«чаевые»

Бомгю стоял за кассовой стойкой круглосуточного в одном из спальных районов вдали от центра города, скучающе рассматривая полки, где только что проверял товары на наличие просрочки. В свой первый рабочий день он был уверен, что не задержится здесь надолго. Во второй, когда незадолго до полуночи в магазин вошел парень, купивший банку энергетика и маленькую упаковку печенья, понял, что не сможет уволиться даже после того, как найдет подработку получше. Парень заходил сюда ежедневно, неизменно покупая один и тот же набор продуктов, к которому лишь изредка добавлялись новые марки напитков и другие снеки. Однажды им удалось перекинуться парой фраз, выходящих за рамки общения продавца и клиента, и Бомгю смог узнать его имя. 

С того дня каждая смена казалась ему пыткой, необходимой лишь для того, чтобы наконец увидеть Енджуна. Эти жалкие десять минут, которые Енджун проводил в магазине, стали целью. Самое раздражающее было тогда, когда в это время в магазине появлялись другие клиенты, забирающие внимание на себя. Когда он не мог разглядеть Енджуна за чужими спинами или высоким полками с товарами. Еще за первый месяц Бомгю успел выучить, как Енджун улыбается шире, если чувствует себя хорошо, и как, прикладывая карту к терминалу, дрожат его пальцы, если день выдался напряженным. Каждый раз, когда дверь открывалась и на пороге магазина наконец показывался он, Бомгю чувствовал, как тяжесть резко пропадает из груди, а дышать становится выносимее. Иногда, если время было достаточно поздним, чтобы магазин пустовал минуты напролет, Бомгю снова и снова пересматривал записи с камер видеонаблюдения, чтобы вновь почувствовать то тепло в пальцах, когда они случайно прикасались, передавая банку энергетика. В такие моменты он ненавидел себя за то, что влюбился в случайного клиента с первого взгляда, не имея смелости даже просто заговорить.

Сегодня Енджун задерживался. Он не пришел даже в полночь, и для Бомгю это было сравнимо с ломкой. Каждый раз, когда дверь магазина тихо открывалась, он вздрагивал, и каждый раз, когда на пороге появлялся лишь незнакомец, грудь снова стягивало. С каждым часом воздуха словно становилось все меньше. Он грыз кожу вокруг пальцев, дергал ногой под стойкой, нервно вглядывался в окна, надеясь, что вот-вот увидит знакомый силуэт.

Бомгю почти отчаялся в своем ожидании, бездумно раскладывая упаковки конфет на полке, когда услышал знакомый голос за спиной. Енджун вошел в магазин, ярко улыбаясь и теребя по волосам девушку на голову ниже него. Сердце Бомгю пропустило удар. Казалось, что полки поехали и сейчас рухнут прямо на него. Девушка сразу убежала в отдел с напитками, а Енджун подошел к Бомгю, разглядывая упаковки с печеньем. Он бросил едва заметный взгляд на парня, из рук которого, похоже, в ближайшую секунду вывалится коробка конфет.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте… Вы сегодня поздно, — неловко пробормотал Бомгю, когда в рту стало слишком сухо. — Это ваша девушка? Я раньше ее не видел… — он кивнул в сторону соседнего отдела, нервно проводя пальцами по волосам.

— Сестра. А почему вас это интересует? — Енджун наконец повернулся на парня, а уголки губ дрогнули в легкой усмешке.

Плечи расслабились моментально. Дышать наконец стало проще.

— Да… Простите.

Не глядя, Бомгю сунул конфеты меж других коробок и за три шага вернулся за кассовую стойку, пряча глаза в полу. Сказать, что он был рад услышать это, было недостаточно. Губы сами собой расплылись в глупой улыбке, пока он делал вид, что занят пересчитыванием налички. 

Вскоре Енджун с сестрой подошли к кассе, набрав целую гору продуктов. По телу пробежался ток, когда их пальцы вновь соприкоснулись, передавая наличку. Бомгю судорожно принялся пересчитывать купюры, боясь поднять глаза, а через секунду понял, что сумма почти вдвое больше, чем нужно. Енджун в этот момент уже открыл дверь магазина.

— Стойте! А сдача?

— Это чаевые! — кинул Енджун, выходя из помещения вместе с сестрой.

Бомгю вновь ошарашенно пересчитал деньги. Среди купюр прятался обрывок бумаги. Он был уверен, что это лишь чек или случайно вырванный листок из блокнота, пока не заметил надпись, выведенную слегка кривым почерком: «Ты милый. Позвони мне». Он вновь прокрутил записку в руках, снова и снова всматриваясь в цифры на обороте. Каждый сантиметр его тела заполнило приятное тепло, словно он окунулся в горячую ванную. Бомгю чувствовал, как щеки начинают гореть, а к глазам, по неизвестным ему причинам, вдруг подступила влага. Он неровно втянул в себя воздух и оглядел помещение, не понимая, почему этот просто жест со стороны Енджуна тронул его так сильно.

В ту ночь Бомгю так и не смог дотронуться до этой круглой кнопки на телефоне. Палец каждый раз замирал в миллиметре от экрана, не решаясь коснуться. Он так ждал этого шанса последние недели, но теперь, когда он наконец выпал ему, ухватиться почему-то было слишком страшно.

На следующий день Енджун, как и всегда, пришел в магазин незадолго до полуночи, однако вместо того, чтобы по привычке направиться к отделу с напитками, приблизился прямо к кассовой стойке.  Бомгю почувствовал, как земля уходит из-под ног, а прилавки вдалеке начинают плыть. Он не шелохнулся, ноги словно вросли в плитку под собой, и лишь уши, горевшие сейчас так сильно, выдавали его беспокойство. Однако Енджун не дал ему остаться в этом пузыре, бесцеремонно спросив:

— Почему не позвонил? — он хлопнул ладонями по прилавку перед парнем.

— Я… — Бомгю сглотнул ком в горле. — Ну, подумал, ты случайно.

Тогда Енджун закатил глаза и перепрыгнул через прилавок, словно это было обыденным действием, а не нарушением чужих границ и правил магазина. Он навис над Бомгю, отчего парню все больше приходилось пятиться и вжимать голову в плечи, пока он не столкнулся спиной с холодной стеной. 

— Я не случайно.

— Меня оштрафуют…

Бомгю метнул взгляд в сторону, в поисках отхода, хотя, на самом деле, уходить совсем не хотелось. 

— Тогда я помогу найти работу получше! Ну что? Понял намек? Хочешь сегодня после твоей смены…

Енджун еще говорил что-то про предложение провести время вдвоем, про намеки, которые он кидал последнюю пару недель, однако для Бомгю эти слова стали лишь фоновым шумом. Отчего-то в голову ударил резкий приступ раздражения, почти гнева, а пока горячее дыхание Енджуна, беспрерывно болтающего о чем-то, касалось кожи, желание внутри лишь нарастало. Бомгю судорожно выдохнул, пытаясь вымести все чувства из головы, и резко вцепился губами в парня. Это было похоже на сладкую месть за все те недели, когда каждая минута его жизни была наполнена мыслями о Енджуне. Руки все сильнее хватались за чужой воротник, пока Бомгю снова и снова яростно углублял поцелуй. Он отстранился также резко, как и начал это.

— Зайди за мной через три часа, — кинул он, скрываясь в подсобном помещении.

Енджун лишь самодовольно усмехнулся и вновь перепрыгнул через прилавок, невесомо проводя большим пальцем по собственным губам.