему телу принца. Хван пытался дышать чуть глубже, но воздух для него в этот момент казался слишком густым и сладким — он буквально пропитался его собственным запахом вишни, что уже сильно переспела и начала бродить. 

«Только не это… нет, нет, нет, не сейчас… » — пронеслось в голове принца, когда тот вспомнил о том, что такой же запах был на его пятнадцатом дне рождения. Тогда все узнали о его сущности. 

Хëнджин попытался встать, чтобы позвать хоть кого-то, но его ноги подкосились и он рухнул на пол. Волна природного желания прошлась по телу, заставив согнуться и выдавить болезненный стон. Всё это было сильнее разума. 

Дверь в покои была заперта, а за ней стояла стража, поставленная Чанбином. Мужчинам на другой стороне было глубоко плевать на состояние принца, пока сам Хëнджин уже начал вырисовывать в воображении россказни о себе, которые те могли разнести по замку. 

Слёзы жгли глаза. Всё конечно. Все узнают о его слабостях. И Чанбин окажется снова прав. 

Феликс пролетал через все коридоры. Аромат вишни ударил ему в нос, как только он стал ближе к покоям принца. Он не был похож на тот запах в лесу. В этот раз аромат стал глубже и сильнее, создавалось такое чувство, будто принц зовёт на помощь всех альф неподалёку. Инстинкты взяли над Феликсом верх. Ему срочно нужно войти в покои принца и узнать его о состоянии. 

У дверей стояли двое стражников. Их лица были до ужаса бледными, а в глазах читалась усталость. У одного из них даже пальцы закостенели, еле удерживая тяжёлое копьё. 

— Впустите меня, — приказал Феликс с властностью, которую он ненавидел, но никак не мог не использовать в этот момент. 

— Был приказ капитана никого не впускать и не выпускать… — начали в один голос мужчины. 

— Я сказал, откройте дверь и впустите меня! — громкое и злое рычание принца Соланы заставило стражников вздрогнуть. Мужчина помоложе потянулся к замку, еле справляясь с дрожью в руках. 

Когда дверь в покои отворилась, на Феликса обрушилась тяжёлая волна, от которой в миг потемнело в глазах. На коврике в центре комнаты, как раненное животное, лежал свернувшийся в клубок Хёнджин. Одежда была расстегнута и нисколько не скрывала чужое тело, волосы прилипли к мокрому от пота лбу, а лицо искажали муки боли. Увидев Феликса, принц начал отползать назад, стараясь скрыться. 

— Уйди… пожалуйста… ты не должен видеть меня таким…  — голос принца Хвана был охрипшим и полным слёз. 

Феликс, борясь с внутренним зверем, опустился рядом с Хёнджином на колени, приподнял его за дрожащие плечи и прижал к себе. 

— Всë хорошо, — прошептал как-то по-особенному Феликс, а его тело начало издавать легкий холодок в попытке остудить принца. — Я здесь. Ты со мной. В безопасности. Только дыши, Хëнджин, скоро всё пройдёт. 

Он чувствовал, как прижатое к нему тело Хвана остывает, а дыхание приходит в норму. Постепенно резкие и судорожные вздрагивания прекратились, а паника в глазах Хенджина сменилась истощением и каким-то опустошением, ведь физическая потребность во время течки никуда не ушла. 

— Теперь все узнают… — простонал Хëнджин, закатывая глаза, — Чанбин в первую очередь… 

— Никто не узнает, — ласково произнёс Феликс, чтобы успокоить принца, — я сделаю всё что в моих силах, чтобы не допустить этого. 

В этот момент дверь в покои приоткрылась, и в щели появилось лицо Джисона — лекаря Ли Феликса. Высокий, худощавый парнишка со спокойными серыми глазами и чуть взъерошенными волосами. Он заглянул в комнату и начал оценивать ситуацию. 

— Я шёл мимо и почуял аромат, — еле слышно прошептал омега, проходя внутрь и закрывая дверь за спиной, — течка началась? 

Хëнджин был не в состоянии сказать и слова, поэтому просто кивнул, пряча лицо в руках. 

— А почему на тебя не действует кровавая луна? — удивился Феликс, подходя к лекарь, пока тот что-то искал у себя в переносном сундучке. 

— Не знаю, есть много причин, — пожал плечами Джисон, — одна из них — я не влюблён. 

Феликс и Хëнджин в этот момент посмотрели друг на друга и сразу покраснели. Джисон это заметил и чуть ухмыльнулся. 

— У меня на такие случаи всегда есть отвары, — лекарь достал небольшой пузырёк и протянул его Хëнджину. — Это успокоительное на основе шалфея. Конечно, процесс не прекратится, но боль и запах поможет смягчить. 

Хван выпил весь пузырёк с лекарством и стал ждать. Через пару минут боль и правда стала менее острой, а его аромат приглушился. 

— А стража? — прошептал взволнованно Хëнджин, — они ведь почуяли… 

— Страже наплевать, — буркнул Феликс, аккуратно положив руку на макушку принца. — На всякий случай попрошу Чонина с ними разобраться. 

Джисон внимательно посмотрел на Феликса и подошёл к нему. 

— Вам не следовало приходить сюда, Ваше Высочество. Запах альфы, даже самый слабый и почти незаметный, может только ухудшить его состояние и пробудить инстинкты, — он положил руки на чужие плечи. 

— Как я мог оставить Хëнджина одного? Он бы просто задохнулся во всём этом аромате вишни, — Феликс прикусил губу, смотря на Хëнджина, который уже засыпал. 

— Давайте тогда перенесём его на кровать, на полу холодно спать, — Джисон кивнул и с помощью альфы смог поднять принца и отнести его к спальному месту. 

Они уложили почти спящего принца на кровать. Хёнджин слабо сжал ладонь Феликса, не желая отпускать его. 

— Спасибо, — прошептал Хван, глядя на Ли чуть улыбаясь. 

Феликс остался рядом, пока принц не погрузился в достаточно глубокий сон. Тогда же он позволил себе уйти в покои, оставив Джуисона караулить Хёнджина. Выйдя из покоев, альфа приказал винтерхольдской страже смениться с его собственной, обманув, что это просьба Чанбина. 

***

Капитан стоял у окна в своём кабинете, глядя на диск Алой Луны, который плавно передвигался по ночному небу. В этот момент к нему зашёл лейтенант Кан с докладом. 

— Принц Феликс больше часа находился в покоях Хëнджина. С ним был лекарь Джисон, который после не вышел из комнаты, когда Ли уходил. Стражу заменили на соланийцев. 

Чанбин не повернулся, но уже сильно напрягся, словно зверь, который вот-вот прыгнет на добычу. 

— А принц Хëнджин? — единственный вопрос, который задал капитан. 

— Не выходил уже очень давно из своих покоев. От комнаты, по словам слуг, исходит очень сильный аромат, — Кан сделал паузу, — возможно, на фоне Алой луны у принца… 

— Я не идиот, Кан! Я знаю, что с принцем Хёнджином! — резко повернулся капитан, пока в его глазах отражалась животная ярость. — Течка. Течка во время Алой луны. И этот чертов Феликс там, с ним! 

Лейтенант Кан молчал, понимая, что любое слово сейчас может стать искрой и разжечь огромный пожар. 

— Мой принц… мой мальчик… — прошептал Чанбин дрожащим от злости голосом. — В момент, когда он был уязвим больше, чем обычно, он выбрал его — Феликса. А я остался в тени… 

Он подошёл к столу, где лежали свитки старинных текстов из забытых архивов. 

— Древние знахари писали, что если во время Алой луны альфа проведёт время с омегой, то у них образуется крепкая связь. В особенности, если у омеги течка. Это самая прочная связь, — пробормотал Чанбин, перебирая потрёпанную бумагу в руках. — Альфа становится защитником и истинным до смерти омеги… — он громко рыкнул и швырнул свиток в другой угол комнаты. — Чёртов Ли Феликс снова крадёт у меня всё! Сначала мысли и секреты, а теперь место, которое я добывал с одиннадцатилетия Хвана! 

Лейтенант Кан медленно подошёл ближе. 

— Какими будут следующие указания, капитан? 

— Указания? — Чанбин сделал небольшую паузу для раздумий, но по ощущениям она длилась вечность. Лицо, до этого искажённое гримасой боли, постепенно холодело. — Если Хван Хëнджин и Ли Феликс так хотят связь, то мы позволим им это. 

Капитан улыбнулся так, словно в этот момент потерял последние частицы рассудка и окончательно сошёл с ума от своей же одержимости. 

— Что вы хотите сказать? — ничего не понимающий лейтенант приподнял бровь. 

— Феликс хочет поиграть в «защитника», но судьба не приносит новые угрозы жизни для Хëнджина. Тогда мы сами создадим эти угрозы. Желательно, публичные и громкие, чтобы даже отец Феликса, сидящий в своей Солане услышал про них, — Чанбин медленными шагами подошёл к карте дворца, задумчиво поглаживая подбородок. — Во время Алой Луны рассудок слаб, это идеальное время, чтобы подстроить несчастный случай. 

— Капитан? — насторожился Кан, со страхом в глазах смотрел на Со. 

— Я придумал! Принц Хëнджин, который обезумел от течки, в припадке нападает на придворную даму! Или на рыцаря, или… — чуть задумался мужчина и через секунду глаза сверкнули страшной искрой, — на самого короля! Своего же отца. Хëнджина удерживает вся стража, а его тело зовёт на помощь Феликса. Все чужеземцы увидят истинную сущность Хëнджина и поймут, что Винтерхольд врал им все время о наследнике. 

— Это все очень рискованно, капитан! — лицо лейтенанта побледнело. — А если что-то пойдет не так? 

— Всё и так уже идёт не так, Кан! — взорвался Чанбин, как связка взрывчатки, — Феликс крадёт у меня всё то, что я строил эти годы! Я не позволю ему украсть остатки моего счастья! — альфа стал глубже дышать, пытаясь вернуть мысли в порядок. — Нам нужны проверенные люди в качестве свидетелей, а также… отвар. Помнишь, мы его обсуждали? Он сильно затуманивает мозг омеги и выводит его на сильную агрессию во время течки. 

— Капитан, это очень опасный отвар! Принц может погибнуть, даже не выпив и весь флакон! — лейтенант переживал за королевского наследника сильнее, чем сам Чанбин. 

— Пускай Хëнджин будет мёртв, но он останется моим. Лучше, чем принц останется жив и будет в руках другого альфы, — Чанбин посмотрел на лейтенанта, и во взгляде Со не осталось ни капли человеческого сострадания. 

Кан замер и нервно сглотнул ком в горле. Он понял, что Чанбин уже пересёк черту своего безумства и стал сходить с ума. Лейтенант кивнул, решив не испытывать судьбу, и удалился для выполнения приказа. 

Чанбин остался один. Он подошёл к столу и провёл пальцем по ящику, где недавно лежал его дневник. На лице появилась безумная улыбка, и только обезумевший смех послушался в ночи.

***

Хëнджин пребывал в полусне, где фантазия смешивалась с реальностью. Ему снилось, что он бежал по тёмному лесу, а за ним гналось что-то огромное со сверкающими глазами, полными огня. Вдали принц видел свет и старался поскорее дотянуться до него. 

Он резко открыл глаза, пытаясь отдышаться. В комнате царил полумрак. Из освещения был лишь свет луны. Рядом в кресле спал Джисон, чуть посапывая. Тот выглядел уставшим и измученным, будто не спал больше двух месяцев. 

По телу прошлась очередная волна жара, но на этот раз она была не такой сильной и мучительной. Лекарство от Джисона работало, и это радовало. Хëнджин повернул голову и увидел на прикроватной тумбе кулон. Камень в центре слабо светился, словно впитывал лунные лучи и превращал их в тепло. 

В голове сразу всплыл образ Феликса, отчего Хëнджин невольно улыбнулся. Он вспомнил его голос, руки и заботу. Хван понял, что рядом с принцем Соланы чувствует себя в безопасности больше, чем с Чанбином. Хван понял, что впервые за эти долгие годы кто-то защищал и заботился о нём не из-за чувства долга или одержимости, а просто потому, что так хотело сердце. Эта мысль одновременно пугала и успокаивала. Получается, Феликс, возможно, влюблён в него? 

В тишине был отчётливо слышен скрип двери. По комнате начала ходить чья-то тень. Хëнджин сначала подумал, что это Феликс, и улыбнулся, а после чуть пригляделся и заметил у тени совсем другие черты. Некто был достаточно коренастым и низким, от него не исходило никакого запаха, что указывало на то, что незваным гостем был бета. 

— Кто это? — тихо прошептал принц. 

Тень резко замерла. Через мгновение послышался незнакомый голос, который что-то шептал. От него по телу Хëнджина пробежали мурашки. 

— Ваше Высочество… — чуть хрипела тень, — капитан Чанбин просил передать вам… лекарство. Говорил, что вам плохо. 

— Джисон уже дал мне… — неловко начал он, а тень тем временем уже оказалась возле кровати. 

В лунном свете сверкнул флакон, который незнакомец старался незаметно поднести к губам принца. Хëнджин сразу почуял неладное. 

— Не нужно, — он попытался убрать руку, но тело было слишком мягким, и конечности не хотели слушаться, — Джисон! — громко крикнул Хван, тратя последние силы. 

Лекарь подскочил с кресла, как будто и не спал вовсе. Рука через считанные секунды перехватила запястье незнакомца. 

— Что ты творишь? — грозно прошептал Хан. 

Незнакомец вырвался из чужой хватки и сломя головы выбежал из покоев. Джисон не стал тратить время на преследование. Он поднял оставленный флакон и принюхался, пытаясь определить содержимое. Лицо исказилось в удивлении. 

— Мëд чёрных пчёл… — прошептал лекарь, — в концентрации он провоцирует вспышки агрессии… 

— Кто… зачем это делать со мной? — с ужасом всхлипнул Хëнджин. 

— Кто-то хотел подставить вас. Видимо, чтобы вы напали на кого-то и, желательно, в то время, когда будет очень много свидетелей, — Джисон бросил взгляд на Хëнджина. — Вам нужно уйти отсюда. Неизвестно, вернётся ли этот человек сюда. 

— Куда мне бежать? — Хван посмотрел на лекаря, пытаясь переварить произошедшее. 

Джисон подошёл к окну, задумчиво разглядывая алую, как кровь, Луну. 

— Есть одно место, где Чанбин даже не догадается искать вас, потому что не в курсе о его существовании, — он повернулся и направился к принцу. 

Джисон накинул поверх пижамы Хëнджина тёплый плащ и помог ему встать. Они ушли через тайные ходы, ранее служившие для незаметного передвижения слуг, и о существовании которых знал очень узкий круг лиц. Джисон провёл Хëнджина в нижние уровни дворца, где пахло сыростью и пылью. 

— Кто там или что там? — спросил Хван, когда Хан остановился возле неприметной деревянной двери. 

— Сейчас узнаешь, — Джисон открыл дверь.

На пороге их встретил Феликс, лицо которого смутно освещалось пламенем, горевшем в камине. Тревога отступила, уступая место облегчению, как только перед глазами появился Хёнджин.

— Что это? — удивленно спросил принц, оглядывая маленькую комнату. 

— Старая комната отдыха для рыцарей. У Джисона есть хорошие друзья здесь, они разрешили нам сидеть тут время от времени, — улыбнулся Феликс и аккуратно усадил Хëнджина в кресло, укрывая пледом. — Что случилось? 

Джисон кратко пересказывал недавние события, пока лицо Феликса бледнело от страха. 

— Это переходит все границы, — тихо прошептал Ли, — он теперь пытается убить его! Это явная попытка убийства! 

— Не убийства, — поправил Джисон, — подставы. Но трагичный финал тоже имеет место быть. 

Феликс подошёл к ослабленному Хëнджину и заботливо погладил спутанные волосы омеги. 

— Сегодня ночью будешь здесь. В покоях находиться опасно, — он выше натянул одеяло принца. 

— А если Чанбин будет искать? — сразу запереживал омега. 

— Пусть ищет, — фыркнул Феликс, — у меня есть козырь в рукаве. Уверен, это остановит Чанбин навсегда, — он взглянул на Джисона и поднялся с колен, отряхивая брюки. — Присмотри за ним, мне нужно проверить кое-что. 

Когда Феликс ушёл, Джисон налил чашечку успокаивающего чая и протянул её Хëнджину. 

— О чем это говорил Феликс? Что за козыри? — сразу же закидал вопросами лекаря Хван, делая глоток чая. 

— Не могу сказать, к сожалению, — вздохнул Джисон, качая головой. — Но одно я знаю точно — принц Феликс очень сильно отличается от других альф при дворе в Солане и тем более в Винтерхольде. Кажется, он действительно заботится о вас искренне и имеет серьёзные намерения. 

Хван смотрел на огонь и чувствовал, как тепло снова растекается по всему телу, но на этот раз не от течки. Это было осознание, что он наконец-то не один в этом холодном замке. Теперь рядом есть кто-то, кто будет защищать его от чистого сердца. 

— Возможно, — прошептал Хёнджин, — возможно, ты прав, Джисон. 

За окном алая Луна уже склонялась к горизонту, отмечая конец ночи, которая кардинально изменила всё в жизни этого замка.