Zombie Party

Из старого, каким-то чудом уцелевшего магнитофона, доносится некогда популярная песня фейса «Юморист», выкрученная почти на минимум, лишь бы не привлечь тех, кому никто не будет рад. Девушка с давно выцветшими блондинистыми волосами сидит на перевернутом деревянном ящике и кропотливо, может показаться даже заботливо, протирает свою любимую катану рисовой бумагой до сверкающего лезвия. Она отстранённым взглядом гуляла по своей названной «семье», которые в этот момент во всю отдыхали, праздновали ещё не наступивший новый год, играя в бильярд, который оказался в их новом доме некогда какого-то богатея, найденную настолку и запивая это всё столь драгоценным в их время алкоголем.

Они не переживали по поводу ходячих мертвецов, которыми сейчас кишело всё, так как перед обоснованием в доме зачистили территорию и проверили огромный золотой забор на все дыры. В их время нельзя было ни на секунду расслабляться, но в прошлой жизни столь любимый праздник — Новый год — решили впервые отметить спустя два года после катастрофы. 

Рядом с девушкой трое парней играли в бильярд, весело смеясь и выпивая пиво прямо с горла, закатывая шары в лунки.

Когда тёплый напиток начал заканчиваться, один из них, самый крепкий, высокий, реально огромный парень с татуировками и шрамами по всему телу, отложил кий в сторону и подошёл к блондинке с катаной.

— Хэй, Хуалин, ты не видела Кева? он привозил алкоголь с последней вылазки, должен знать, где ещё пиво.

Метнув в сторону темноволосого нечитанный взгляд, девушка кивнула в сторону одной из дальней комнат, вновь переводя всё свое внимание на оружие. Парень на это лишь закатил глаза и расслабленной походкой направился к дальней комнате, где сейчас двое парней желали скорее друг друга, чем чтобы кто-то третий их прерывал.

В тишине комнаты были слышны только тихие стоны и жаркое дыхание двоих уединившихся, которым было все равно на вечеринку, происходившую прямо за дверью. Горячие ладони гуляли по оголенным участкам тел, пробираясь под одежду, сминая, притягивая ближе, царапая. Возбуждение давило на ширинки джинс и парни совместно принялись освобождать друг друга от столь ненужной сейчас ткани, оставаясь полностью голыми в одном белье. Громкий низкий стон вырывается из пухлых, мокрых от слюны, губ, разносясь по комнате. Рыжеволосый парень на это ухмыляется и вновь проводит рукой по чужому возбуждению, глотая в поцелуе очередной стон. Микки жадно сжимает чужие волосы, притягивая ещё ближе к себе кева, желая чувствовать его каждой клеточкой, каждым своим атомом. Тела не спеша продвигались к кровати, стукаясь лодыжками об её край и падая на скрипучий твёрдый матрас. Стон удовольствия срывается с губ микки, когда пальцы рыжеволосого сжимают его ягодицы и вжимают в своё тело, подминая под себя.

— Блять, как я тебя хочу, — чужое признание тонет в поцелуе, шатен заламывает брови и прикусывает губу, поддаваясь навстречу чужим рукам, которые пытаются снять с него белье. Тела пылают от желания, не давая замёрзнуть в холоде ночи. Кев только стянул с парня белье, как в комнату раздался громкий стук и рыжеволосому потребовалось пару секунд, чтобы среагировать.

Метнувшись к двери и не дав раскрыть её полностью, чтобы никто не увидел чужое голое тело, он хмуро посмотрел на пришедшего полным недовольства взглядом.

— Чо надо? — Бурлящая злость сквозила в голосе, крепкая рука придерживала дверь.

— Кев, где ещё пивко? Одна коробка уже заканчивается, — на лице Джея расплылась приветливая улыбка, когда дверь открылась и за ней показалось хмурое лицо младшего, но заметив сразу чужой вид и проблеск ещё одного присутствующего в комнате, он громко присвистнул, подняв брови, — Воу, не хотел мешать вам, голубки, но пиво очень надо!

— В коридоре ещё дохуя, а теперь съеби, — громко хлопнула дверь и Джей медленно развернулся, направляясь в коридор весёлым шагом, где Лука и Даша накидывали на себя верхнюю одежду.

«Мы покурить» — бросили ребята и Джей лишь кивнул головой, не заметив, что те были совсем безоружны, но увидев несколько ящиков алкоголя, радостно хлопнул в ладоши, широко улыбнувшись и предвкушая дальнейшее веселье.

В ночной темноте ярко сверкали удивительные по своему происхождению и строению снежинки, окропляющие землю. Небольшие сугробы, белоснежные, были испачканы в некоторых местах огромными кровавыми лужами, которыми в их время не удивить. Свет шел только из щелей не до конца прикрытые штор, чтобы не привлечь внимание ходячих или, ещё хуже, кого-то живого. В их время люди бывают опаснее, чем мертвецы. Они непредсказуемы, разумны и полны ненависти к этому миру. Сейчас лучше наткнуться на пару мертвяков, чем живых. 

Серый дым вздымался в небо, растворяясь в прохладном воздухе. Лука смотрел в непроглядную тьму и смеялся над очередной истории Даши из её жизни «до». Девушка забылась в моменте, смеялась, изображая каждый момент и эмоцию, размахивая руками. Ребята ни на что не обращали внимания, куря и смеясь, расслабленные пивом и общей атмосферой веселья и праздника. Даша отвернулась всего на мгновение, а в следующую секунду ночную тишину разрезал раздирающий крик. 

— Лука?.. — конец чужого имени потонул в громком испуганном крике. Разваливающийся уже мертвец, гниющий, без половины лица и почти без одежды, впился зубами в плечо парня и прямо на глазах у девушки оторвал кусок его плоти, отвратительно чавкая и жуя. Они были так отвлечены и не бдительны, что не услышали, как к ним со спины подкралась тварь.

Лицо луки исказилось от боли, из горла выходили хрипы и кровь, а из глаз медленно ускользал огонёк жизни. Даша бросилась в сторону двери, распахивая ту настежь и впуская в дом мороз. 

— Ходячие! Лука! помогите! — Во всё горло, срывая связки и ничего не видя за пеленой слез, звала девушка на помощь. Она вбежала в дом, где на неё все обернулись, не понимая, что происходит, до молодых ребят очень туго доходило, почему их подруга вся в слезах и кричит.

— Даш, что случилось? — не успел договорить Эрс, как его оборвало сразу несколько испуганных криков, когда на девушку со спины напал мертвец, впиваясь в её руку и разрывая ткани мышц.

Кровь окрасила пол в ярко-алый и вид подруги, сжираемой трупом, заставил ребят мгновенно среагировать. По всей комнате было разбросано оружие, от пистолетов до биты Джея и Катаны хуалин. Громкий выстрел разрезал воздух, когда Тэо со второго этажа выстрелил из арбалета в голову ходячего, что пытался оторвать очередной кусок плоти от даши. 

— Будьте осторожны, хрен знает сколько их там, — хрипло предупредил парень, держа взгляд в остро и стараясь дышать ровно, не поддаваясь панике, наблюдая, как около дюжины ходячих заваливаются в дом, пришедшие на шум. 

— Вот вам блять и отпраздновали новый год, сука, отдохнули, повеселились, мрази! — Громко ругался Эрс, не жалея матерных слов в сторону каждого мертвяка, которому он пускал пулю в лоб. Парень кружил по комнате, которую заполонили зомби, пока его спину прикрывал сидящий на лестнице Тэо, убивающий своими стрелами каждого, кто пытался со спины подойти к Эрсу.

На стену брызнули ошметки мозгов. железной битой размахивали с пугающей скоростью, снося башки с яростью. Джей рычал от злости, пробивая череп очередному мертвецу.

— Сука, твари ходячие, всю вечеринку испортили! Ну вот надо было вам именно сейчас заявиться без приглашения! Ублюдки! — Джей на равне с хуалин, которая искусно разрезала головы мертвецов своей катаной, пробрались к двери, убрав почти половину всех зомби. Но на улице оказалось совсем не лучше, огромные железные ворота оказались открыты, по чьей-то глупой невнимательности, не закрывшие после последней вылазки. И теперь все мертвецы, которые были в округе, пришли на человеческие крики, после того, как один из них напал на Луку. 

— Блять, кто такой идиот! Нахуй! - Ярость сквозила в тоне голоса и каждом движении парня, яростно сносящего головы каждому мертвецу на его пути. Внутри Джея бурлила ядовитая ярость и горечь за погибших товарищей, за сорванную вечеринку и желание скорее вернуться к вкусному, ещё не протухшему пиву. Темнота не давала нормально разглядеть, сколько их ещё и идут ли другие. Оставалось только отбиваться, убивать и защищаться до последнего, собираясь с силами, лишь бы не сдохнуть. 

Хуалин с без эмоциональным лицом о очередной раз разрезала пополам ходячего мертвеца. Вид мертвого члена семьи, которого едят зомби, не выходит из головы и стоит перед глазами. Она раскромсала каждого, кто сидел над телом Луки и пожирал его. Ей было плевать на этот грёбаный мир, но за каждого близкого была готова порвать и убить любого, защищая тех, кто еще способен вызвать хоть какие-то тёплые чувства в душе. Острое лезвие катаны убивало за пару секунд, собирая на пути девушки десяток разрезанных и обезглавленных тел. Нужно было срочно закрыть ворота, пока к ним весь посёлок не пришел на вечеринку. 

Тихое ругательство срывается с обветренных губ. Стрелы начинают кончатся. В дом успело зайти ещё несколько ходячих и ребята уже на последних силах их убивают. Непонятно, кого ранили, кого укусили, кто жив, а кому стоит всадить нож в висок, чтобы не ожил. Паника и страх долбили по грудной клетке. Но тэо была важна всего одна жизнь из всех и именно за ним он тщательно наблюдал. Высокий парень с рыжими волосами, собранными в хвост, пустил последний патрон в обойме в черепушку гнилого мертвеца.

Громко выругавшись, парень рванул в сторону лестницы, доставая нож из ножен на бедре. 

— Эрс, иди сюда, быстрее! 

Вскинув голову в сторону лестницы, рыжий рванул к Тэо вверх, пока никто не успел на него кинуться и поживиться его плотью. Парни залетают в ближайшую комнату, запирая её на замок и не могут отдышаться, пот градом катится вниз по лбам. Промаргиваясь, привыкая к темноте, Тэо оглядывает комнату, которой оказывается какая-то огромная, полная всевозможных музыкальных инструментов, дисков и обложек альбомов на стенах, а посередине комнаты огромное фортепиано на отдельной платформе. Всё затхлое, покрытое пылью, давно забытое и уже никому не нужное.

— Лучше бы у этого богатея было хобби охота какая-нибудь, а не музыка, — протерев лицо вспотевшими ладонями, шатен приподнимается, тихо ступая по комнате и осматривая то, что раньше вызывало восторг и трепет в душе. — А я играл в той жизни, — обращается к всё так же сидящему, тяжело дышащему эрсу, руки которого слегка трясутся от кошмара, творящегося за дверью, — на скрипке, фортепиано, немного даже освоил гитару и виолончель… это было что-то вроде моего хобби.

— Обязательно сыграешь мне что-нибудь, если мы выживем сегодня, — уставшая улыбка одними уголками губ расплывается на чужом лице, хрипло смеясь и с нежностью в глазах смотря на парня с арбалетом, всегда заставляющего восхищаться очередным своим навыком. Скромная улыбка в ответ расплывается на губах Тэо.

Тем временем на первом этаже творится самый настоящий хаос, более дюжины трупов и не разберешь, мертвецов или своих. Возгласы борьбы, крики боли, выстрелы, хрипы и клацание зубов. Шаркающие шаги двигались по направлению к дальней комнате, из которой доносился шум. Инстинкты двигали мертвым мозгом, намекая, что где шум — там еда. Удар, удар, удар. Гнилое тело долбиться в дверь, желая сожрать тех, кто за ней.

Грубая ладонь ведёт медленно по чужому вставшему члену, оттягивая плоть и размазывая обидно выделяющийся предэякулят по ней. Жаркие приглушенные стоны не смолкали, и лишь крики друзей будто бы вдали портили атмосферу. Горячие мокрые языки скользили навстречу друг другу, пухлые мягкие губы не могли оторваться. Поцелуи, на грани нежности и боли, заставляли всё тело пылать от желания, передавая частичку души другому. Они не могли перестать касаться тел друг друга, лаская открытые участки, сжимая до синяков, наслаждаясь тупой болью, отдаваясь в момент лишь своим желаниям и обоюдной симпатии. Микки извивался на постели, грубая ткань раздражала чувствительную кожу и он поддавался навстречу разгоряченному телу, давая обоим столь необходимые сейчас трение и касания. Активно маструбируя друг другу, парни не успевали насытиться кислородом, дыша дыханием одним на двоих, почти подходя к оргазму. Пот катился по висках, накалённая температура комнаты давила, но это лишь приносило ещё большее удовольствие.

Утопают друг в друге, пока вокруг происходит ад. 

— Блять, микки, я почти... — томно шепчет, заламывая брови и распахивая губы в немом крике, когда парень под ним начинает ещё активнее двигать рукой, чтобы помочь излиться в блаженстве скорее. Светловолосый уже сам почти на грани, его штырит по крупному осознание того, кто именно сейчас над ним в постели. Что именно тот самый парень, за которым он наблюдал последний месяц исподтишка, глотая слюни и вдохи восхищения при виде чужих мышц, выступающий вен и вида с оружием в руках, сейчас нависал над ним, надрачивая и пожирая своими губами, не оставляя на теле ни одного не обласканного участка. Громкие, странные стуки в дверь приглушили стоны удовольствия, в момент когда оба парня обильно кончили в руки друг друга, тяжело дыша. 

— Сука, да кого там принесло снова. — Еле вымолвив слова, Кев, откинул выцветшие и сильно отросшие волосы назад, поднимаясь с чужого тела, успев оставить нежный поцелуй в уголок губ. Его грудная клетка ходила ходуном, лениво поплевшись абсолютно голым в сторону двери, злобно открывает ту, начиная возмущаться.

— Джей, сука блять, я же сказал что пиво в коридоре, отъебитесь! — Не успел договорить парень, как его громкая ругань переросла в раздирающий крик. Мертвец, что долбился в дверь, в ту же секунду бросился на парня и впился в его торс, раздирая мышцы ткани, заполняя рот мясом и кровью, которая обильно потекла через челюсть, заливая тело Кева и пол. Кровь брызгала как из фонтана, у рыжеволосого еле хватило сил оттолкнуть от себя ходячего, пока тот не откусил ещё один кусок его плоти. С размахом захлопнув дверь, он скатился вниз по ней. Дышать было невозможно, всё тело в миг стало весить будто тонну, не пошевелиться, не вдохнуть кислорода. Рядом, будто сквозь толщу воды, был слышен крик знакомого человека, что сейчас в истерике рыдал и пытался футболкой остановить кровотечение, но в их условиях, залатать столь серьезный укус — невозможно. Всё равно умрешь и обратишься, если не помогут всадить пулю в череп. 

— Нет! Нет, пожалуйста! Кев, дыши, я умоляю тебя, дыши… Пожалуйста, нет, нет, нет, нет, только не это, — заглушено рыдая, Микки из-за слез не видел ничего чётко, вытирая глаза руками, что было всё в чужой крови, размазывал ту по лицу. Внутри будто в моменте всё остановилось, весь организм перестал функционировать и дышать, когда на его глазах мертвец впился в родного человека. Внутри сорвало все цепи, паника, боль, страх — первое, что взорвалось в нём и он бросился с оглашающим криком в сторону парня, падая перед ним на колени, — пожалуйста, только живи, я рядом, все будет хорошо, я сейчас что-нибудь придумаю, только живи, умоляю тебя!

Микки трясло, он смотрел на непрекращающийся поток крови, на то, как тело парня бледнеет, а взгляд покидает огонёк жизни. Кев не мог даже поднять взгляд на парня, хватая ртом воздухом и стоная от боли. Тело охватил нездоровый жар. Мышцы стали деревенеть, взгляд мутнеть и плыть. Мозг медленно умирает.

Светловолосый рыдал, прижимая к себе чужое тяжёлое тело, покачиваясь на полу, не обращая внимания на лютый холод, желающий завладеть голым телом. За дверью слышались крики и звуки сражения, мозг отказывался сейчас нормально рабоать, находясь в стрессовой ситуации. Никогда ещё его не одолевал настолько сильный страх за кого-то. Этот парень за столь небольшое время стал самым дорогим человеком. И сейчас держать его умирающее тело в руках, равно что сжечь собственную душу, оставляя лишь пепелище внутри себя. Самое страшное что могло было случится из его представлений только что произошло.

Микки не знает, сколько так просидел, покачивая тело кева и рыдая, кажется, как никогда ещё в своей жизни. Но тихий хрип вывел его из истеричного состояния. Всхлипнув, парень в ужасе смотрел, как него смотрят помутневшие зрачки возлюбленного. Раздался крик полный ужаса и микки хотел было уже вскочить, но в следующий момент шею пронзила разрывающая боль. Громкий крик оглушил пространство комнаты и от парня оторвали смачный кусок плоти, накидываясь за следующим. Его объект воздыхания, с которым он совсем недавно отдавался желанию в постели рядом, пожирал его тело, упиваясь кровью и жестким мясом, пережёвывая и отрывая еще кусок. Микки впился ногтями в чужие предплечья, но не мог оттолкнуть чужую тушку с себя, ведь тот весил в два раза больше него и в габаритах был больше. Парня просто пожирал его же оживший возлюбленный.

«Зато я умру от рук любимого… интересно, как там ребята?..» — Было последними мыслями парня, прежде чем он отключился, лишаясь сознания и жизни.