Завтра, брат

Мы стоим на въезде на парковку торгового центра и ждём, пока работник починит аппарат для выдачи талончиков. После шестичасовой тряски на трансфере из Еревана хочется уже выйти из машины.

Работник парковки что-то долго говорит на грузинском нашему армянскому водителю. Армянский водитель внимательно слушает и на русском отвечает: «В целом я всё понял бы и без слов». Оба смеются. «Проезжайте», – говорит работник парковки. «Проезжаем», – говорит водитель.

В Тбилиси нас сразу встречают друзья, которые здесь уже больше года. Они – скорее эмигрантское исключение, они интегрированы в местное общество, дружат с грузинами, а грузины дружат с ними, они ездят по стране и веселятся.

Я не сравниваю одни города с другими, можно сказать: «Ой, вот этот бордюр как в Париже», но глобальные вещи сравнивать я не вижу смысла. В первый день меня сто раз риторически спрашивают: «Ну лучше же, чем в Ереване?!».

Наверное, главное, что бы я выделил — это вопрос общения. Армения в целом и Ереван в частности всё-таки больше смешивают людей, чем Грузия и Тбилиси.

Тазо, который вместе с ребятами праздновал накануне день рождения Игоря и лёг спать в десять утра, проводит нам экскурсию по столице Грузии. Ну как экскурсию? Экскурсию, которую может провести человек, праздновавший вчера день рождения Игоря и который лёг спать в 10 утра: «Там здание, тут МакДональдс, самый красивый в мире МакДональдс, тут галерея, тут ещё здание».

В первый свой день съедаю больше, чем за всю последнюю неделю. Вкуснейшие хачапури, пхали, мясо, овощи, наполненные солнцем, ореховая заправка, оджахури. Умираю от еды.

Макс восхищённо рассказывает:

– Понимаешь, Фотян, я в Москве был не самый ответственный человек.

– Нет, что ты. Как же так, – иронично пытаюсь спорить.

– Ну реально. А здесь, понимаешь, я стал ответственным. Это не потому что я сильно изменился, а потому что уровень ответственности стал такой. Типа я свожу двух людей на дорогую сделку, реально дорогую, много денег, звоню одному из них, говорю: «Когда удобнее?». Он мне говорит: «Давай в понедельник», я такой: «Окей, во сколько?», он говорит: «Ну в понедельник с утра созвонимся». В понедельник. С утра. Созвонимся. Понимаешь?

Все дни, что мы в Тбилиси, льёт страшный дождь. Это не мешает нам гулять. Под надписями «Русские, вам здесь не рады» перебегаем от выставки Пиросмани в ресторанчик, где нас не обслуживают. Молодые официанты делают вид, что они не понимают на английском и, улыбаясь, проходят мимо. Ну ладно, идём в следующий. Прекрасное кафе с вкуснейшими супами (а я эксперт по супам). Улыбчивая девушка советует сладкое. Приходится брать.

К нам с женой присоединяется Игорь, который здесь, как и другие ребята, уже больше года. Дальше следует четырёхчасовой рассказ обо всём, что волнует Игоря. Он органично ныряет под украинские и грузинские флаги, на нетуристические улочки и периодически задаёт вопросы, на которые сам же, впрочем, и отвечает. И вот мы стоим, пьём пиво, вокруг какой-то модный квартал, всё в граффити, стикерах, мы прилично находились с утра, и ноги гудят от усталости. Мужик слева от меня курит мне в лицо самокрутку, но это даже приятно. Вдруг Игорь говорит: «Я вам сейчас прочитаю свои стихи» – и читает одни из лучших стихов, что я слышал. Такая смесь Ахматовой и Саши Чёрного. Удивительно хорошие.

Мы каждый день ходим в какие-то увеселительные заведения. Макс здоровается почти с каждым фейсконтрольщиком, барменом, посетителем.

– Что-то я не могу больше тусить, – говорит Макс в четыре утра.

– Почему? – удивляется его девушка Тамо.

– Сам не знаю, такого не было раньше.

Год прошёл как сон пустой. Как правило у всех, с кем мы видимся, диалог всегда начинается «А с какого вы не в России?». Тем приятнее знать, что друзья не будут начинать диалог с сорока одних и тех же вопросов. Вообще, в эмиграции начинаешь в два раза больше ценить людей, которым не нужна вводная лекция про тебя. Воистину, старый друг лучше новых двух.

Встречаемся с Егором. Егор здесь с байкерской тусовкой и всё время гоняет на мотоцикле по Грузии. Фотографии очень красивые.

– У меня друган набил татуху «завтра, брат» недавно, – говорит Егор, с которым мы встречаемся в баре, открытом релокантами из России. – У него машина сломалась, и он отдал её в сервис. Там рабочий на вопрос «Когда будет готово?», говорит: «Завтра, брат». И так три недели – «Завтра, брат». Вот он и набил.

Грузия мне показалась страной, где «завтра, брат» говорят не от того, что не могут сделать сегодня, а потому что хочется пожить для себя ещё чуть-чуть. Не только всю жизнь работать. Как-то впитана тут Жизнь во всё. «Не надо работать, – словно говорит тебе Грузия. – Поживи для себя». И надо сказать, что еда и природа к этому очень располагают.

Во-вторых https://t.me/vovtorix