chapter 1. "Шин Рюджин?"

Йеджи ненавидела это чувство.

Оно приходило всегда, когда она утыкалась в стену. Когда все нити обрывались, свидетели исчезали, а улики вели в никуда. Это чувство было липким, удушающим — как глоток тёплой воды, который не утоляет жажду, а только раздражает горло. Как будто кто-то запер её в комнате без окон и дверей, а она ходила по кругу, натыкаясь на одни и те же стены.

Йеджи сидела в своём кабинете и смотрела на доску. Красные нити, фотографии, пометки. Всё это было здесь уже три года. Три года она пыталась поймать его. Её? Их?

Три года оно ускользало.

«Цветочный призрак» — так его прозвали в отделе.

Он проникал в самые охраняемые здания, брал то, что ему было нужно, и исчезал без шума, без следов, без свидетелей. Как будто его никогда и не было. Он оставлял после себя только пустоту и чувство собственного бессилия у тех, кто пытался его поймать.

Цветочным его прозвали, потому что на местах преступления всегда можно было найти рисуночек какого-то…цветка? Яблока? Чёрти что. Вор умудрялся с ними ещё и играть.

Йеджи сжала ручку так, что побелели костяшки. Она не заметила, как сильно сжала её, пока не почувствовала боль в пальцах. Чёрт.

Хван потёрла переносицу. Голова гудела. Она вновь не спала уже вторую ночь, а стоявшая чашка кофе остыла и стояла нетронутая на краю стола. Она даже не помнила, когда наливала его.

— Опять смотришь на неё?

Голос Ли Черён раздался с порога. Она стояла, прислонившись плечом к дверному косяку, и держала в руках две свежие чашки кофе. Её лицо выражало привычную смесь беспокойства и лёгкого раздражения.

— Я же сказала не приносить мне кофе, — буркнула Йеджи, не оборачиваясь.

— А я сказала, что ты должна есть и пить, как нормальный человек, — Ли подошла и поставила чашку рядом с ней. — Ты уже третий день не выходишь из кабинета, Йеджи. Это нездорово.

— Я работаю.

— Ты смотришь на одну и ту же доску и думаешь, что она изменится, если ты будешь сверлить её взглядом. Подсказка: не изменится.

Йеджи раздражённо выдохнула, но кофе взяла. Он был горячим, крепким, с небольшим количеством сливок, прям именно таким, как она любила. Это раздражало её ещё больше, потому что Черён знала все её привычки. Она знала, что Хван не умеет просить о помощи, но всегда была рядом, чтобы предложить её.

— У нас ничего нет, Черён, — сказала она, глядя в чашку. — Три года, и ничего. Мы бегаем по кругу, как белки в колесе. Только белки хотя бы куда-то движутся.

— Поэтому ты не выходишь?

— Поэтому я не выхожу и ищу хоть что-то. Лучше сидеть и смотреть на пустоту, чем сидеть дома и смотреть в потолок.

Черён села напротив неё и отпила из своей чашки. Она была единственной, кто мог вот так вот зайти к ней в кабинет без стука и сказать то, что думает. Они работали вместе семь лет. Она знала её лучше, чем кто-либо — знала, когда Йеджи злится, когда устала, когда готова взорваться. И знала, как её успокоить.

— Йеджи, — сказала она тихо. — Мы найдём его. Мы всегда находили.

— А если нет?

Повисла тишина. Черён смотрела на неё и не знала, что ответить, потому что Йеджи была права. Впервые за все годы работы у них было дело, которое они буквально не могли раскрыть.

— Если нет…мы будем искать дальше. Мы не сдаёмся. Ты не сдаёшься. Это не в твоём характере, Джи.

Хван не ответила. Она просто смотрела на доску и чувствовала, как внутри разрастается усталость.

Она устала. Устала от бессонных ночей, от пустых зацепок, от того, что каждый день приносил одно и то же — ничего. Устала от того, что её команда смотрит на неё с надеждой, а она не может дать им результат. Устала от того, что её начальник звонит каждую неделю с одним и тем же вопросом: «Ну что, есть прогресс?»

«Прогресс, блять», — думала она. — «Прогресс — это когда ты находишь хоть что-то. А у нас пустота. Вакуум. Чёрная дыра, в которую утекает время».

В дверь постучали.

— Можно?

Йеджи подняла голову. На пороге стояла Чхве Джису. Или просто "Лия", как её называли почти все. Она была невысокой, с добрыми глазами и мягкой улыбкой на лице. В руках она держала папку с документами и свою любимую кружку с зелёным чаем. Йеджи всегда удивлялась, как Чхве умудрялась сохранять спокойствие в любой ситуации. Это было похоже на суперсилу, которой не всем хватало.

— Заходи, — сказала Йеджи, пытаясь улыбнуться. Получалось не очень.

Лия зашла и села на свободный стул рядом с Черён. Она открыла папку и начала перебирать бумаги.

— Я проверила все отчёты за последние полгода, — произнесла она. — Ничего нового. Свидетелей нет, записей камер тоже. Он как будто знает, где у нас слепые зоны.

— Он знает, — тихо сказала Хван. — Он всегда знает. Как будто у него есть доступ к нашим или полицейским данным.

— Думаешь, у нас утечка? — спросила Черён, нахмурившись.

Йеджи покачала головой.

— Нет. Скорее, он просто очень умный. Или очень удачливый. Или… — она замолчала, не желая продолжать.

— Или мы сами слепые? — закончила за неё Лия.

Йеджи посмотрела на неё. Джису всегда говорила то, о чём другие молчали. Может быть, поэтому Йеджи так ценила её.

— Да, — призналась Йеджи. — Или мы сами слепые.

В кабинет ворвался Феликс. Он двигался быстро, как всегда, и держал в руках планшет, на котором что-то быстро печатал.

— Вы слышали новость? — спросил он, не поднимая головы.

— Какую? — ответила Черён.

— К нам едет якобы усиление. Из столицы.

Йеджи побледнела, медленно опустила чашку на стол.

— Что?

— Усиление, подкрепление— повторил Феликс, наконец поднимая голову. — Мне только что пришло уведомление. Из министерства приезжает целая команда, следователь с людьми. Говорят, очень хорошие профессионалы.

— Мы профессионалы, — голос Йеджи стал потерянным, но одновременно и холодным. — Мы три года работаем над этим делом. Им что, кажется, что мы недостаточно стараемся?

— Я не знаю, Йеджи. Это приказ сверху, — Феликс пожал плечами, потом подошёл к подоконнику, оперевшись. — Но что-то мне подсказывает, что они просто хотят побыстрее закрыть дело. Выборы там, или что-то ещё. В общем, мы как пятно на белом холсте.

Хван резко поднялась, чуть не опрокинув кофе. Черён едва поймала чашку и тихо выругалась.

— Не психуй, — протянула Черён.

— Я не психую, — огрызнулась Йеджи. — Я просто…они ведь даже не спросили! Это моё дело. Я веду его три года, а теперь кто-то приедет из столицы и скажет: «Мы теперь тут главные»!

— Никто не сказал, что они будут главными.

— А что они тогда будут делать? Сидеть и смотреть? — она прошлась по кабинету, её кошачьи глаза сверкнули раздражением. — Черён, они будут указывать нам, как работать! Я знаю таких. Они приезжают, смотрят на наши записи, говорят «вы всё делаете неправильно, вы сделали так мало» и начинают перестраивать под себя.

— Может, они действительно что-то умеют и хотят помочь? — осторожно заметил Феликс.

Йеджи остановилась и посмотрела на него. В её взгляде было столько усталости и горечи, что Феликс на секунду засомневался, стоит ли продолжать.

— Я не против помощи, — сказала она тихо. — Но я против того, чтобы меня считали некомпетентной. Ты понимаешь разницу?

Он кивнул.

— Когда они приезжают? — спросила Хван, вздохнув.

— Сегодня. Через два часа, если верить сообщениям.

Йеджи прошла к доске и уставилась на неё, пытаясь собраться с мыслями. Она не любила чужаков. Она не любила, когда кто-то вмешивался в её работу. И меньше всего она любила, когда ей говорили, что она делает что-то неправильно.

— Хорошо, — сказала Йеджи. — План такой: они приезжают, мы показываем им наши материалы, они говорят, что мы всё делаем неправильно, мы терпим, а потом они уезжают и забывают о нас. Всё ясно?

— Ты слишком пессимистична, — заметила Лия.

— Я реалистка.

— Ты просто устала, — тепло сказала Чхве. — Я сварю тебе чай после собрания.

— Так, ладно, — сказала Хван поворачиваясь к команде. — Тогда нам нужно подготовиться. Соберите всё. Все отчёты, все улики, всё, что у нас есть. Я хочу, чтобы они видели, с кем имеют дело. Чтобы они поняли, что мы не дилетанты.

— А если они будут настаивать на своём подходе? — спросила Лия.

— Тогда мы будем работать вместе, — Йеджи скрестила руки на груди. — Но я не позволю им делать вид, что они лучше нас. И не позволю им переписывать наши отчёты, потому что им кажется, что это «неправильно». Мы не в детском саду.

— Мне кажется, они помогут нам, а не будут указывать. — Лия мягко улыбнулась.

Йеджи посмотрела на неё. Джису всегда была оптимисткой и всегда искала в людях хорошее. Это и раздражало, и успокаивало одновременно.

— Возможно, — сказала Хван. — Но я хочу, чтобы вы были готовы к худшему. Черён, собери пару человек из отряда, чтобы встретили у входа наших гостей. Пусть проводят в малый конференц-зал. Феликс, подготовь презентацию по делу. Лия, собери все материалы, чтобы у них не было повода сказать, что мы работаем небрежно.

— Есть, — ответили все почти в один голос .

— Только, Йеджи, — сказала Черён уже у дверей. — Попробуй не убить их с первого взгляда. Хорошо?

Йеджи лишь усмехнулась.

— Я ничего не обещаю.

— Мне уже нравится, — хмыкнул Феликс. — Я давно не ссорился с приезжими.

— Только без драк, — строго сказала Хван.

— А если они сами начнут?

— Феликс.

— Ладно, ладно, — он поднял руки в примирительном жесте. — Я буду паинькой. Буду улыбаться и говорить «добро пожаловать».

— Это уже звучит как угроза.

🔍 ——

Ровно через два часа Йеджи стояла в конференц-зале и смотрела, как её команда готовится к встрече.

Черён сидела слева от неё, привычно сложив руки на груди. Феликс крутил в руках ручку и листал презентацию, поправляя слайды. Лия сидела с папкой на коленях и пила свой зелёный чай, сохраняя невозмутимое выражение лица.

Йеджи нервно постукивала пальцем по столу. Она ненавидела ждать. Особенно когда ждала нечто, что могло испортить её день.

— Ты слишком напряжена, — сказал Феликс, не поднимая головы. — У тебя на лице написано, что ты хочешь кого-то убить.

— Это моё обычное лицо, — ответила Йеджи.

— Нет, обычное лицо у тебя чуть менее убийственное. Это лицо «я прибью их и спрячу тела в холодильнике».

— Феликс, — вмешалась Черён. — Помолчи.

— Я просто говорю факты.

В этот момент дверь конференц-зала открылась. Йеджи замерла.

Вошла она.

Высокая, с чёрными волосами до плеч, в строгом костюме, который сидел на ней безупречно. Её лицо было спокойным, почти безразличным. Она выглядела так, будто привыкла быть той, кто принимает решения, и никто не смеет ей перечить.

«Опасная, — подумала Йеджи. — Такая же опасная, как и красивая».

Рюджин остановилась у входа, окинув взглядом всех присутствующих. Её взгляд задержался на Йеджи на мгновение дольше, чем на остальных. В этом взгляде читалось любопытство.

— Здравствуйте, — сказала она. Голос у неё был спокойным, с лёгкой хрипотцой. — Я Шин Рюджин. Меня прислали из министерства для помощи в расследовании.

Йеджи вышла вперёд и протянула руку. Она старалась, чтобы её лицо выражало нейтральное приветствие, а не желание свернуть гостье шею.

— Хван Йеджи. Руководитель отдела.

Рюджин пожала её руку. Пальцы у неё были прохладными, но рукопожатие твёрдое.

— Приятно познакомиться, — сказала она. — Я много слышала о вашей работе. Должна сказать, впечатляет, что вы так долго держитесь.

Йеджи почувствовала, как внутри закипает раздражение.

— Мы делаем всё возможное, — ответила она с холодной вежливостью. — Надеюсь, ваш приезд поможет нам сдвинуться с мёртвой точки.

Рюджин улыбнулась. Улыбка была вежливой, но Йеджи почему-то думала, что за ней скрывается снисходительность.

— Я тоже, — сказала Рюджин. — Я бы хотела как можно быстрее ознакомиться с материалами дела. Моя команда ждёт в коридоре. Они готовы подключиться в любой момент.

Йеджи кивнула.

— Конечно. Чхве Лия, покажи им архив.

Лия кивнула и поднялась из-за стола. Она подошла к Рюджин и протянула руку для приветствия.

— Я Лия, аналитик, — сказала она. — Если вам что-то понадобится, я всегда здесь.

Рюджин пожала ей руку и улыбнулась уже теплее. Йеджи заметила это и почувствовала укол раздражения.

«Со мной так не улыбалась, — подумала она. — А с Лией — пожалуйста. Что за фаворитизм?»

— Очень приятно, — сказала Рюджин. — Буду рада работать с вами.

Она перевела взгляд на Йеджи.

— Хорошо, тогда не будем терять время. Покажите мне, что у вас есть.

Йеджи вздохнула и жестом пригласила Рюджин к доске.

— Смотрите, — сказала она. — И готовьтесь к тому, что вы не найдёте здесь ничего интересного.

🕶️ ——

Они провели следующие три часа, разбирая материалы дела.

Йеджи показывала Рюджин все улики, все отчёты, все зацепки, которые у них были. Она старалась говорить профессионально, без лишних эмоций, но с каждым новым вопросом Рюджин её раздражение росло.

— Почему вы не проверили этот район? — спросила Шин, указывая на карту.

— Проверяли, — ответила Йеджи. — Ничего.

— А камеры?

— Там нет камер.

— А свидетели?

— Их тоже нет. Мы опросили всех, кто мог что-то видеть. Пусто.

Рюджин нахмурилась.

— Странно. Он всегда знает, где не будет свидетелей. Как будто у него есть доступ к вашим данным.

«Спасибо, что просветили. Я три года об этом не догадывалась», — подумала Хван, но вслух сказала:

— Мы тоже это заметили. Но утечки в отделе нет. Я проверяла всех своих людей. Они чисты.

Рюджин посмотрела на неё с лёгким скепсисом.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Рюджин ничего не ответила. Она просто перевела взгляд на доску и продолжила изучать её, постукивая пальцем по столу.

Йеджи не любила такое молчание. Оно было красноречивее любых слов. Хван вообще много что бесило и не нравилось.

— У вас есть идеи, как его поймать? — спросила она, не сдерживая колкости в голосе.

Шин повернулась к ней. На её лице появилась лёгкая усмешка.

— Возможно. Но сначала я хочу увидеть всё своими глазами. Если позволите.

Йеджи стиснула зубы.

«Если позволите? Она что, думает, что я буду ей мешать?»

— Конечно, — ответила она. — Мы здесь для того, чтобы работать вместе. Не так ли?

Рюджин улыбнулась. На этот раз улыбка была чуть теплее.

— Я рада, что вы так думаете, — сказала она. — Потому что у меня есть пара идей. И они немного отличаются от ваших.

Йеджи просто кивнула, хоть и хотелось возразить.

— Надеюсь, вы найдёте что-то, — произнесла Йеджи. — Потому что если вы просто потратите наше время, я не буду рада.

— Я тоже не буду рада, — ответила Рюджин, не сбавляя темпа. — Но я приехала не для того, чтобы отдыхать.

Она снова посмотрела на доску, и в её глазах на мгновение промелькнуло что-то похожее на интерес.

— Я хочу пересмотреть все дела с самого начала, — сказала она. — Это займёт несколько дней.

— Как скажете, — ответила Йеджи и отвернулась.

Черён подошла к ней и тихо сказала:

— Спокойно.

— Я спокойна, — прошипела она. — Я абсолютно спокойна.

— Ты сжимаешь руки в кулаки.

Йеджи посмотрела вниз и увидела, что её пальцы действительно побелели. Она заставила себя разжать их.

— Она бесит меня, — призналась она.

— Я заметила.

— Она смотрит на меня так, будто я ребёнок.

— Йеджи, она нормальная, — ответила Черён и пожала плечами. — В любом случае, у нас есть работа. И мы должны делать её вместе.

Йеджи вздохнула.

— Ладно. Я поговорю с ней позже. Сейчас у меня нет настроения спорить.

Она повернулась и увидела, что Рюджин уже склонилась над папкой с документами, которую ей протянула Лия. Они о чём-то тихо говорили, и Джису улыбалась.

«Она уже очаровала мою команду, — подумала Йеджи. — Отлично. Ещё один день в моей жизни».

Но она не могла отрицать одного: в её груди зародилось странное чувство, которое она не могла объяснить. Это было раздражение. Да. Но ещё что-то. Какая-то искра, которую она не хотела замечать.

🖋️ ——

В конце дня Йеджи сидела в своём кабинете и смотрела в потолок. За окном уже стемнело, а она всё ещё не могла уйти. Её голова гудела, глаза болели от напряжения.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказала она безразлично.

Дверь открылась, на пороге появилась Рюджин.

Йеджи удивлённо посмотрела на неё.

— Вы всё ещё здесь?

— Я могла бы сказать то же самое, — ответила Рюджин и закрыла за собой дверь.

Она подошла к столу и положила перед ней папку.

— Я нашла кое-что, — сказала она.

Йеджи нахмурилась.

— Что именно?

Рюджин открыла папку и указала на одну из фотографий.

— Ваш "Призрак" не просто вор. Он знает, как работает ваша система. Он знает, когда вы проводите операции, знает, кто на постах, знает даже, когда у вас пересменка.

Йеджи уставилась на фотографию. Это было место преступления — банк, где пропали ценности.

— И что?

— Это значит, что у него есть информация изнутри. Может быть, кто-то из полиции. Может быть, кто-то из вашей команды.

Йеджи почувствовала холодок по спине.

— Вы серьёзно?

— Я никогда не шучу, — ответила Рюджин, глядя ей прямо в глаза. — Поэтому нам нужно быть осторожными. Я не хочу говорить это громко, но...

— Вы думаете, что кто-то из нас работает на него.

— Я думаю, что это может быть. И нам нужно проверить.

Йеджи перевела взгляд на папку, а потом снова на Рюджин.

«Она не просто высокомерная, — подумала Йеджи. — Она опасная».

— Я в деле, — сказала она. — Но я хочу, чтобы мы делали это аккуратно.

— Без лишнего шума, — кивнула Рюджин. — Я согласна.

Они смотрели друг на друга. Йеджи чувствовала странное напряжение — как будто между ними натянулась невидимая нить.

— Добро пожаловать в команду, — сказала она.

Рюджин улыбнулась впервые за весь день по-настоящему.

— Спасибо, — ответила она. — Я тоже рада.

Рюджин встала и направилась к двери. У порога она остановилась и повернулась.

— И да, кстати, — сказала она. — Ваша команда действительно впечатляет. Вы хорошо их обучили.

— Спасибо, — произнесла Хван. — Я знаю.

Рюджин усмехнулась и вышла.

Йеджи осталась сидеть в кабинете, глядя на закрывшуюся дверь. Она не знала, почему, но вдруг почувствовала, что этот день не был таким уж плохим.

Она улыбнулась и покачала головой.

Когда Рюджин и её команда ушли, Йеджи осталась в архиве одна. Она сидела за столом, смотрела на карту и чувствовала, как внутри начинает теплеть что-то, чему она не хотела давать имя.

— Ну что, — раздался голос Черён с порога. — Ты уже влюбилась в эту столичную или как?

Йеджи резко обернулась.

— Чего?

— Ты смотришь на неё так, будто она ответ на все твои вопросы, — ухмыльнулась Ли.

— Я смотрю на неё как на коллегу, — жёстко ответила Хван.

— Ага, — Черён закатила глаза. — Я знаю твой взгляд. Когда ты смотришь на кого-то с вызовом, это одно, а когда ты смотришь на кого-то с интересом — это другое.

— Я не смотрела на неё с интересом.

— Конечно, — Черён усмехнулась и вышла.

Йеджи осталась одна. Она перевела взгляд на карту, но мысли были далеко.

«Влюбилась? — подумала она. — Какая глупость. Она просто коллега.