Зарисовка 5

— О чем ты хотела поговорить? — Кален легким движением отрубил голову рыбе, лежащей на разделочной доске. Мать в это время занималась нарезкой овощей.

— С чего ты взял, что поговорить? — женщина звучала несколько уставшей, но все же удивленной. — Я просто позвала тебя помочь мне с приготовлением ужина. 

— А Кальб не может? Снова шляется где-то?

— Ну, в общем, как раз о нем я и хотела поговорить.

Кален замер.

Но потом, уже молча, продолжил очищать рыбу. 

— Твой отец... он никогда не любил меня. 

Фиделина повернулась к сыну, оставив салат. Кажется, она пожалела, что сын сейчас держит нож.

— В смысле?

— В прямом?

— Обычно ты пытаешься как-то выбелить этого черта в моих глазах, а тут вдруг решила еще больше закопать, с чего бы? — Кален упорно продолжал кромсать тушку, пока рука не дрогнула, а на пальце не сверкнули алые капли. 

Раздраженно ойкнув, он прижал палец к губам.

На мать он так и не посмотрел.

— Кален, я никогда не пыталась отбелить его никак, я тебе всегда говорила, как есть, но сейчас... все немного сложнее. Послушай меня внимательно, пожалуйста. Я думаю, ты у меня уже взрослый мальчик, сможешь понять его. 

Фиделина внимательно рассматривала лицо сына, но тот замер, словно статуя, все с тем же пальцем у рта.

— Почему я вдруг я должен его понять? Столько лет творил непойми что, а теперь должен понять и простить? Он настолько наглый, что, не любя тебя еще и вздумал заделать двоих детей, чтобы потом не любить одного из них. Чудесный демон, ничего не сказать. 

— Кален, — голос Фиделины стал немного громче и увереннее. — На нашем бракосочетании настояли его родители. 

Вспомнив характер деда по отцовской линии, Кален невольно усмехнулся.

— Я думаю, ты где-то мог слышать, но когда-то твой отец сделал предложение Лилиану. 

Улыбка тут же пропала с лица парня.

— Я впервые слышу об этом... — он наконец повернулся к ней. — ...предложение? То самое, о котором я думаю?

— То самое, о которым ты думаешь. 

Кален замолчал.

— Теперь ты понимаешь, о чем я? Он не мог любить меня. 

Парень облокотился на стол, стоять ровно оказалось сложно. 

— Как я понял, ничего не вышло?..

— Нет, Лилиан отказался. К тому моменту как Кальб собрался духом, тот был уже вовсю занят воспитанием Акиманая, который в детстве был не менее беспокойным, чем в подростковом возрасте.

— На самом деле, я в юности сильно злилась на него и на его отца за это, так как очень любила Кальба и не могла понять, почему он женился, зная что никогда не сможет меня полюбить по-настоящему. Но когда мы уже прожили вместе достаточно долго, мое раздражение почти полностью исчезло. На самом деле, со временем мне даже стало жаль его: как лидеру династии он должен был соответствовать давно устоявшимся традициям, а сверху на него давил отец. Несмотря на все это он был и остается эталонным мужем. Он никогда не изменял мне, не грубил и всегда относился с уважением.

Кален молчал. В голове роилось большое количество мыслей. Он вспомнил, как обвинял отца в нелюбви к матери и холодному отношению к ней. Ощущение обжигающего и душащего стыда больно схватило его за горло.

— Ты уверена, что он хотел бы, чтобы ты это рассказала?

— Нет, мне кажется, он никогда бы не рассказал тебе об этом сам. Я думаю, что он даже будет ругаться на меня за это. Но, мне кажется, ты сможешь понять его как никто другой.

Фиделина посмотрела ему в глаза и совсем слегка улыбнулась. Кален ощутил как вспыхнули его щеки.

"Последнее предложение было лишним."

— Твой отец не тиран и не бессердечный ублюдок, как ты его представляешь. Он хороший. Да, он совершил не мало ошибок за время твоего воспитания, но пойми — он такой же демон, как и ты. Такой же обычный демон.

Парень больше не мог сражаться с одолеваемыми чувствами и мыслями, поэтому присел на стул и опустил голову. "Предложение Лилиану... Неужели, он действительно способен любить кого-то, кроме себя?"