Загадка Хрущёва
2. В 1953 году в советской власти было несколько влиятельных группировок.
Первая - "старая гвардия", люди с дореволюционным партийным стажем: Молотов, Каганович, Микоян, Ворошилов. Молотов с 1930 по 1941 год был председателем Совнаркома (советского правительства), а когда его место занял сам Сталин, стал первым заместителем. Заодно - министр иностранных дел. Каганович, бывший хозяин Украины и нарком путей сообщений, в массовом сознании всё ещё оставался "главным железнодорожником" и вообще - штурманом индустриализации. С Микояном была связана загадочная (но героизированная) история бакинских комиссаров. Ворошилов, соратник Сталина во время Гражданки, даже после войны считался "первым маршалом" - на его имя, как самого главного военного, писали жалобы и прошения офицеры со всего Союза.
Но к началу 50-х гг. "старая гвардия" потеряла всякую реальную власть. Молотов оказался в опале - приезжал в свой кабинет и сидел там весь день, как зачумлённый: к нему боялись заходить, ожидая его скорого ареста. Каганович потерял пост наркома путей сообщения за то, что «не сумел справиться с работой в условиях военного времени». Ворошилов ещё во время войны был (единственный) исключён из состава Государственного комитета обороны - уж очень бестолковым оказался. В опале находился и Микоян.
После смерти Сталина старогвардейцы подняли голову, вернули себе потерянные должности. В 1957 году, объединившись с официальным наследником Сталина Маленковым, они попытались сместить Никиту Хрущёва с поста Первого секретаря Центрального комитета КПСС. На заседании Политбюро (тогда оно называлось Президиум ЦК) восемь человек из двенадцати проголосовали против Никиты. Дальше случилась детективная история. Единственная женщина в Президиуме, сторонница Хрущёва Фурцева, вышла из зала заседания по "женским делам". Но вместо туалета бросилась к телефону и позвонила министру обороны Жукову.
Во главе компартии состоял Центральный комитет, состоявший из самых "уважаемых" партийцев - влиятельных министров, первых секретарей республик и областей и тому подобных. (В 1957 их было 133). Из них формировалось Политбюро (Президиум ЦК). В Президуме большинство было у "старых партийцев", а вот в самом ЦК вождей, сидящих в своих креслах по многу десятилетий, не любили: сами хотели в эти кресла сесть. Ещё меньше их любили генералы, испытывавшие к Сталину и его старым соратникам вполне понятную лютую ненависть.
Жуков приказал немедленно привезти в Москву весь состав ЦК. Но как это сделать? И вот по всему Советскому Союзу всемогущих партийных бонз засовывали в люльки бортстрелков реактивных бомбардировщиков и в таком виде везли в столицу. На заседании всего ЦК Молотова, Кагановича, Маленкова и "примкнувшего к ним Шепилова" исключили из партии. Ворошилову и Булганину разрешили демонстративно раскаяться. Мудрый Микоян заранее догадался, кто победит, и сразу выступил на стороне Хрущёва. На этом история "старой гвардии" закончилась - больше в ЦК людей с дореволюционным партстажем не осталось.
Второй группой были, конечно, военные. После Второй мировой войны во Франции президентом стал Де Голль, в США - Эйзенхауэр (изначально планировался МакАртур, но его подвело самолюбие; это отдельная интересная история). После "старины Айка" американским президентом стал Кеннеди, известный своим военным подвигом. (Ночью торпедный катер под его командованием был протаранен японским эсминцем. Получив тяжёлую травму спины, Кеннеди пять часов плыл по морю, держа в зубах нейлоновый шнур, за который он тянул плот с двумя ранеными подчинёнными. Будущий американский президент с детства отличался болезненностью - его надпочечники не вырабатывали нужных гормонов, и в 18 лет ему даже неверно диагностировали рак. Травма спины постоянно напоминала о себе жуткими болями, и спасался Кеннеди только регулярным приёмом амфетаминов). В Великобритании в 1950 году заместителем премьера Черчилля (героя ещё Англо-бурской войны) стал Энтони Иден - человек, умудрившийся в 20 лет стать бригад-майором (начальником штаба бригады), самым молодым за всю историю Великобритании. В 1955 году он станет уже не заместителем, а просто премьером Соединённого Королевства.
У Советского Союза дефицита в героях войны не было. И Сталин отлично понимал их опасность. Жуков сначала отправился командующим в Одесский, потом - в Уральский военный округ. Вообще-то в Одессе он готовился к ожидавшейся войне с Турцией, а на Урале - к испытаниям ядерной бомбы, так что это была не совсем ссылка, но в Москву его не пускали. Рокоссовский оказался министром обороны Польши (благо был поляком). Малиновского вообще закатали Главнокомандующим войск на Дальнем Востоке - должность высокая, но максимально далёкая от столицы. Конев сначала сменил Жукова на должности главкома Сухопутных войск - фактически второй после министра человек в вооружённых силах, но в 1950 году Главкомат ликвидировали, и Конев стал "генеральным инспектором" с неясными полномочиями. Мерецкова вообще засандалили в Архангельск.
Министром обороны Сталин сделал никогда не служившего в армии Булганина. В Гражданку выдвинулся отличной работой в ЧК - хорошо расстреливал. Потом работал на разных хозяйственных должностях, войну встретил председателем Госбанка. Стал политруком (членом Военного совета разных фронтов), сам войсками никогда в жизни не командовал. Любил балерин и выпить. В общем, идеальный министр обороны - такой даже если попытается совершить военный переворот, кто ж его послушается.
Московский военный округ возглавил профессиональный чекист Артемьев, вообще толком не участвовавший в войне.
Начальником Генштаба стал маршал Соколовский. Хорошо образованный, он почти всю войну провёл в штабах. Собственным фронтом командовал всего год - и был снят после чудовищных потерь, которые его фронт понёс в бесплодных атаках на Витебск весной 44-го. В войсках его не особо любили.
После Булганина военным министром стал Василевский. Исключительно талантливый, он тоже не пользовался особой популярностью - основную часть войны провёл в Генштабе в Москве. К тому же его считали личным выдвиженцем Сталина: пять званий - от генерал-майора до маршала - он "проскочил" за пятнадцать месяцев.
Главный маршал авиации Новиков в 46-м оказался за решёткой по "авиационному делу". Любимец Сталина главный маршал авиации Голованов оказался в опале и год просидел вообще без всяких назначений.
После смерти Сталина маршалы и генералы начали понемногу "приходить во власть". Берию арестовал маршал Жуков и три будущих маршала - Москаленко, Батицкий и Брежнев (да, тот самый). Председателем трибунала над ним стал маршал Конев. А после истории с заседанием ЦК в 1957 году министр обороны Жуков стал "если не первым, то вторым" в стране.
Хрущёв недаром выбрал "главным военным" именно Жукова. Генералы и маршалы его не любили - у каждого было за что. Когда Жукова будут снимать на заседании ЦК, против него выступит чуть ли не всё командование армии. Вытащенный из тюрьмы главный маршал авиации Новиков обвинит во "властолюбии, самовлюбленности, любви к почету". Маршал Тимошенко заявит, что "тенденция к неограниченной власти и чувство личной непогрешимости у него, как бы, в крови". Главным критиком стал маршал Малиновский, который и сменит Жукова на посту министра обороны: "Где бы мне не приходилось с ним работать, я в его поведении лично к себе видел самое предупредительное, самое внимательное, самое хорошее отношение. Но я видел, как он третирует других, как он низводит людей буквально до нуля". Список критиков можно продолжать ещё долго.
Не любили Жукова и партийные бонзы - за то, что начал выводить на свет доносы из тридцатых, на основании которых проводили чистки в Красной армии. Почти все высокопоставленные партийцы были замазаны в репрессиях и понимали - сейчас из армии выгоняют доносчиков-военных, а скоро и до гражданских доберутся.
Но не любили Жукова и простые офицеры. Ещё только вернувшись в Москву с Урала, ещё не успев перестроить минобороны "под себя" и установить над ним полную власть, Жуков старательно выполнял указания партийного руководства по сокращению вооружённых сил. Сокращать было необходимо - разорённая войной 200-миллионная страна не могла содержать почти 6-миллионную армию. Но Жуков, человек грубый и жестокий, проводил сокращения по-своему: офицеры-ветераны, прошедшие Крым и Рым, выкидывались из армии пинком под зад - без пенсии, жилья, без всего. "Что стоишь, качаясь, ты, майор запаса? Ждёт тебя в колхозе должность свинопаса". В общем, когда Маршала Победы снимали в должности, поддержки ему искать было неоткуда.
После смещения Жукова поход военных во власть закончился, и больше уже никто из маршалов пробиться на властный Олимп не будет пытаться до самого конца советской власти.
Третья группа сплотилась вокруг Георгия Маленкова. Его до сих пор обычно считают мягким добродушным толстячком, не сумевшим в партийной борьбе одолеть хитрюгу Хрущёва. Нет ничего более далёкого от правды. Маленков был кровавым чудовищем, рядом с которым Берия - детсадовец.
В 1936 году, когда Николай Ежов перешёл с должности начальника отдела руководящих партийных органов ЦК в наркомы внутренних дел, Маленков занял его место. Вдвоём они были организаторами репрессий 37-38 годов. Маленков создал огромную картотеку на всех членов партии и фактически наследовал Сталину, который тоже в двадцатые заведовал кадровой работой в ЦК (и, расставив своих людей по всем возможным должностям, смог уничтожить всех конкурентов). Берия во время "Большой чистки" сидел у себя в Грузии, а Маленков, закончив с основной волной репрессий, арестовал и убил самого Ежова. Уже после войны Маленков был организатором "Ленинградского дела" и вообще по количеству крови на своих руках к 1953 году превзошёл всех оставшихся в живых советских вождей, вместе взятых.
Хотя Маленков оставался замом Сталина по партии, с началом войны он всё глубже погружается в хозяйственные вопросы - всё-таки электротехник по образованию. Занимается реактивными "Катюшами", потом дальней авиацией и радиолокаторами, потом становится ответственным за вывоз трофейных немецких заводов в СССР. Потом очень вовремя умирает ключевой конкурент Маленкова - главный партийный идеолог Жданов, после чего Георгий Максимиллианыч кушает его окружение - обвинённых в "русском национализме" героев времён Блокады Кузнецова и Вознесенского. Курирует связи с Мао Цзедуном. В общем, настоящий наследник. Неудивительно, что сразу после смерти Сталина Маленков занимает главный в тот момент пост - председателя Совмина.
Проблема заключалась в том, что Сталину в качестве второго человека в государстве нужен был жестокий и, что важно, безынициативный палач. Человек, привыкший выполнять чужую волю и не имеющий своей. Рассказывать, как Хрущёв потихоньку кушал Маленкова, довольно скучно. Отменив "деньги в конвертах" для партийных начальников, снизив налоги с деревни и расширив приусадебные участки, Маленков испугал партийную номенклатуру: получается, нас лишают власти и привилегий, возвращают на село кулака? Уже в январе 1955 Хрущёв заставил Маленкова уйти с должности премьер-министра и стать министром электростанций. Через два года Маленков вместе с Молотовым и Кагановичем попытался контратаковать, но, как мы знаем, безуспешно. Его сделали начальником электростанции в Казахстане, а вскоре вообще выкинули со всех должностей и из партии. Внук Маленкова, художник, занимался росписью храмов фресками.
Четвёртым был Берия.
До 1934 года политическая полиция - ОГПУ - существовала отдельно от НКВД. В 1934 их объединили. Но даже Сталин боялся концентрации всех спецслужб в одном ведомстве. Первого и второго наркомов - Ягоду и Ежова - расстреляли. Из девяти замов наркома, занимавших должность во время "Большого террора", расстреляли всех девятерых. Трёх наркомов внутренних дел Украины расстреляли одного за другим. Четверых начальников ГУЛАГа расстреляли одного за другим всего за полгода, с сентября 1938 по март 1939.
После окончания "Большой чистки" Сталин разделил НКВД на два наркомата: один сохранил название и наркома Берию, второй стал наркоматом госбезопасности - его возглавил Меркулов. Сразу по окончании войны наркомом внутренних дел стал Круглов, а Берия сосредоточился на атомном проекте, хотя и продолжал курировать всех советских силовиков, кроме военных. Правда, Сталин скоро "сделал" ему конкурента - бывшего ленинградского вожака Кузнецова. После убийства Кузнецова Маленковым (см. выше) против людей из окружения Берии открыли "мингрельское дело", понемногу подбираясь к самому всемогущему министру. В общем, Сталин отлично понимал, какой гигантской властью в тоталитарном государстве обладают спецслужбы - и либо регулярно убивал их руководителей, либо создавал сложную систему взаимного контроля и доносительства.
Убил Берия Сталина или нет - нам сейчас неважно. Важно то, что сразу после сталинской смерти Берия снова стал министром (наркоматы уже превратились в министерства) внутренних дел, объединивших под свой контроль все спецслужбы страны (кроме военной разведки).
ГУЛАГ, оказавшийся в составе МВД, контролировал сравнительно небольшую часть советской экономики - около 4% ВВП, но в эти проценты входили драгоценные и цветные металлы (которые как раз в начале 50-х начали экспортировать) и лес, то есть важнейшие источники инвалюты. Атомная бомба была критически важна для военных. Маленков был повязан с Берией по "Ленинградскому делу". У Берии за 15 лет работы в Москве сформировалась мощная команда (кстати, после смерти шефа их всех тоже убьют). Казалось, у Лаврентий Палыча на руках оказались все возможные козыри. Но, как мы увидим ниже, и ему не повезло.
Наконец, ещё одной группой были "сталинские наркомы" - сравнительно молодые технократы, руководившие ключевыми отраслями промышленности. Люди выдающейся работоспособности и выдающихся управленческих талантов, эти технократы перешли "по наследству" от Сталина к Хрущёву, а от него и Брежневу. Дмитрий Устинов был главным по оборонной промышленности с 1941 по 1984 годы (!), а в 1976 стал вдобавок ещё и министром обороны. Косыгин был замом Сталина, потом замом Хрущёва, а в 1964 занял пост главы правительства и оставался на нём до самой смерти в 1980-м. Ставший во время войны наркомом нефтяной промышленности (в 33 года!) Николай Байбаков оставался начальником Госплана аж до Горбачёва. Министр путей сообщения Бещев как сел в кресло в 1948, так и оставался до 1977. При этом и при Хрущёве, и при раннем Брежневе головы у больших начальников летели регулярно, но когорта сталинских наркомов оставалась в строю.
Своего лидера у позднесталинских технократов не было. Министр Малышев политических амбиций не имел и вообще умер в 1957 от лучевой болезни. Но можно было предположить, что они будут поддерживать либо Маленкова - всё-таки главный "завхоз" Страны Советов, либо Берию - "главного атомщика". В действительности из всех сталинских наркомов поучаствовать в политической борьбе попытался один Первухин, поддержавший в 1957 году Маленкова и всю "антипартийную группу" Молотова-Кагановича. Инженеры, оказавшиеся в министерских креслах, в политике не разбирались и разбираться не хотели.
Хрущёв всё же нанёс по позициям московской технократии чувствительный, но не смертельный удар, радикально децентрализовав управление экономикой. При позднем Сталине промышленностью занимались аж 25 союзных министерств. При этом, к примеру, бумажной промышленностью занималось одно, а вот лесной - уже другое. Хрущёв решил перенести принятие решений из Москвы в регионы, создав совнархозы. (Кстати, по такому же пути потом пойдут китайцы). Сразу после смещения Хрущёва совнархозы ликвидировали и вернулись к сталинским централизованным министерствам.
3. Так почему же победил Хрущёв? У него не было ни команды, ни опыта, ни образования, ни ценимых в номенклатуре регалий.
Образования у Хрущёва толком не было: он умел читать, но писать - не особо. Не сохранилось написанных им самим документов, а вместо резолюций он ограничивался размашистым словом "Хрущёв" - боялся писать что-то ещё. В 1931 году, когда Молотов уже был премьер-министром, Хрущёв стал первым секретарём Бауманского райкома в Москве. За активное участие в чистках троцкистов (т.е. в массовых репрессиях) пошёл на повышение - в 1935 стал (по рекомендации Кагановича) хозяином Москвы, а через три года - всей Украины. Потом три года - политрук фронта (член Военного совета). Потом до конца 1949 - снова на Украине. И всего три последних сталинских года Хрущёв провёл в Москве.
"Своих" людей, способных обеспечить ему поддержку, у Хрущёва в столице почти не было. Тот же Брежнев работал под его началом ещё в Днепропетровске. Но уже в 1954 году Хрущёв отправил Брежнева работать в Казахстан, поднимать целину и строить Байконур - то есть в аппаратной борьбе бывший подчинённый помочь бывшему шефу не мог.
Человеком Хрущёва считался маршал Малиновский, сменивший Жукова на посту министра обороны. Рассказывают такую историю. В 1942 году застрелился политрук 2-й гвардейской армии Малиновского, написав в предсмертной записке "Да здравствует Ленин!". А Сталин, получается, не здравствует? Малиновский и так находился под риском расстрела после развала Южного фронта, а после самоубийства Ларина Сталин у него якобы спросил, что помешало ему сделать то же самое. И тут-то Малиновского спасло личное поручительство Хрущёва: будущего маршала отправили под Сталинград, где он зимой сможет остановить наступление танков Гота и не позволит Паулюсу вырваться из окружения. А в 1964 году именно Малиновский сыграет ключевую роль в свержении Хрущёва.
Первыми замами у Хрущёва в правительстве были Микоян, Косыгин и Устинов, с которыми он до 1950 года никогда вместе не работал. А неофициальным приемником Хрущёва стал Фрол Козлов, до 1957 года сидевший в Ленинграде. Кроме Брежнева, из всех "своих" людей Хрущёв назначил только председателя КГБ Серова (бывший нарком внутренних дел Украины), но и того скоро убрал из-за дружбы Серова с Жуковым.
Когда Хрущева будут снимать на партийном пленуме в 1964 году, за него не вступится никто.
В общем, сплочённой команды "своих" людей у Хрущёва не было ни до прихода во власть, ни даже после.
Так почему же Никита Сергеич обыграл всех своих конкурентов?
26 июня 1953 года Хрущёв созвал Политбюро (Президиум ЦК) и на нём обвинил Берию в ревизионизме, антисоциализме и работе на британскую разведку в двадцатые годы. В зал заседаний вошли Жуков, Москаленко, Батицкий, Брежнев и ещё шесть генералов. Берию то ли сразу убили, то ли отвезли в бункер штаба Московского военного округа и расстреляли через полгода.
Окружение Сталина больше всего было похоже на стаю бабуинов, в которой старый вожак время от времени убивал слишком выделяющихся бета-самцов. Когда старый вожак умер, новым стал тот, кто первым догадался подобрать камень и раскроить им башку конкурента (не знаю, умеют ли это делать бабуины, но неважно). Слава, компетенции, образование, связи, награды, должности, звания - всё это не играло вообще никакой роли. Кто палку взял - тот и капрал.
К чему это я?