Заживо

Этот ящик медленно опускают в самую бездну. Нет, он не пустой. И да, там лежит мертвый человек, но не совсем мертвый. Его душа и сердце умерли гораздо раньше этого ещё живого тела.

- Сыро, очень сыро… Пробирает до дрожи… Будто каждую нить моего сердца цепляются маленькие осколки стекла, что вот-вот… Сделают это…

- Я не плачу и не грущу, лишь лежу в ящике, что купили из последних вложений мои родственники. Интересно, а они плачут по мне… Это густое чувство внутри, как мякоть, сжимающая все кости в одну точку. Эта грязь, что льется по моим венам, так скверно нагнетает мои мысли, что думать, кроме как о плохом, просто невозможно.

- Ресницы такие тяжелые, будто их сковала земля. Они, как пузыри минеральной воды, прилипли к краям бутылки, так же цепко не отпуская меня… Хмм, а ведь это единственный образ, который смог объять меня, не отпуская…

- Если подумать, то от моих родственников осталась лишь бабушка. Не хотелось обременять её… Думаю в этом нет ничего. Мы умрем, нас начнут оплакивать, запомнят в единичных моментах и будут жить дальше… И не будет ничего. Пустота, дыра, в которой дно. Это лишь наши сны, необъятны, но мы знаем, что они есть…

- Моя жена, наверное, очень рада. Ведь что может быть лучше, чем избавиться от того единственного свидетеля твоих пороков и измен… Всё так же убеждаю себя в том, что неимение детей было самым удачным решением… Они не должны страдать! И не должны оставаться под каверзной личиной этой женщины. Да, женщины. Она бы точно не была хорошей матерью. Вечная гуляка, что днем прихораживалась подобно принцессе, а ночью 50 на 50 могла и не вернуться…

- Лежать в одном положении это уныло, наверное, так же, как и моя жизнь, унылая и наполненная серостью. Если бы её рисовал художник, то, мне кажется, он бы разлил все свои краски на холст и получил черную и никому не нужную массу, такую противную и слизкую, что могла отогнать даже без встречи с глазу на глаз.

 - А работа ещё больше сжимала в своих тисках. Мне никогда не хватало крепкого стержня внутри, я всегда пытался всё успеть и сделать в сроки, даже ту работу, что могла свалить быка на ходу, и никогда не мог сказать “нет”. Это сложно. А ещё сложнее всегда чувствовать, что ничего не можешь противопоставить этому явлению, как маленькая песчинка в центре неизгладимой пустыни…

- Единственное, что я сейчас вижу, это тьма, безцветный образ, что встал передо мной. Да бы показать, на сколько же прижала меня эта жизнь… Это как закрыть глаза, не так, как мы обычно моргаем или ложимся спать. Это нечто большее. Закрыть глаза навсегда, словно заклеить их, чтобы никогда больше не видеть ту самую грязь, влипшую в ресницы…

- Хотелось бы раз почувствовать ветер, тот, что скачет кроликом по скалам в надежде растрепать чьи-нибудь волосы, или же окунуться в морскую пелену, что укрывает в свои густые течения нежнейших волн… Брехня… Всё это лишь мечты, а мечты столь тусклые, что их можно втоптать в землю, как, впрочем, и втоптали меня. Буквально!

- Ну вот. Теперь ещё и дождь… Он просачивается через грязь, пропитанную тьмой. Ему ничего не страшно. Он не боится растаять в грязи и не боится раствориться в своих собратьях. Просто делает это. Может, у дождей есть свой инстинкт, и именно из-за него они каждый раз падают на землю… Тем не менее вода смешалась с грязью, и стало ещё холоднее…

- Холодно… Только об этом и думаю, а ещё очень тесно, словно заперся в шкафу, играя в прятки. А ведь я и правда играю в прятки, в прятки от жизни? Или же от всего вокруг… Не знаю…

- “Не знаю”. Эта фраза очень сильно вцепилась в мою голову. Подумать только, ведь эта фраза столь едкая и не отцепляемая, будто репейник привязалась к губам… В следующей жизни я обязательно воздержусь от употребления этой дьявольской шутки… Мы же всегда что-то знаем! Бессмысленно разрушать свой ответ одной замыкающей всё фразой…

- Кажется, что стало ещё холоднее. Я бы даже привел аналогию с холодильником, но очередная шутка про ящик вновь сведет меня в могилу… Ага… Сам пошутил, сам посмеялся в тишине… Сам с собой… Ведь никого больше тут и нет. Я лежу в ящике глубоко под землей, а меня медленно покрывает множество дождевых туч…

- Я не вижу, но ощущаю, как эта самая вода пронизывает мою спину, будто меня привязали над ней, и она, как заостренный росток бамбука, врастала в моё тело, медленно раздирая мою плоть… Ужасное сравнение… И тем не менее это так… Очень холодно, невыносимо…

- Жаль, что в моей руке не оставили фонарика. Но вот вопрос, а чтобы я увидел? Неужели мне так интересно увидеть деревянную, уже не качественную крышку, которой прихлопнули мой гроб? Неужели мне так интересно вновь понять, что по стенкам медленно стекает вода, ещё больше закрывая мою жизнь в морозильную камеру…

- Кап! Кап-кап! Кап! Так капает моя жизнь, или же это просто дождь… Или же так капают мои нервы… Не могу сосредоточиться. Этот звук капающих нервов медленно, очень медленно разрушает во мне все мысли… Они как каша мешаются и мешаются… Оу… Ну вот.. Теперь он капает мне на лоб…

- "Сука!" Хочется мне закричать во весь голос!! И ведь я могу себе это позволить! СУКА СУКА СУКАаааааААА! Фух… И ведь никак… никак нельзя вытянуться очень тесно!

- Что-то мне стало легче… Стало очень легко, будто я выкрикнул весь стресс из своего тела… Фух… Это облегчение… Я словно выпил бутылку воды после долгого пребывания в засуху… Хотя если так прикинуть, то я уже в воде… Неважно…

- Эта вода не прекращает капать мне на лоб. Сначала она капала вдоль стен, потом я ощущал её рядом со своими ногами. Может, у дождя и правда есть свои инстинкты, и он, как хищник, ждет свою жертву, да бы напасть на неё, но вот не задача… Я никуда и не уйду бессмысленно ждать. Зачем нагнетать момент этими бездушными каплями! Зачем?!

- Хотя я сам не понимаю, зачем я здесь, что мной движет и что является для меня идеалом. Чего я желаю? Я желаю быть в вечном достатке Но… Но… Эта мечта слишком крохотная, в ней нет ничего… Хочу ли я быть любимым, а что есть любовь после осознания того, что в твоей спине торчат не одна тысяча кинжалов… Нет… Мне что-то нужно, но что же?!

- Снова мы плавно приходим к тому страшному незнанию, где наши мысли растворя… раство… ются… Эти капли черт их побрал! Как же они давят на мозг, да ещё и такие холодные! Тут и без того жутко холодно, а они будто молотком вдавливают в меня всю эту тьму… Бесит не иначе…

- В руках подступает что-то мерзкое и противное, какая-то грязь. Или, может, я себе надумываю, но оно всё так сжимается и сдавливается под моей рукой, как моя душа, которую можно было взять и разломить, не используя при этом даже малейшей доли своих сил…

- Кап! Кап! Кап! Оно капает мне на лоб… Эти холодные гвозди капают мне прямо на лоб. И сколько бы я не пытался заткнуть ту самую злосчастную дырку, появлялась новая, как в “Бей крота”. Ударил крота, а на его месте обязательно появляется новый. Или, может, как паразиты, ты можешь травить их вечно, но они всегда есть и всегда выживают, копошась по твоему телу… Фу… Какая мерзость приходит мне в голову…

- Мерзость и грязь. Всё это стекает вместе с раздражающими меня каплями. Я чувствую, как меня обволакивает, чувствую, как с лба стекают капли, пропитанные грязью, словно надрезая на моем лице холодный и аккуратно вырезанный след, но больше всего я ненавижу, когда эти самые капли доходят до рта…

- Пропитавшись в земле и трупном соке, что выжимали из себя чужие могилы, они скатываются к моему рту, а мои намертво заклеенные глаза не могут предотвратить столь неприятный процесс… Я выплевываю и выплевываю эту мерзкую массу, но ей нет конца, словно выгребаю воду из лодки, в которой дырок было, как в сито, немерено много…

- Стало тяжело дышать, очень и очень тяжело дышать. Возможно, это из-за воды, что пропитало моё горло холодом, но нет это всё этот ящик, ящик, который укрывает в себе тех, кто не способен хоть как-то продлить свою жизнь… Мы все окажемся тут, кто-то позже, кто-то раньше. Но каждый попадет сюда, каждый будет смиренно лежать. Не потому, что у него не будет сил идти вперед… Нет-нет… Потому, что у него найдутся силы остановиться…

- Подумать только, я просто лежу и жалею себя за то, что не успел сделать, и за то, что сделал… Всё это так странно переосмысливать каждый шаг своей жизни, лежа где-то под землей, где не то что шаг сделать невозможно, ты даже ногу не можешь сдвинуть...

- Может, я себе надумываю, но мне кажется, я начинаю постепенно всё забывать… … Всё кроме этих капель... В голове всё мутнеет… Тяжело вообще что-то вспоминать, и вода уже не так морозит. Она уже обволакивает меня, замораживает все мои чувства, пытаясь вот-вот разорвать ту самую нить, крепко держащуюся за сердце…

- Эта нить называется волей к жизни. Почему она ещё не разорвалась, я, конечно же, сказать не могу. Скорее всего, это всё человеческая природа. Когда наша жизнь на волоске, нам кажется, что мы ещё можем выкарабкаться, подняться наверх, туда, где наше дыхание станет свободным, а ритм сердца будет схож со своим приятелем метрономом…

- А ведь… А ведь я многое ещё мог сделать… У меня была такая хорошая жизнь, в ней было абсолютно всё. У меня были любящие родители, что поддерживали меня в любых начинаниях. Я имел достаток и авторитет на работе и каждый день проводил время со своей любящей женой и сыном… Но почему всё это пропало!

- Ускользнула из рук, как вода или песок, растворяющийся между пальцев… Моя жизнь растворилась так же… Интересно как там все поживают? Главное, чтобы они не грустили. И хоть я знаю, что этому не бывать, но всё равно я надеюсь, что с ними всё будет в порядке…

- Думаю, это конец… Слезы льются сами по себе, стекают, но тут не пошевелиться и эти эмоции попросту не спрятать. Но главное, я знаю, что прожил поистине замечательную жизнь, и я ни о чем не жалею… … …

- Мой последний сон, в который я уйду с улыбкой на лице, чтобы все знали, что я ушел на небеса с радостью в сердце, и чтобы все знали, что меня не нужно оплакивать, нужно жить дальше, несмотря ни на что, просто жить и не оглядываться на прошлое… … …

…

…

…

- Внимание! Объект №737 Готов к перераспределению мыслей

- Принял. Можете вытаскивать мужчину. Сразу приготовьте одежду, документы и инъекцию “GR-737-1” – Звук исходил из громкоговорителя, что висел на стене необычного сооружения, где свет ламп и белесые стены сильно сочетались в купе друг с другом.

А через одно мгновение дверь перед сотню, а то и тысячу могил распахнулась, и вышедшие оттуда солдаты несли вышесказанный список предметов. Они были как один похожи друг на друга. Серые костюмы с белыми блямбами по всему корпусу и знаком на груди “GR”.

Гроб стал подниматься, а земля, что находилась на нем, как вода, слившаяся с металлом, серебристыми оттенками огибала ящик и выталкивала его наружу.

- Чт… Чтоо… Что происходит?

- Здравствуйте, сейчас вы находитесь под дозой хлороформа и, возможно, не понимаете, что происходит.

- Мм.. Моя семья? Где моя семья?!

- Теперь вас зовут Джек Вилсон, вам 37 лет, и вы женаты на Роуз Вилсон, у вас есть сын, которого вы назвали Роберт. Ему два года…

- Посто…йте я не понимаю… Я же... Я же умирал…

- Ваша семья Вилл Гилберт и Джесс… - Хотела договорить женщина на той стороне громкоговорителя, но мужчине было совершенно всё равно. Его мысли разбушевались, как стая пчел. А охрана, что стояла рядом, моментально схватила его пылкую физиономию и прибила её к полу.

- Используйте инъектор и отправьте его к заказчикам. Мы сильно сбиваемся в планах. Медлить нельзя!

- Какого хрена! Какие заказ...ч…ик…

- Инъекция активирована, через неделю он примет свою новую личность и будет жить в семье Вилсонов…

- Внимание! Объект №738 Готов к перераспределению мыслей… …