bonus

Ночь опустилась на город, но в новом ателье Дуана и Циня горел свет. Они работали до позднего вечера, готовясь к открытию их общего бренда, и теперь оба валились с ног от усталости.

Дуан стоял у стола и складывал эскизы в папку, когда почувствовал странное тепло. Сначала он подумал, что это просто усталость, но тепло становилось сильнее, разливаясь по телу мягкой волной. Он поднял голову и посмотрел на Циня.

Цинь стоял у окна, и его лицо было бледным. Он держался за подоконник, его пальцы дрожали, запах жасмина и мёда, всегда такой мягкий и успокаивающий, вдруг стал густым, почти осязаемым. Он заполнял комнату, обволакивая всё вокруг.

— Цинь, — в замешательстве сказал Дуан, подходя к нему. — Что случилось?

Цинь повернулся к нему. Его глаза были тёмными, зрачки расширены, дыхание сбивчивое.

— Я не знаю, — ответил он, и голос его дрожал. — Мне вдруг стало жарко.

Дуан подошёл ближе и коснулся его лба. Кожа Циня была горячей.

— Ты заболел? — спросил он, чувствуя, как внутри закипает тревога.

Цинь покачал головой.

— Нет, это не болезнь. Я чувствую это. Это моя природа.

Дуан замер. Он понял, что это значит. Течка. У Циня началась течка. Он знал, что это должно было случиться, но не ожидал, что это произойдёт именно сейчас.

— Ты должен был предупредить меня.

— Я не знал, — ответил Цинь. — Это случилось внезапно, я не могу контролировать.

Запах жасмина и мёда стал ещё гуще, и Дуан почувствовал, как его собственное тело откликается. Тёплое, животное желание поднималось изнутри, затмевая разум.

— Нам нужно уйти отсюда, — сказал Дуан, стараясь сохранять спокойствие. — Нам нужно домой.

Цинь кивнул, но его ноги подкашивались. Дуан подхватил его, придерживая под коленями и за талию.

— Держись за меня.

Они вышли из ателье и сели в машину. Всю дорогу Цинь сидел, прижавшись к окну, его дыхание было тяжёлым. Дуан чувствовал его запах, и каждый вдох давался ему с трудом.

Когда они вошли в квартиру, Цинь прислонился к стене и закрыл глаза. Его лицо было красным, волосы прилипли ко лбу.

— Дуан, — прошептал он. — Мне нужен ты.

Дуан подошёл к нему и взял за руку. Пальцы Циня были горячими.

— Я здесь, — сказал он. — Я никуда не уйду.

Он провёл Циня в спальню и помог ему лечь на кровать. Цинь дрожал, его тело изгибалось, и он прикусывал губу, чтобы сдержать стон.

— Мне больно, — Цинь почти плакал. — Всё горит.

Дуан сел рядом и провёл рукой по его волосам.

— Я знаю. Я помогу тебе, если ты позволишь.

Цинь открыл глаза и посмотрел на него. В его взгляде было доверие, смешанное с отчаянием.

— Позволю, — сбивчиво ответил он.

Дуан наклонился и поцеловал чужие губы. Нежно, медленно, чувствуя, как Цинь отвечает на поцелуй. Запах жасмина и мёда окутывал их обоих, и Дуан чувствовал, как его собственные феромоны смешиваются с феромонами Циня, создавая что-то новое, что-то настоящее.

Цинь потянулся к нему, и его руки скользнули под рубашку Дуана. Кожа была горячей, и каждое прикосновение отдавалось дрожью.

— На тебе слишком много одежды, — сказал Цинь, улыбнувшись сквозь боль.

— Я исправлю это, — прорычал Дуан.

Он снял рубашку и помог Циню избавиться от одежды. Они лежали рядом, и Дуан чувствовал, как тепло их тел смешивается в одно целое.

— Ты красивый, — сказал Дуан, проводя пальцами по ключице Циня. — Самый красивый на свете.

Цинь прикрыл глаза и выдохнул.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже, — ответил Дуан.

Он поцеловал его в шею, чувствуя, как бьётся пульс под его губами. Цинь выгнулся навстречу, и его руки вцепились в плечи Дуана.

— Пожалуйста, — прошептал Цинь.

— Что ты хочешь? — спросил Дуан, глядя ему в глаза.

— Тебя.

Дуан улыбнулся и поцеловал его в губы. Долго, страстно, чувствуя, как мир вокруг них исчезает. Остались только они двое.

Он двигался медленно, нежно, давая Циню время привыкнуть. Каждое прикосновение, каждый поцелуй были наполнены любовью. Цинь дрожал и стонал, вцепляясь в него, и его запах становился всё гуще и слаще.

— Ты мой, — сквозь зубы сказал Дуан, прижимая его к себе. — Всегда был моим.

— И буду, — простонал Цинь.

Они двигались в унисон, весь мир сузился до этой комнаты, до их тел, до их дыхания. Запах жасмина и мёда смешивался с терпким древесным ароматом Дуана, и этот коктейль опьянял их обоих.

Когда всё закончилось, они лежали в тишине, Дуан чувствовал, как сердце Циня бьётся рядом с его сердцем.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, — ответил Цинь. — Впервые за долгое время я чувствую себя в порядке.

Дуан поцеловал его в лоб.

— Я люблю тебя.

— Я люблю тебя больше.

Они лежали в темноте, и их феромоны успокаивались, создавая что-то тёплое и невесомое. Цинь прижался к Дуану, и тот обнял его, чувствуя, как его тело расслабляется.

— Спи, — сказал Дуан. — Я буду рядом.

Цинь закрыл глаза и провалился в сон, чувствуя тепло его рук.

---

На следующий день они проснулись вместе. Солнце светило в окно, и Дуан чувствовал, как лёгкость разливается по телу. Цинь лежал рядом, и его дыхание было ровным.

— Доброе утро, — сказал Дуан, целуя его в плечо.

— Доброе, — ответил Цинь, открывая глаза. — Я чувствую себя уже лучше.

— Я рад.

Цинь повернулся к нему и улыбнулся.

— Спасибо. За всё.

— Я всегда буду рядом, — ответил Дуан. — Что бы ни случилось.

Цинь протянул руку и коснулся его щеки.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже, — ответил Дуан.

Они лежали в тишине, и в этой тишине было больше, чем в любых словах.