"Знакомы?"

Коварная улыбочка на лице Кэйи вмиг сменилась возмущенным вздохом. Какая наглость?!

Нет, он ожидал игнора, ожидал, что его сразу же заблокируют или без прелюдий пошлют нахуй, но от такого ответа было даже обидно. Искренне.

Фыркнув, Кэйа отбросил телефон на кровать так, будто тот нанес ему личную обиду. Но почти сразу же обратно потянулся за ним.

Фырча себе под нос Кэйа перевернулся на спину. И как ей объяснить, что отвечать «Знакомы?» на фотографии интимного характера, пусть и присланные с незнакомого номера – верх неприличия? Куда только смотрели его родители, когда занимались воспитанием сына?

«Знакомы?» В порыве эмоций Кэйе даже захотелось удалить все сообщения и на это вопиющее бескультурье ответить «Познакомься с моей задницей», но после нанесенного оскорбления Дилюк с юридического не получит не то что новые нюдсы – ни сообщения на этот номер Альберих больше не отправит.

Следующую фотку он прислал спустя двадцать минут. Из вредности. Он что, зря двадцать минут подбирал подходящий ракурс и носился от зеркала к выключателю, настраивая свет?

Если Кэйа улетит в блок, то хотя бы сможет сделать смешной скриншот и за ланчем похихикать вместе с Розарией с того, что Дилюк испугался голого мужского тела.

В ответ Кэйа прислал еще одну фотку. Прошло десять минут, ответа не последовало. Cудя по тому, что следующая фотография, отосланная спустя еще пятнадцать минут молчания, так и осталась без ответа, Дилюк с юридического решил встать на тропу войны.

Ответ пришел так быстро, что Кэйа чуть не выронил телефон из рук.

***

«Массовая рассылка похабщины» продолжалась еще пару недель. Кэйе было стыдно признаваться, но он никогда в жизни еще так не пыхтел над собственными нюдсами. Даже когда знал, что получатель будет облизывать экран и вглядываться в каждый пиксель, замечая самые мелкие детали и в своем ответном сообщении расскажет, как его возбуждает элегантный поворот кисти его левой руки и… как красиво в кадр попал фикус. Но всё, что Кэйа получал в ответ сейчас – либо игнор, либо очень сухие ответы.

Лед тронулся лишь спустя две недели.

Кэйа, уже буднично отсылая Дилюку в качестве утреннего ритуала своё очередное произведение искусства, чуть не подавился кофе. Розария, ругнувшись, отодвинулась в сторону.

– Охуеть, это лучший комплимент, который я получал в своей жизни, – шокировано пялясь в экран протянул Альберих.

– У тебя проблемы с самооценкой.

Кэйа уже не слушал – упёрся в телефон, схватившись за него обеими руками так, будто его собирались отобрать.

Следом полетела ещё одна фотография из тех, что Кэйа успел сделать вчера. В ответ пришёл эмодзи с пальцем вверх.

– Он точно меня хочет.

***

Иногда они с Дилюком пересекались в холле колледжа или в столовкее, но в сторону Кэйи тот даже не смотрел. И Кэйа продолжал подыгрывать, сохраняя мнимую анонимность и не показывая больше положенного.

Но в какой-то момент у него будто сорвало предохранитель – на фотографиях всё чаще стало видно и волосы, и, кстати, даже повязку на правом глазу. Лукавый прищур левого глаза игриво смотрел в камеру, пока два рубиновых глаза упорно игнорировали физическое существование Альбериха, даже когда они проходили в метре друг от друга.

Любые попытки флирта в переписке карались игнором или сухими ответами.

Кэйа пошёл ва-банк. В очередном длинном и по факту бессмысленном сообщении, состоящем в основном из глупых но романтичных (как ему казалось) фактов о нём, где-то в середине, незаметно для глаза человека, не вчитывающегося в смысл написанного, затесалось крайне провокационное предложение.

Догадки Альбериха подтвердились почти моментально.

Стоит ли говорить, что Кэйа все-таки скинул член, а Дилюк загадочно промолчал.

***

– Ты мазохист какой-то или что? Ловишь кайф с избегающих типов? – на очередной апдейт эпопеи с Дилюком с юридического в кратком пересказе Альбериха Розария устало подперла рукой щеку.

– Он меня уже третий день игнорит. Даже свои сраные эмодзи с пальцами не присылает, – Кэйа не звучал расстроенно, кажется, его больше волновал тот факт, что в его сендвиче с индейкой хлеба было больше, чем начинки. Раза в три.

– Ты удивлён?

– Нет.

– Но тебя это обижает.

– Роз, хватит, я спокоен как удав. Я уверен, это он в переписке такой борзый, а если лично к нему подойти – провалится на месте со стыда.

– Ну так подойди.

Кэйа вцепился зубами в сендвич, задумчиво глядя перед собой. Подойти? Вот так просто? А, собственно, что ему мешает? Совесть? Нет, кажется, последние капли совести покинули его пару дней назад, когда он без задней мысли прислал Дилюку фотографию в полный рост. Подойди он теперь к нему в жизни, и сходства с фотографией не заметит только слепой. Разница лишь в том, что он будет в одежде. Но, видят боги, ненадолго. Кэйа захихикал сам себе под нос.

Прямо над ними послышался голос:

– Роза, тебя не поймать. Спасибо за книгу.

На стол перед ними плюхнулась книга. Кэйа вскинул голову. Дилюк, стоящий над ними, все так же упорно игнорировал его существование.

– О, спасибо, а я уже и забыла, – Розария притянула книгу к себе.

– Кэйа. Альберих, – на каком-то неведомом заряде адреналина он аж вскочил со скамьи. Ну что это, если не судьба?

Дилюк, кажется, так не думал. Наконец переведя на него взгляд, он безразлично моргнул. «И что?» – читалось в его глазах.

– Просто подумал, что пора бы уже познакомиться, – Кэйа все же протянул ему руку. Здесь бы Дилюку сказать, что на фотографиях его пальцы выглядят красивее. А Кэйе бы ответить, что еще красивее эти пальцы будут смотреться на его члене.

– Чт…

– Дилюк с юридического, я знаю.

Дилюк с юридического еще пару раз моргнул, но руки так и не подал. А Кэйа продолжал смотреть ему в глаза. Искал хотя бы тень осуждения или неприязни. Смущения, в конце концов.

– Ты дрочил на мои фотки, – не вопрос, не уточнение – констатация факта.

Дилюк окинул его хмурым взглядом.

– Ебанутый, – наконец пробормотал он, и, отпихнув протянутую руку, отошел от стола.

– Если что – мой номер у тебя есть! – крикнул он вдогонку, но именно в этот момент в его голове что-то щелкнуло. Испуганно обернувшись на Розарию и ахнув, Кэйа вылетел из-за стола.

– Подожди! Нет, я серьезно! Это ведь был твой номер, да? Это ведь тебе я почти месяц нюдсы слал, верно? Сорок девять, четыреста шесть…

Дилюк, до этого момента упорно и быстро шагавший прочь от стола, только заслышав цифры явно знакомого номера, резко обернулся, кажется, в надежде одним только взглядом заставить Альбериха замолчать. Но взгляд сказал куда больше.

Всё лицо Дилюка было залито густой краской, губы поджаты, во взгляде вместо твердой уверенности пресечь попытку распространения личного номера – испуг и смущение. Он даже не смотрел, куда шел и с разгона врезался в компанию девчонок. Сумбурно подхватил упавшие книги, впихнул их им обратно и, рассыпавшись в неразборчивых извинениях, рванул прочь из столовой.

***

Кэйа, аж привстав на кровати, удивленно пялился в экран. И это после недели игнора?

Зависнув на пару секунд над экраном, Кэйа невольно прикусил губу, всеми силами стараясь остановить расползающуюся коварную улыбочку.