Запретная игра

Чонгук крепко держал Тэхёна за локоть, чтобы тот не завалился на асфальт. Ветер колотил в лицо, холод пронизывал до костей, а Тэхён, вместо того чтобы идти ровно, раскачивался и хихикал

— Гу… Гуки, а ты прям такой строгий, ммм… — протянул он, слегка прислоняясь к плечу Чонгука, и тут же отшатнулся, едва не упав. — Смотри, смотри, я почти падаю! Ты меня удерживаешь, да?

Чонгук сжал кулаки, внутренне закатив глаза, но молчал. Он знал, что любые слова сейчас приведут к ещё большей дерзости. Тэхён же этим воспользовался: он то подталкивал себя к Чонгуку, то отодвигался, постоянно проверяя его реакцию

— Ха-ха, Гуки… ты такой серьёзный, а я… я весёлый! — хихикал Тэхён, подпрыгивая на каждом неровном участке тротуара. — Смотри, я могу чуть-чуть тебя толкнуть… ага!

Чонгук тихо вздохнул и резко, но мягко подтянул Тэхёна ближе:

— Хватит шалить, пока я не отвез тебя домой

— Ааа, скучно! — пожал плечами Тэхён и почти сразу ухватился за Чонгука, чтобы не упасть. — Я всё равно смогу тебя подразнить… даже если ты такой серьёзный!

Идти приходилось медленно: Тэхён постоянно натыкался на бордюры, чуть не наступал на лужи и пинал случайные камешки, а Чонгук терпеливо ловил его, подталкивал за талию или поправлял, когда он наклонялся слишком близко

— Эй, Гуки, а знаешь что? — проговорил Тэхён, когда снова чуть не потерял равновесие. — Я могу прямо сейчас сделать вид, что падаю… и ты меня удержишь, да?

— Да, — коротко ответил Чонгук, не отводя взгляда. — И не пытайся проверить меня

Тэхён снова рассмеялся, в глазах блестело пьяное озорство, он слегка наклонился к Чонгуку, дёрнул плечом, едва не касаясь его руки, и тут же отскочил:

— Ах, Гуки! Я такая беда!

Они дошли до угла улицы, где блестела машина Чонгука. Тэхён, вместо того чтобы идти прямо, начал кружиться, как будто танцуя под музыку, которая звучала только в его голове

— Смотри, я могу… ммм… повернуться и идти боком! — сказал он, размахивая руками. — Ой, почти упал!

Чонгук только потянул его за руку и повёл в сторону машины, но в глубине души ощущал, что вся эта ночь оставит ещё долгий след. Пьяная легкость Тэхёна, его игривость, шалости — всё это смешивалось с тревогой Чонгука, с его ревностью и заботой

— Вот и пришли, — наконец сказал Чонгук, открывая дверь машины. — Больше никаких «шуток» на улице, понял?

Тэхён кивнул, улыбаясь криво, слегка подпрыгивая на ногах:

— Понял-понял… 

Чонгук молча вздохнул и помог Тэхёну забраться внутрь, держась за его плечо, чтобы тот не свалился. Внутри машины Тэхён плюхнулся на сиденье, сморщив нос от усталости, но всё равно продолжал хихикать

— Вот видишь, Гуки, я могу быть опасным и пьяным одновременно, — пробормотал он, слегка покачиваясь на месте

Чонгук, прислонившись к дверной раме, тяжело вздохнул и сказал:

— С этим «опасным» я разберусь завтра… сейчас просто держись

Тэхён улыбнулся, закрывая глаза, а Чонгук, наконец, сел за руль

…

Чонгук держал руль крепко, глаза сосредоточены на дороге, но его внимание всё равно частично отвлекал пьяный бред Тэхёна, который вырывался из его рта без перерыва. Он говорил о самых нелепых вещах — о том, как они с Намджуном будто выиграли мир, о том, что клуб был слишком ярким, о странных деталях прохожих, о собственных гениальных идеях, которые нужно очень очень срочно воплотить

— Гу… Гуки, а ты видел, как я танцевал на сцене? Я прям как… как… эээ… звезда! — хихикнул Тэхён, качая головой и раскачиваясь на сиденье — А как на столе танцевал? Да на меня все пялились и точно хотели меня!

Чонгук невольно улыбнулся, слегка задрожала губа, когда он поймал себя на том, что считает эту пьяную болтовню милой. Он тихо засмеялся сам себе, скользя взглядом по полу салона, как будто хотел избежать взгляда Тэхёна, но всё равно ловил каждую его неловкую, искреннюю улыбку

— Ты реально не перестаёшь удивлять, — пробормотал Чонгук, едва сдерживая смешок и прикрыл ладонью глаза, пытаясь скрыть улыбку

И тут экран телефона, подключенного к машине, неожиданно вспыхнул уведомлением. Чонгук взглянул на дисплей и глубоко вздохнул. На экране высветилось имя девушки, от которой он давно пытался отвязаться — его бывшая. Сообщение было коротким и настойчивым:

“Милый, давай поговорим? Я хочу всё вернуть…”

Чонгук почувствовал, как в груди что-то сжалось. Он знал этот стиль: она меняла номера, писала с разных, постоянно пыталась достучаться до него. Он устало провёл рукой по лицу. Он давно пытался отпустить прошлое, блокировать её, но она всё никак не оставляла попыток

В голове всплыли воспоминания: как они расстались. Она изменила ему, предала доверие, которое он считал нерушимым. Он помнил её слёзы, когда уходил, как она умоляла остаться, кричала, плакала, пыталась вернуть его силой, но Чонгук ушёл. Ушёл не из злости, а из чувства, что доверие было разрушено окончательно

Он глубоко вздохнул, взгляд задержался на экране. В груди что-то сжалось от раздражения и лёгкой усталости: каждый новый номер, каждое сообщение — это как капля в бесконечном потоке прошлого, от которого невозможно избавиться. Он сжал руль чуть сильнее

Тэхён, видя уведомление, на секунду замер, резко замолчал. Его весёлый, пьяный голос исчез, глаза расширились, губы сжались. Он заметил, что это сообщение от девушки и сразу ощутил странное чувство ревности. Внутри всё сжалось, и он перестал смеяться, шевелиться, просто уставился в окно, будто пытался убежать взглядом

— Что такое? — тихо спросил Чонгук, повернув голову к Тэхёну

Тэхён только замычал, чуть опустив взгляд, стараясь не смотреть на Чонгука:

— Ничего… — пробормотал он, голос чуть глухой, тихий

Чонгук нахмурился, слегка наклонился к нему, не понимая, что произошло. Но внутренне он заметил изменение в поведении Тэхёна: та легкая игривость, пьяная дерзость, веселый тон — всё исчезло. Вместо этого — напряжённая тишина, глаза, которые прятались

Он снова взглянул на экран, глубоко вздохнул, ощущая раздражение от надоедливых попыток бывшей вмешаться в его жизнь. А рядом, на пассажирском сиденье, Тэхён сидел с опущенной головой, сжимающий колени, и Чонгук вдруг понял, что эта тишина говорит о многом

— Ладно, — тихо сказал он, не спеша поворачивать взгляд обратно на дорогу. — Не хочешь говорить не говори

Тэхён лишь кивнул, но всё равно время от времени бросал украдкой взгляды на Чонгука. Ревность и пьяная застенчивость переплелись в его лице, а Чонгук, видя это, внутренне усмехнулся. Понимал, что придётся объяснять и успокаивать, но пока они ехали, тишина держалась между ними, густая и насыщенная

…

Чонгук ехал по тёмной дороге, но взгляд его всё время скользил на Тэхёна. Он пытался не паниковать, но внутри всё равно скребло чувство тревоги. Пьяный пассажир, который обычно был смешливым и милым, теперь сжимал колени и смотрел в окно, напряжение буквально исходило от него

— Эй… Тэхён, — начал Чонгук осторожно, слегка повышая голос, чтобы пробиться сквозь шум мотора. — Что случилось? Почему ты замолчал?

Тэхён медленно повернул к нему лицо, глаза блестели от смеси алкоголя и раздражения. Он вдруг резко вырвался:

— Слушай, Чонгук! Ты изменщик! — выкрикнул он, резко сжимая кулаки. — У тебя вставал на меня, когда я был рядом с тобой. Когда у меня были свои чувства, а у тебя… а у тебя были свои игры!

Чонгук замер, держа руль, но внутри его сердце колотилось. Он пытался вставить слово, но Тэхён уже разогнался:

— Ты давал мне ложные надежды, Гуки! Всё это время! И я думал, что… что мы… а ты просто… просто!

Тэхён не сдерживался, руки его пытались достать до Чонгука, ударить, толкнуть, а Чонгук понимал, что спокойным тоном тут уже ничего не исправишь. Он чувствовал, как Тэхён трясётся от эмоций, как пьяный напор сталкивает его с каждой секундой всё сильнее

— Тэхён, погоди, не бей меня пока — спокойно, но твёрдо сказал Чонгук

Он аккуратно, но решительно повернул руль на обочину и остановил машину. Мотор заглох, и в тишине слышалось только как Тэхён тяжело дышит, но руки всё равно рвутся к нему, пытаясь ударить или толкнуть

— Гуки! — выкрикнул Тэхён, — ты… ты…!

Чонгук, сидя за рулём, не мог не заметить всей абсурдности ситуации. Пьяный мальчик, кричащий, размахивающий руками, который пытается его ударить, но в тот же момент настолько эмоционален, что невозможно злиться всерьёз. Чонгук, несмотря на тревогу, не смог сдержать смех

— Хаха… Тэхён — тихо сказал он сквозь смешок, — вот это истерика

Тэхён в ответ закричал ещё сильнее, размахивая руками. Но смех Чонгука, его спокойная, почти игриво-настроенная реакция начали действовать на пьяного Тэхёна, делая момент одновременно опасным и странно милым

— Эй! — снова выкрикнул Тэхён, — не смей смеяться!

Чонгук опустил руки на руль, глубоко вздохнул и всё равно продолжал тихо смеяться, наблюдая за тем, как пьяная истерия Тэхёна выходит из-под контроля. Он видел, как Тэхён метается на сиденье, как кулаки дрожат, как плечи напрягаются, а глаза горят

— Ну вот, — пробормотал Чонгук, — если спокойно это не решается… ладно

Чонгук ловил каждый взгляд, каждое движение, внутренне одновременно раздражаясь и восхищаясь тем, как эмоционально Тэхён реагирует на происходящее. Он понимал, что нужно будет потом успокаивать его, но сейчас — просто позволял пьяной энергии выплеснуться, тихо смеясь, пока Тэхён продолжал кричать и бить по нему

Внезапно Чонгук резко повернулся к нему. Его руки мгновенно схватили подбородок Тэхёна, удерживая лицо ровно напротив своего. В этот момент тишина вокруг стала почти осязаемой, только дыхание и слабое постукивание сердца создавали ритм

— Тэхён — низко прошептал он, глядя прямо в глаза

И без предупреждения притянул его к себе и поцеловал. Сначала Тэхён замер, но тут же почувствовал глубину и силу поцелуя — Чонгук не давал оттолкнуться, удерживал, втягивая его в себя. Пьяная энергия Тэхёна смешивалась с волнением, и он ощущал каждое движение Чонгука, как удар током

Но Чонгук внезапно прервал поцелуй, отстраняясь на долю секунды. Его губы дрогнули в лёгкой усмешке:

— Это моя бывшая, а не девушка, — тихо сказал он, с легким смехом

Он отстегнул ремень Тэхёна и аккуратно посадил его себе на бедра. Тэхён тут же попытался вырваться, ударяя его по плечам

— Ты идиот!! — крикнул он, глаза сверкают злостью. — Не целуй!

Чонгук только рассмеялся. Он видел всё: как Тэхён дерется, бьет его, а внутри скрыто сгорает от того, что ему хочется, чтобы его целовали. Он ловил это желание даже сквозь пьяную злость и сопротивление, и смех Чонгука становился только громче

— Тэхён, тебе всё равно хочется, — тихо пробормотал он, улыбаясь. — Признавай

И снова, не давая опомниться, Чонгук притянул Тэхёна к себе, целуя глубоко, уверенно, уже с языком. Поцелуй был насыщенным, сильным. Тэхён сначала пытался вырваться, но потом, почти бессознательно, расслабился, поддаваясь движению Чонгука, его губы, язык и дыхание

Они целовались так несколько долгих секунд, погружённые в ощущение друг друга. Вся злость, ревность и пьяная обида Тэхёна смягчались, оставляя лишь смесь волнения и напряжения, которое вызывал Чонгук. Он наслаждался моментом, смех его звучал тихо и игриво, потому что прекрасно понимал, что Тэхён на самом деле хочет этих поцелуев

Когда Чонгук наконец отстранился, он слегка улыбнулся, взгляд оставался мягким, а Тэхён всё ещё сидел у него на бедрах, тяжело дыша, с покрасневшими щеками и слегка дрожащими руками

Тэхён сидел на бёдрах Чонгука, тяжело дыша, его щеки пылали, а губы были влажными и припухшими от поцелуя. Он всё ещё ощущал остатки пьяной злости и обиды, смешанные с внезапным, оглушающим удовольствием. Вся его дерзкая, игривая оболочка на мгновение треснула, открывая нечто более мягкое и уязвимое

— Ты... ты не должен был, — прошептал он, надувая губы, хотя в голосе не было ни капли убеждения. Его кулаки, которые минуту назад молотили Чонгука по плечам, теперь просто лежали на его груди, прижимаясь к облегающей ткани футболки

Чонгук слегка усмехнулся, проводя большим пальцем по линии подбородка Тэхёна. Его глаза были тёмными и тяжёлыми, в них больше не было ни сдержанности, ни холодной маски, которую он носил весь вечер

— Но я хотел, — тихо ответил он, его голос был низким и хриплым. — И ты, кажется, не против

Тэхён упрямо отвернулся, глядя на тёмное стекло окна, где отражались неясные огни

— Я против, — пробормотал он, но его тело говорило совершенно другое. Слишком близко, слишком тепло, слишком много напряжения. Он почувствовал, как напряжение в паху Чонгука, на котором он сидел, отзывается горячим толчком в его собственном теле

Именно это ощущение, это отчётливое физическое доказательство того, что он так сильно влияет на Чонгука, заставило Тэхёна сдаться

Он медленно повернул голову, взглянул на Чонгука и прикусил губу. Затем, с тихим, почти умоляющим стоном, он сам потянулся к нему

Тэхён обхватил лицо Чонгука тонкими, дрожащими пальцами и притянул его к себе. На этот раз поцелуй был не агрессивным, не для того, чтобы заставить замолчать, а для того, чтобы утонуть

Чонгук принял этот поцелуй с нескрываемым облегчением и жадностью. Он сразу же ответил, углубляя его, скользя языком по языку Тэхёна — медленно, сладко, настойчиво. Все эмоции, которые он сдерживал: ревность к Намджуну, раздражение от бывшей, утреннее возбуждение — всё это вылилось в этот поцелуй

Тэхён вцепился в его футболку, комкая ткань на плечах, и прижался к нему всем телом. Каждое движение губ Чонгука, каждый вдох и выдох заставляли его стонать прямо в рот Чона. Алкоголь, который так долго держал его в напряжении, теперь служил топливом, размывая последние границы. Чонгук крепко обхватил его талию обеими руками, прижимая к себе ещё сильнее, так что Тэхён ощутил его горячее, сильное тело под своими бедрами. Они задохнулись в этом поцелуе, ища и находя в нём убежище от всего, что происходило вокруг. Тэхён почувствовал, как его голова кружится не только от выпитого, но и от невероятной близости.

Он откинул голову, давая Чонгуку доступ к своей шее

— Ммм... — пробормотал Тэхён, изгибаясь в спине. Его кожаные шортики терлись о джинсы Чонгука, и это вызывало новое, сильное трение, от которого они оба застонали

Чонгук прервал поцелуй, чтобы перевести дыхание, но тут же опустил голову и начал покрывать поцелуями тонкую линию шеи Тэхёна. Его дыхание было тяжёлым и горячим. Он едва сдерживался

— Моя сучка, — прошипел Чонгук низким, почти рычащим голосом прямо в кожу Тэхёна, а затем вернулся к его губам для ещё одного, более глубокого и влажного поцелуя

Тэхён бездумно обхватил его ногами за талию, углубляя поцелуй и прижимаясь ещё сильнее. Он полностью растворился в ощущениях, отбросив всякую мысль о Хосоке, о Намджуне, о том, что они находятся в машине. Важно было только это горячее, влажное, отчаянное притяжение

Чонгук, чувствуя, как Тэхён полностью отдаётся, сжал его талию, и их бёдра снова толкнулись друг о друга, посылая мощный разряд тока по телам

Наконец, Чонгук с усилием оторвался от его губ, тяжело дыша. Он прислонился лбом к лбу Тэхёна, их дыхание было рваным, смешиваясь в одном горячем потоке

— Если ты... если ты сейчас не отсядешь... — прошептал Чонгук, его голос был глухим и предупреждающим. — Я не смогу остановиться

Тэхён, всё ещё одурманенный, лишь тихо хихикнул

— А кто сказал, что я этого не хочу?

Вместо того чтобы отсесть, он, двигаемый алкоголем и внезапно хлынувшим желанием, подался вперёд, всем телом прижимаясь к Чонгуку. Он начал скользить по бёдрам альфы, заставив их короткие шорты и джинсы тереться друг о друга, создавая медленное, мучительное трение

— Дома слишком скучно, Гуки, — прошептал Тэхён, его голос был сладким, как яд, с лёгкой, провоцирующей хрипотцой. — Мне нужно сейчас

Его тонкие, но настойчивые пальцы смело скользнули под край футболки Чонгука, гладя напряжённые, горячие мышцы живота, а затем направились к линии пояса джинсов. Тэхён едва ощутимо потёрся пахом о Чонгука, и тот застонал сквозь плотно сжатые зубы. Он пытался удержать Тэхёна за талию, но это было бесполезно

— Тэхён, чёрт тебя дери, — процедил Чонгук, его тело дрожало от сдерживаемого напряжения

Тэхён наклонился, его дыхание обжигало ухо Чонгука. Он почти мурлыкал, его голос был тихим, интимным, грязным

— Пожалуйста, Гуки... — прошептал он, и это слово, произнесённое с такой приторной мольбой, пробило последнюю оборону Чонгука. — Ты ведь такой большой. Я знаю, что тебе тяжело сейчас. Покажи мне, насколько ты хочешь меня. Сделай мне приятно 

Тэхён едва слышно хихикнул, и его горячий язык медленно и влажно прошёлся по ушной раковине Чонгука, вызывая мощный разряд мурашек по всему телу

— Мне нужно, чтобы ты взял меня. Мне плевать на этого Намджуна. Мне плевать на твою бывшую. Я хочу тебя... Сейчас

Он снова прижался к Чонгуку, наваливаясь всем весом, ощущая, как твердое напряжение в паху Чонгука становится невыносимым для них обоих.

— Я возбужден, Гуки... Правда. А ты всё ещё играешь в хорошего мальчика, который не трахнет младшего братика своего лучшего друга? — Тэхён снова сладко прошептал ему в ухо, и это было последней каплей

Чонгук резко выдохнул, его контроль рухнул. Он больше не мог выносить эту нарочитую провокацию, это сладкое, грязное умоляние

Он мгновенно, яростно схватил Тэхёна за подбородок, удерживая его лицо ровно напротив своего. В его глазах горела дикая, животная ярость, смешанная с безумным, неуправляемым желанием

— Ты, грязная, маленькая сучка, — прорычал Чонгук, его голос был низким, опасным, полным подавленной злости. — Ты специально это делаешь 

Он резким, почти насильственным движением развернул Тэхёна, толкая его на пассажирское сиденье. Чонгук перелез через центральную консоль, едва не сломав пластик от тяжести своего тела, и навалился на омегу всем весом, прижимая его к мягкой обивке

— Ты же умолял, да? — рыкнул Чонгук, и его руки резко, но нежно схватили край коротких, кожаных шортиков Тэхёна. — Получай

Он грубо сорвал с него шортики, сдирая их одним резким движением, не оставляя времени на размышления. Тэхён застонал, его дыхание оборвалось, но он помог ему, поднимая бёдра

Чонгук, не теряя ни секунды, стянул с Тэхёна его нижнее белье. Не забывая про себя, он уже растегивал ремень одной рукой, быстро вытаскивая разгоряченный орган с которого стекал предэякулят. Чонгук резко развёл ноги Тэхёна и толкнулся вперёд, даже не волнуясь о растяжке

— Будешь знать, как дразнить меня, пока я за рулём, — выдохнул Чонгук ему на ухо, его руки сжимали бёдра Тэхёна, а его член резко, глубоко вошел в Тэхёна.

Тэхён вскрикнул от внезапной полноты и оглушающего удовольствия. Он вцепился в сидения, его ногти впились в кожу

Салон машины наполнился звуками их дыхания, тяжёлых, ритмичных толчков, влажных шлепков их тел и сладких стонов Тэхёна

Чонгук двигался быстро, сильно, с яростной потребностью, которую он так долго сдерживал. Он кусал шею Тэхёна, оставляя горячие метки на коже, рычал ему на ухо похабные, грязные слова, которые заставляли Тэхёна извиваться от стыда и безумного возбуждения

— Вот так, — прошептал Чонгук, его голос был глубоким, полным торжества. — Теперь ты мой. Ты сам попросил об этом

Тэхён не мог говорить, только громко дышал, его глаза были закрыты. Он прижимался к альфе, с каждым толчком прижимаясь к сидению больше и возвращаясь обратно. Его тело непроизвольно сжималось вокруг Чонгука, заставляя его рычать от удовольствия

Спустя несколько напряжённых минут, Чонгук глубоко вошёл в Тэхёна в последний раз, когда тот кончил, и его оргазм был мощным и долгим. Он завалился на омегу, тяжело дыша, его сердце колотилось так громко, что, казалось, заглушало шум ночи

Тэхён лежал под ним, его тело дрожало от избытка чувств, лицо было всё в слезах и поту, а губы растянуты в странной, болезненной улыбке

— Ты... сумасшедший, — выдохнул Тэхён, и это был не упрёк, а констатация факта, полная восхищения и подавленного удовольствия

Чонгук лишь улыбнулся, прижимаясь к его шее. Он сполз с Тэхёна, застегивая джинсы и поправляя себя. Он посмотрел на растрёпанного, влажного Тэхёна, который лежал на сиденье, обнажённый и измученный

Чонгук наклонился, поднимая шорты и поцеловал его в губы — нежно, как будто извиняясь за свою ярость и неконтролируемое желание

— Тебе надо домой, в любом случае пизда от Хосока. — сказал Чонгук

…

Чонгук вёл машину сосредоточенно, но его глаза то и дело скользили на Тэхёна. Он сидел тихо, натянув на себя скомканную, влажную одежду и вцепившись в ремень безопасности. Тэхён выглядел измождённым, но его губы были припухшими от поцелуев, а в глазах мерцало самодовольное, пьяное удовольствие

Тишина в салоне была густой и насыщенной, наполненной только тяжёлым дыханием Чонгука и тихим шуршанием колёс по ночному асфальту.

Наконец, они подъехали к дому Тэхёна. Чонгук заглушил мотор и тяжело выдохнул

— Попытайся выглядеть нормально, — тихо сказал Чонгук

Тэхён кивнул, почти не моргая. Он попытался провести ладонью по волосам, но они всё равно остались растрёпанными

Чонгук вышел из машины и резко открыл дверь с другой стороны. Он сразу же подхватил Тэхёна за талию, не давая ему встать самостоятельно. Тэхён был слабым и пьяным, и если бы не поддержка Чонгука, он бы просто свалился на асфальт

Они медленно направились к двери. Чонгук шёл, крепко приобняв Тэхёна одной рукой за талию, прижимая его пошатывающееся тело к своему боку

Тэхён, едва переставляя ноги, положил голову на плечо Чонгука. Его губы растянулись в слабой, пьяной улыбке — он чувствовал себя защищённым и желанным

Они подошли к двери. Чонгук даже не успел поднять руку, чтобы постучать. Дверь резко распахнулась. На пороге стоял Хосок. Он был в ярости. Его руки были скрещены на груди, губы сжаты в тонкую, злую линию. Взгляд его был тяжёлым, как свинец, и обрушился на них обоих

— Ну, наконец-то, — процедил Хосок, его голос был тихим, но опасным. — Я уже думал, ты решил заночевать у своего Намджуна

Его взгляд скользнул по Тэхёну — растрёпанному, помятому, с блестящими, опухшими губами и влажными глазами. И по Чонгуку — с пылающим, напряжённым взглядом, который крепко прижимал его брата к себе

Хосок мгновенно всё понял

Его лицо побледнело, а потом затемнилось от ярости

— Что это такое? — прорычал Хосок, делая шаг назад, чтобы впустить их. — Ты обнимаешь его, а он выглядит так, будто ты его…

Он не договорил, но смысл был ясен. Хосок смотрел прямо на Чонгука, его глаза метали искры гнева и предательства

Тэхён, почувствовав напряжение, слабо хихикнул и прижался к Чонгуку ещё сильнее

— Хобиии, мы просто... задержались, — пробормотал он, но его пьяный, блаженный вид говорил красноречивее любых слов

Чонгук выпрямился, его рука сжала талию Тэхёна жёстче. Он не отступил и не отпустил того

— Отвези его в комнату, — приказал Хосок, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — И... останься. Нам нужно серьёзно поговорить

Чонгук кивнул, его взгляд был твёрдым и непреклонным. Он знал, что этот разговор будет сложным, но он не жалел ни о чём

Он поднял Тэхёна на руки. Тэхён обвил его шею, довольно улыбаясь

— Спокойной ночи, Хобиии~ — пропел Тэхён, наслаждаясь драмой и явным гневом старшего брата

Чонгук молча занёс его внутрь. Хосок стоял на пороге, его руки всё ещё были скрещены, а в глазах полыхал огонь. Он закрыл дверь с глухим, тяжёлым стуком, который эхом отдался в тишине прихожей

Чонгук осторожно опустил Тэхёна на большую, мягкую кровать

Тэхён, едва коснувшись с простыней, сразу же попытался притянуть альфу обратно к себе

— Нет, не уходи, — прошептал он, хватаясь за воротник футболки Чонгука. Его глаза были полузакрыты, но в них плескалось ясное, отчаянное нежелание расставаться. — Останься. Ещё

Чонгук наклонился, нежно убирая влажные волосы со лба омеги. Он мягко поцеловал его в губы — это был длинный, утешающий поцелуй, не страстный, а прощальный и обещающий

— Мне нужно поговорить с Хосоком, Тэ, — тихо сказал Чонгук, поглаживая его по щеке. — Ты должен поспать

Тэхён застонал, тяжело выдыхая и утыкаясь лицом в подушку. Но через секунду он снова потянулся к Чонгуку, его руки искали объятий

— Обними. Просто обними, — пробормотал он, почти умоляя. — Мне холодно

Чонгук не смог отказать. Он лёг рядом с ним на кровать, накрывая Тэхёна своим телом и крепко обнимая его. Тёплый, сильный запах Чонгука мгновенно окутал Тэхёна

Как только Чонгук прижал его к своей груди, Тэхён мгновенно расслабился. Весь день стресса, алкоголя, ссоры и недавней бурной разрядки взяли своё. Его тяжелое, ровное дыхание стало глубоким и размеренным. Он почти сразу же заснул, уткнувшись лицом в шею Чонгука. Запах Тэхёна, сладкий и манящий, окутал Чонгука

Чонгук полежал так ещё минуту, просто слушая его дыхание и наслаждаясь покоем. Он осторожно высвободился из объятий, убедившись, что Тэхён спит крепко

Он встал, оправил одежду и напоследок посмотрел на того. Тэхён спал, выглядя невинно, несмотря на помятую, влажную одежду

Чонгук бесшумно вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь

Он напрягся, его плечи расширились, готовясь к бою. Он медленно, тяжело ступая, направился в гостиную, где его ждал Хосок

Хосок стоял посреди комнаты. Он не скрещивал руки, но его поза была ещё более угрожающей: руки в боки, голова слегка наклонена, а выражение лица было ледяным

Чонгук остановился в нескольких шагах от него, их взгляды скрестились. В глазах Хосока была смесь боли и чистого, неразбавленного гнева

— Он спит, — коротко сообщил Чонгук, его голос был спокойным и твёрдым

Хосок медленно выдохнул, и это был не просто вздох, а тяжёлый, загнанный звук

— Садись, — сказал Хосок, его голос был неестественно ровным и тихим, что было куда хуже крика. — Или ты настолько горд, что даже не можешь сесть в моём доме?

Чонгук не сел. Он остался стоять, показывая свою непоколебимую позицию

— Я не хочу тратить время на вежливость, Хосок. Говори прямо, — ответил Чонгук, глядя ему прямо в глаза.

Хосок опустил голову, сжимая кулаки, а затем резко поднял взгляд, в котором горел огонь обиды

— Ты мой друг, а он мой брат, Чонгук. И ты прекрасно знаешь, насколько он хрупок и насколько быстро он увлекается. Ты видел, что с ним было, когда его бывший обидел его? Ты помнишь, как я его собирал по частям?

— Помню, — твёрдо ответил Чонгук. — И помню, как ты его собирал после разных интрижек. Он сложный, Хосок, и ему нужен кто-то, кто не боится его сложности

Хосок шагнул вперёд, их разделяло всего полметра

— А ты думаешь, это ты? Ты просто играешься. Вы расстанетесь через месяц, когда тебе надоест его драма, — Хосок прошипел последнее слово. — И знаешь, что будет? У меня больше не будет брата, потому что он будет в депрессии, и у меня больше не будет лучшего друга, потому что я не смогу смотреть на тебя после того, как ты его бросишь. Я потеряю вас обоих

Чонгук почувствовал укол вины, но его решимость была сильнее. Он положил руку на плечо Хосоку, и тот резко дёрнулся, пытаясь сбросить прикосновение

— Нет. Послушай меня, — Чонгук усилил хватку. — Я знаю, как это выглядит. Я знаю, что мы только что сделали. И я знаю, как я заставил тебя себя почувствовать, приведя его в таком состоянии. Я извиняюсь за это

Он сделал глубокий вдох

— Но дело не в игре. Я настроен серьёзно, Хосок. Я не могу больше держаться от него подальше. И да, я видел, какой он хрупкий. Но я также видел, какой он сильный, какой он умный, и как он влияет на меня. Я не могу перестать думать о нём. И то, что произошло сегодня... это не было срывом с моей стороны. Это было то, чего я хотел

Хосок оттолкнул его руку, но его взгляд стал чуть мягче, хотя злость всё ещё кипела

— А как же твоя работа? Твоя карьера? Он слишком громкий для твоей жизни. Он слишком много требует. Ты готов отказаться от стабильности ради него?

— Да, — ответил Чонгук мгновенно, без колебаний. — Я готов. Я не прошу у тебя разрешения любить его. Я прошу у тебя доверия как у друга. Я не брошу его. Если мы расстанемся, это будет взрослое решение, а не трусливое бегство. Я никогда не сделаю ему больно намеренно

Чонгук опустил тон, его голос стал просительным, но искренним

— Ты знаешь меня. Если я за что-то берусь, я не отступаю. Я хочу его рядом. Как любимого, как партнёра. Я обещаю тебе, Хосок. Если я причиню ему боль, ты можешь в тот же день избить меня

Наступила долгая, давящая тишина. Хосок изучающе смотрел на Чонгука, пытаясь найти хоть тень лжи или неуверенности. Он увидел только твердость, страсть и странную, новую решимость, которая раньше была направлена только на работу и спорт

Наконец, Хосок покачал головой, его плечи опустились. Он сдался

— Чёрт возьми, Чонгук, — пробормотал он, проводя рукой по лицу. — Ты всегда добиваешься своего. Ты безнадёжный идиот

Он снова тяжело вздохнул, но на этот раз это был вздох примирения и усталости, а не гнева

— Хорошо. Но если ты хоть раз заставишь его плакать... я порву тебя на куски, и тебя ничего не спасёт. Ты понял меня?

— Понял, — мягко ответил Чонгук, чувствуя огромное облегчение

Хосок подошёл к нему и положил руку на его плечо — это был тяжёлый, дружеский жест

— Иди, — сказал Хосок, и в его голосе появилась нежность, которую он обычно приберегал для Тэхёна. — Останься сегодня у нас. Поспи с ним. Я знаю, что ему нужно проснуться и увидеть тебя рядом. Чтобы он понял, что это было не просто так

Хосок слегка улыбнулся, впервые за вечер

— Пусть он обрадуется. Просто будь нежен с ним. И... добро пожаловать в семью, придурок

Чонгук нежно сжал его плечо в ответ.

— Спасибо, Хосок. Правда.

Он не стал больше тратить слов. Он быстро развернулся и почти бегом направился обратно в спальню, его сердце стучало от радости и предвкушения

Он осторожно открыл дверь и скользнул обратно в тёмную комнату, направляясь к своей новой, нежной ответственности