bonus

После успешного завершения съёмок, когда лакорн покорил сердца зрителей, а их имена зазвучали ещё громче, наступило время, когда публичное взаимодействие стало неотъемлемой частью их жизни. Фан-ивенты, интервью, совместные появления – всё это требовало от них быть на виду, играть в идеальную пару, иногда даже больше, чем позволяла реальность. Но именно в такие моменты, когда грань между игрой и настоящими чувствами стиралась, их собственная реальность становилась всё более осязаемой.

После очередного шумного мероприятия, где Тити, как всегда, купался во внимании, смеялся, обнимал фанатов и коллег, Пор чувствовал, как привычная волна ревности подкатывает к горлу. Они вернулись домой, в их общую тишину, которая после дневного хаоса казалась особенно ценной. Тити, уставший, но всё ещё полный энергии, принялся рассказывать о забавных моментах дня, жестикулируя и улыбаясь. Пор же, напротив, был тих. Он сидел на диване, а его губы были едва заметно поджаты – тот самый детский каприз, который так хорошо знал Тити.

— Ты чего? — мягко спросил Тити, присев рядом и протянув руку, чтобы коснуться плеча.

Пор медленно повернул голову, и его взгляд, обычно мягкий, теперь был полон чего-то иного – смесью обиды, желания и некой дразнящей провокации.

— Ты слишком много внимания уделял всем вокруг, — прошептал он, и в его голосе прозвучала та самая нотка, которая всегда вызывала в Тити смешанные чувства: желание защитить и одновременно возбуждение от его властности.

Тити улыбнулся. Он знал, что за этой обидой скрывается нечто большее. Пор не просто ревновал; он жаждал, чтобы Тити принадлежал только ему, чтобы вся эта энергия, которую он дарил миру, была направлена на него.

— Мне казалось, я был достаточно внимателен к тебе, — сказал Тити, его голос стал чуть ниже.

— Недостаточно, — ответил Пор, и в этот момент он медленно поднялся, притягивая взгляд Тити за собой. Он прошёл мимо него, задержавшись на мгновение, и его рука скользнула по спине Тити, едва касаясь, но оставляя после себя след. — Сегодня ты был звездой для всех. Но я хочу, чтобы ты был звездой только для меня.

Его слова были вызовом. Он знал, как Тити реагирует на его прикосновения, на его взгляд, на его тихое, но властное требование. Пор никогда не боялся использовать свою сексуальность, чтобы получить желаемое, особенно когда дело касалось Тити. Сейчас он хотел показать ему, насколько сильна его собственная страсть, насколько глубоко его желание, и как это желание связано с ревностью.

Пор направился в спальню, его движения были неторопливыми, но наполненными явным намерением. Он не стал включать свет, оставив комнату в полумраке, создаваемом уличными фонарями. Его шаги были тихими, но каждый из них звучал как призыв. Тити, чувствуя, как волна желания захлёстывает его, последовал за ним.

Пор стоял спиной к двери, когда Тити вошёл. Он обернулся, и в полумраке его глаза горели. Он медленно стянул с себя рубашку, демонстрируя каждый изгиб тела, затем отбросил её на пол. Его взгляд скользил по фигуре Тити, как будто он оценивал, дразнил, провоцировал.

— Ты сегодня так много смеялся, — прошептал Пор, подходя ближе. — Мне интересно, какой у тебя смех, когда ты не хочешь ни с кем делиться?

Он остановился в нескольких сантиметрах от Тити, и его дыхание опалило кожу. Руки медленно поднялись, и он коснулся лица Тити, мягко, но с явным владением.

— Ты думаешь, что я просто так ревную? — прошептал Пор, его голос был низким и обволакивающим. — Я ревную, потому что я знаю, чего ты стоишь. И я не хочу, чтобы кто-то другой имел право видеть тебя таким.

Он провёл пальцами по губам Тити, слегка надавливая, будто пытаясь удержать их, чтобы они не произносили больше ничьих имён, не смеялись с другими. Тити, завороженный, ощущал, как в нём растёт ответное желание. Пор был мастером игры, и эта игра сейчас была особенной.

— Поцелуй меня, — прошептал Пор, его губы почти касались губ Тити, но он не давал им соприкоснуться. — Поцелуй меня так, как будто я — единственный, кто существует в этом мире. Поцелуй меня так, чтобы ты забыл обо всех остальных.

Его слова были вызовом, приказом, мольбой. Тити не мог устоять. Он притянул Пора к себе, и их губы соприкоснулись. Поцелуй начался мягко, но быстро стал глубже, страстнее. Пор не просто отвечал – он брал инициативу, его язык исследовал рот Тити, а руки обвились вокруг его шеи, притягивая ещё ближе.

— Это всё, что ты можешь? — прошептал Пор, отстраняясь на мгновение, его глаза блестели в полумраке. — Только отвечать? Я хочу, чтобы ты брал. Я хочу, чтобы ты показал мне, что я — единственное, что тебя волнует.

Его слова были провокацией, но в них звучала искренняя потребность. Он хотел, чтобы Тити тоже проявил свою собственническую натуру, чтобы он показал, что они – одна команда, одна страсть, один мир.

Тити, ошеломлённый силой Пора, притянул его к себе снова, его руки скользнули по спине, чувствуя каждый изгиб.

— Ты всегда был таким? — прошептал Тити, его голос был хриплым от страсти. — Таким… требующим?

— Только когда ты делаешь вид, что не замечаешь, как сильно я хочу тебя, — ответил Пор, его губы касались шеи Тити, вызывая дрожь. — Сегодня ты был слишком открыт. Поэтому сейчас отвечай мне.

Он оттолкнул Тити от себя, но только чтобы тот упал на кровать. Пор навис над ним, его тело прижималось к телу, создавая невыносимое напряжение. Он медленно стягивал с Тити одежду, каждый дюйм кожи, обнажающийся под его прикосновениями, казался ему завоёванным.

— Ты принадлежишь мне, — прошептал Пор, его голос был низким и обволакивающим. — Ты — мой. И никто другой не имеет права на эту страсть.

Его руки двигались уверенно, снимая одежду Тити, но не быстро. Он хотел продлить момент, насладиться его реакцией, увидеть, как Тити открывается перед ним. Когда тот был полностью обнажён, Пор прильнул к нему, его тело словно приклеилось.

— Сегодня, — прошептал Пор, его губы касались кожи, — ты узнаешь, насколько сильны мои чувства, когда это превращается в желание.

Он начал медленно, дразняще. Его пальцы скользили по груди Тити, затем опускались ниже, вызывая у того вздох. Пор наблюдал за реакцией, наслаждаясь каждым его движением, каждым стоном.

— Ты любишь это, да? — прошептал Пор, его губы касались живота Тити. — Любишь, когда я показываю тебе, как сильно я тебя хочу?

Его слова были не просто описанием, а утверждением, которое он хотел, чтобы человек напротив чувствовал каждой клеткой. Он хотел, чтобы Тити осознал, что вся эта страсть, вся эта интенсивность – это результат бесконечных чувств.

Пор медленно спустился ниже, его поцелуи становились всё более страстными, всё более требовательными. Он исследовать каждый сантиметр тела Тити, будто пытаясь запомнить его, завладеть им навсегда. Его язык танцевал на коже, вызывая у волны удовольствия, смешанные с ощущением полного подчинения.

— Ты мой, — повторил Пор, его голос был полон триумфа. — Только мой.

Он наконец-то принял решение. Его тело напряглось, и он медленно, но уверенно сел сверху. Этот момент был наполнен нежностью и уверенностью. Пор смотрел в глаза Тити, видя в них отражение своих чувств: желание, любовь, и, конечно же, ту самую ревность, которая теперь превратилась в абсолютную преданность.

— Я люблю тебя, — прошептал Пор, его движения становились всё более ритмичными, всё более страстными. — Я люблю тебя так сильно, что иногда мне страшно.

Тити отвечал ему, его руки обвились вокруг шеи Пора, притягивая его ещё ближе. Он чувствовал, как его собственная страсть разгорается, как его желание сливается с желанием Пора, создавая единое пламя.

— Ты тоже мой, — прошептал Тити, и в его голосе звучала та же уверенность, та же преданность. — Всегда.

Они двигались вместе, их тела слились в единое целое, их дыхание смешивалось, создавая симфонию страсти. Каждый толчок, каждый стон, каждый поцелуй был наполнен их общими чувствами, помогая им осознать, насколько они важны друг для друга.

Когда они достигли кульминации, их крики слились в единый звук, наполняющий комнату. В этот момент всё остальное исчезло: слава, поклонники, слухи, все сомнения. Остались только они и их любовь.

После этого, лёжа в объятиях друг друга, в тишине, нарушаемой только их дыханием, Пор прижался ближе.

— Ты мой, — прошептал он, его голос был полон нежности.

— И ты мой, — ответил Тити, целуя его в лоб. — И этого достаточно.

И действительно, этого было достаточно. Они нашли друг друга в блеске славы, прошли через ревность и сомнения, и теперь, в этой ночи, они нашли свою истинную связь. Это был не просто конец, это было начало их нового, более глубокого и искреннего пути.