Зарисовка Сандробины

– Такая спина ровная, чистая. Я тоже хочу такую, каждый раз завидую.

Она слегка провела ногтем по позвоночнику, а затем очертила плечи и лопатки.

– М-м... Щекотно.

– И ключ носить не надо. И даже поспать можешь на спине и облокотиться на спинку стула. Везет тебе...

Сандроне отодвинула розовые пряди, перекинув их вперед, затем нежно коснулась кожи Коломбины губами. Теплая и мягкая. Сандроне была рада, что может ее трогать, а главное – чувствовать. Только, к сожалению, не могла понять, каково это – иметь обычную человеческую спину.

У Сандроне температура тела гораздо ниже, и это заметно по тому, как вздрогнула Коломбина от прикосновения, а ее руки покрылись легкими мурашками. Сандроне обняла ее, обхватив руками в области груди, прижимаясь сильнее. Положила щеку на ее плечо и слегка сморщилась, когда торчащие и нерасчесанные волосы неприятно пощекотали нос.

– Холодно?

– Немного, да. Но это не неприятно, просто немного прохладно. Мне нравится. Как будто накрылся чистым, еще не нагретым одеялом.

Сандроне довольно хмыкнула, потом поцеловала Коломбину в шею. Та аккуратно взяла ее руку, трогая странную текстуру кожи – очень правдоподобную для человека, но все еще кукольную. Провела ногтями по тыльной стороне ладони, потом по указательному пальцу, до самого ногтя.

– Что ты делаешь? – Сандроне не сдвинулась, только свела брови к переносице.

– Сандроне, тебе нравится, когда вот так водят ногтями по пальцам?

– Не знаю, обычно не ощущается. Может, было бы приятнее, если бы у меня была кровеносная система?

– Не знаю. А мне нравится, я иногда сама себе так делаю на руках. Это приятно.

– Понятно, что ты хочешь... Мне опять тебя наглаживать? Мои руки тоже умеют уставать.

– Когда ты чешешь мне спинку – это очень приятно...

– Угу, – Сандроне явно была не очень довольна этой непрямой просьбой. Но спорить не стала. Только, не меняя позу, ногтями почесала руку Коломбины. Потом отдельно каждый палец – от большого до мизинца.

– Так?

– Да, Сандроне. У тебя хорошо получается, – Коломбина сказала это голосом уже очень сонным и совсем расслабленным.

– Дура? Не говори так, скажи спасибо, что я вообще подписываюсь на такие странные вещи. Если бы кто-то узнал, чем мы тут занимаемся! Это даже хуже, чем просто целоваться или... – Сандроне вовремя остановилась, – Неважно. Это просто странно, но я все равно сижу тут и начесываю тебя. Оно мне надо?

– Спасибо тебе.

Сандроне немного разозлилась, но водила ногтями по руке все так же нежно, будто ее голос и руки принадлежали двум разным людям. Коломбина начала засыпать прямо сидя, когда Сандроне пересела – теперь была немного сбоку – и взялась за вторую руку. А потом Коломбина и вовсе завалилась на нее, после чего получила мягкий поцелуй в макушку.

– Спокойной ночи, Коломбина, – послышались тихие томные слова прямо над ухом. Они пробились сквозь еще не крепкий сон, заставляя вздрогнуть и слегка приподняться. Но почти сразу она опустилась обратно, только уже на мягкую, еще не нагретую подушку, а не на чужую, все такую же холодную грудь.