За занавесом: «Хён!»

С тех пор как Юнги и Тэхён съехались, всё начало меняться. Больше всего перемены коснулись, конечно, повседневности. Опыт прошлого, когда они прожили месяц, почти ежедневно проводя время в одном помещении, не мог сравниться с тем, что стало, когда они съехались на постоянной основе. Даже притом, что дом был, вообще-то, тот же, что и в прошлый раз.

У них заняло некоторое время освоиться на новой территории. Тэхён справлялся с этим легче, чем Юнги. Хёну понадобилось несколько недель смены обстановки и мебели, чтобы чувствовать себя комфортнее. Всё должно было быть так, как он захотел, выбрал и поставил. Комнату на первом этаже он переоборудовал под студию. На втором этаже было решено оставить обе спальни с их истинным предназначением, только одна из них официально стала гостевой, а вторая — личной. Юнги заменил в доме почти всё, кроме кровати в их спальне на втором этаже, дивана на первом этаже и кухни там же. Они были важной частью истории этого дома. Их истории.

Оставалось только привыкнуть к тому, что пространство теперь должно было делиться на двоих, а это было не так просто, как казалось, когда они жили тут в прошлый раз. Тогда они оба понимали, что это временно, а сейчас это должно было стать постоянным местом жительства для них.

Было и ещё кое-что сложное, но проблемой это было больше для Юнги, чем для Тэхёна. С недавних пор он понял, что опаснее всего в общей жизни моменты, когда звучит воодушевлённое: «Хён!».

Это никогда не что-то, чем Юнги был бы доволен, но что-то, что Тэхён хотел бы получить и так или иначе получал. Однажды дело дошло до того, что пришлось согласиться на покупку собаки, потому что «в этом доме много пустого места». К счастью, дата появления питомца не была обговорена, поэтому Юнги оттягивал этот момент, но понимал, что раз согласился, придётся выполнить это рано или поздно.

Так и сегодня, в этот чудный мирный вечер, услышав быстро приближающийся топот за дверью, у Юнги возникло плохое предчувствие. Хуже, чем обычно.

— Хён! — в студию влетел Тэхён.

— Нет! — Юнги резко отказал.

И без того опасное «хён» звучало как-то уж слишком нехорошо. Предчувствие усилилось, когда он увидел горящие глаза Тэхёна.

— Ты даже не знаешь, что я…

— По энтузиазму вижу, что мне не понравится твоя новая идея, — напряжённо сказал Юнги.

— Ты всегда отказываешь, но потом соглашаешься, — Тэхён слегка улыбнулся и прошёл в студию.

— В этот раз просто нет.

— Может, сначала выслушаешь? — Тэхён нахмурил брови, но он всё ещё был в хорошем настроении и был намерен добиться своего.

— Нет, — Юнги отвернулся к монитору.

— Разве можно принимать решение, не выслушав?

— Можно.

— Просто послушай.

Вздохнув, Юнги повернулся и сложил руки на груди, откинувшись на спинку кресла.

— Я говорил с Чимином, — начал Тэхён.

— Ладно, — Юнги выжидающе смотрел на него, мысленно умоляя любую силу, которая существует на небе, чтобы его предчувствие оказалось ложным.

Ведь если это оправдается, да ещё и просьбу он уже успеет выслушать, отказать будет очень и очень сложно, благодаря всем тем разам, когда он соглашался.

— И он рассказал мне, как они проводят время в Токио, — Тэхён сделал паузу, прежде чем продолжить. — Особенно мне понравилась та часть, где они решили махнуться местами.

Юнги серьёзно смотрел, переваривая смысл услышанного. У него ушло около двух секунд на то, чтобы понять, что означало «поменялись местами», и ещё около трёх, чтобы осознать, для чего именно Тэхён заговорил об этом. В реальности время шло быстрее, чем в его мыслях, поэтому в каком-то смысле, он отреагировал сразу же. И это был саркастичный смешок:

— Серьёзно? — он хотел бы не верить в это, потому его лицо озарилось улыбкой, но его разум буквально кричал ему, что это нихрена не шутка. — Как тебе вообще пришло в голову спрашивать об этом?

— Ты же даже не подумал...

— Нечего тут думать, — Юнги потерял свою улыбку, когда заметил, насколько серьёзно настроен Тэхён. — Никто не будет ничего в меня пихать, ты с ума сошёл?

— Хён… — Тэхён шагнул к нему.

— Нет, — Юнги расширил глаза и отъехал на стуле дальше. — Забудь об этом.

— Почему ты не хочешь хотя бы подумать? — Тэхён остановился, делая невинные глаза.

— Потому, что ответ будет тем же, — без тени сомнения сказал Юнги, немного опустив голову, и из-за этого казалось, что он смотрел из-под лба, почти враждебно. — Это я тебе точно говорю. Нет.

— Ты мне не доверяешь? — Тэхён посерьёзнел. Не первый и не последний раз он сталкивался с таким видом Юнги, но это был первый раз, когда Юнги был настолько категоричен.

— Причём тут это?

— Тогда в чём дело?

— Я просто не хочу, — упрямо сказал Юнги.

— Боишься? — Тэхён снова шагнул вперёд, но и в этот раз реакция не была положительной.

— Ты слышал меня? Я не хочу, — Юнги держал руки на подлокотниках так, будто в любой момент готов был использовать их, чтобы встать со стула.

— Ты не можешь не хотеть то, что ты не знаешь. Ты даже не пробовал, — Тэхён попытался решить это здравым смыслом, ведь именно это всегда лучше всего работало с хёном.

— Откуда тебе знать, что не пробовал?

— По тому, как ты реагируешь, это очевидно. Вау, я и не думал, что эта тема может быть такой проблемой, — Тэхён скрестил руки на груди.

Юнги вздохнул и постарался успокоиться, прежде чем спросить:

— Чем тебя не устраивает так, как есть? — он тоже решил, что нужно попытаться сделать этот разговор хоть сколько-то конструктивным.

— Меня всё устраивает, я просто хочу… — Тэхён устало выдохнул перед продолжением. — Не знаю, просто хочу попробовать. А оказалось, что ты мне не доверяешь.

— Что ты несёшь?

— Ну, значит, боишься.

— И мы вернулись к тому, с чего начали, — Юнги закатил глаза.

Тэхён первый раз видел своего хёна настолько взволнованным. Он впервые так сильно противился чему-то, да и диалог так активно он никогда не вёл, даже если всё, что он сейчас говорил, это отрицания. Во всём этом было что-то забавное, но было и что-то такое, что заставляло Тэхёна чувствовать себя неудовлетворённым, и это чувство провоцировало в нём больше упрямства.

Возможно, если бы реакция была более привычной и естественной, Тэхён сдался бы быстрее, но видя такое поведение, он захотел добиться своего ещё сильнее. Делать ситуацию хуже он не собирался, он просто хотел продолжать настаивать, пока что-нибудь не изменится.

Наполнившись твёрдой уверенностью, он подошёл ближе. Юнги не стал отодвигаться, но даже если бы захотел — не успел бы. Тэхён схватился за спинку кресла над чужим плечом. Кожаная обивка едва слышно скрипнула, когда он сжал пальцы. Под его силой и весом спинка отклонилась немного назад, а вместе с ней и Юнги. Глядя в глаза, Тэхён заговорил со всей серьёзностью:

— Наверное, ты забыл, но до тебя я почти всегда был сверху. Кто знает, может, у меня опыта побольше твоего.

У Юнги в лёгких воздух остановился. Всё произошло быстро, и он не сразу смог осознать ситуацию. Несмотря на небольшую растерянность в мыслях, его ответ был прежним и звучал даже увереннее, чем раньше:

— Нет, — он смотрел в глаза, будто его абсолютно не беспокоило положение, в котором он оказался.

На самом деле думать он мог только о том, что при чуть больших стараниях Тэхён сможет привести всё к тому, что выбора просто не останется.

Ситуация на удивление сильно напоминала Юнги день, когда он вернулся из поездки. Тогда, будучи прижатым к двери, он осознал много немаловажных вещей, и это отложилось в его голове. На что-то это так или иначе повлияло, но уж точно не заставило Юнги думать, что он способен в самом деле лечь под Тэхёна.

Не потому, что это было недоверие, как считал Тэхён. Не потому, что Тэхён не способен на другую роль. А потому, что на другую роль не способен Юнги. Он не только не видел себя таким, но и вообще не представлял себе ситуацию, при которой мог бы раздвинуть ноги. У него было на удивление хорошее воображение, и, рисуя эту картинку, его воображение говорило ему, что это смешно, глупо и странно, а также абсолютно, полностью, совсем не подходяще для него. Ничего постыдного он не видел в самой позиции, но только если это другие люди. Если речь о нём самом — это слишком.

Взгляд Тэхёна всё ещё был направлен ему в глаза, а значит, ситуация не решена.Чёрт, и откуда столько внезапного упрямства в человеке, который упрямство показывал разве что в игре.

— Чего ты ждёшь от меня? Я сказал: нет, — заговорил Юнги.

— Поверю, если объяснишь.

— Я просто не хочу, ты можешь это понять? — Юнги начинал терять самообладание. Слишком много всего сразу происходило.

— А ты можешь понять, что это звучит глупо от такого человека, как ты? — Тэхён изогнул бровь. — Ты был бы последним, кто без причины и даже не зная, с чем имеет дело, просто отказывался.

Всё так. Но это именно тот случай, когда видимой причины, кроме собственного нежелания и недовольства, в самом деле не было.

Юнги свёл брови:

— Мне надо работать.

Он попытался отвернуться вместе с креслом. Не вышло. Тэхён упёрся в спинку со второй стороны, и теперь путь был закрыт везде:

— Думаешь, я шучу?

Юнги плюхнулся обратно на спинку и выдал непоколебимый ответ:

— Думаю, ты забыл, с кем ты говоришь.

— Неужели? — Тэхён упёрся коленом в кресло между его ног.

— Нас обоих здесь не было бы, если бы в самый первый день не было очевидно, как всё будет, — Юнги выпрямился, вжимаясь в спинку, и благодаря этому его бёдра отъехали назад, отстраняясь от колена.

— Ты же не думал, что так будет всегда? — Тэхён придвинулся ближе, вынудив Юнги упереться руками в его грудь.

Надо сказать, сил в этом действии было немало, Тэхён даже был удивлён, но преимущество всё ещё было на его стороне. Как минимум потому, что он был на четыре года моложе и регулярно прогуливался пешком до работы и обратно. Пока Юнги в свои двадцать девять отсиживался в кресле за компьютером. Ну и ещё из-за размеров, но это было просто дополнением. Тэхён уже давно не зацикливался на подобных вещах, хотя после напоминания от Юнги, он вспомнил первое впечатление о нём во время знакомства.

Думая об этом, он потянулся рукой к лицу Юнги, но тот перехватил её за запястье.

— Даже просто потрогать тебя не дашь? — Тэхён улыбнулся уголками губ, разбавляя напряжённую атмосферу.

Сжимая пальцами запястье, Юнги не позволял чужой руке двинуться ближе к нему.

— Что плохого в том, что я просто хочу тебя? — голос и выражение лица Тэхёна стали добрее.

— В этом нет ничего плохого, просто я не хочу, — Юнги тоже невольно смягчился, отпуская его руку.

— Ты просто упираешься, и я не понимаю, почему, — спокойно ответил Тэхён.

— Зачем тебе это вообще? Это такая принципиальная идея? — спросил Юнги с немного уставшим видом.

Попался. В этот момент Тэхён как никогда хорошо почувствовал появившуюся трещинку в упрямстве хёна.

— Нет, не принципиально, — он убрал колено с сиденья. — Мне просто хочется попробовать.

— А мне не хочется, — равнодушно сказал Юнги.

— Мы имеем право хотеть чего-то…

— Я не сказал, что нельзя хотеть. И точно так же я имею право не хотеть, — Юнги пожал плечами.

Тэхён вздохнул и отстранился, а Юнги понял, что всё это время он хреново дышал, потому что только сейчас воздух ощутимо задвигался в лёгких. Без чужого давления стул резко вернулся в прежнее положение, и Юнги пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не слететь с него. Чёрт, только бы не впасть в панику от осознания, что всё это время дорогое и крепкое кресло отклонялось под руками Тэхёна, как веточка. Правда, была одна деталь: Тэхён потирал запястья. Очевидно, такие усилия дались ему не так уж легко.

И всё же. Чёрт возьми.

— Представь себя на моём месте. Думаю, это не сложно представить, — Тэхён сел на диван, глядя на Юнги и всё ещё потирая свои руки. — Представь, что ты хочешь меня, но я отказываюсь и даже не могу дать нормальное оправдание этому. Мне нравится всё, что мы делаем, но я не вижу ничего странного в том, что я хочу попробовать по-другому. А вот безосновательные отказы реально странные.

Казалось, что ещё немного, и Тэхён либо начнёт давить на жалость, либо просто разозлится, а Юнги не хотел ни того, ни другого. И вообще, честно говоря, он устал спорить. Его в принципе выматывали споры, а сегодня из этого случились целые эмоциональные горки, о которых никто не предупреждал. Всё-таки не подвело предчувствие.

Тэхён снова сделал своё просящее лицо:

— Хён, почему ты…

Юнги не выдержал:

— О боже, я подумаю! Только хватит уже.

— Правда? — у Тэхёна засветились глаза.

— Я не соглашаюсь. Я просто подумаю, — он сразу предупредил, но, конечно, это уже было бесполезно. Эти слова пролетели мимо чужих ушей.

Ну и что он натворил только что?

Когда это Тэхён, всё и везде становится сложнее. Нет, не сложнее. Всё просто меняется. Если бы это был кто-то чужой, тогда не было бы никаких проблем. С обычными людьми с улицы разговор всегда простой. Но это Тэхён.

Тэхён, который делал для него всё, даже если казалось, что это Юнги делал всё для него. Тэхён, который в нормальных условиях имел бы все шансы подавить его, но не пытался этого сделать, никогда. Даже в том давнем случае с дверью. Это оказалось просто совпадением, случайностью. Тэхён не имел никаких намерений, кроме желания быть ближе.

Юнги понимал, что у Тэхёна всё это получилось бы прекрасно. Вообще-то, после случая с дверью он и сам периодически вспоминал о том, что до него Тэхён не был любителем нижней игры, и Сокджин не в счёт. Судя по всему, там вообще была ситуация, похожая на ту, что сейчас, только в этот раз Юнги был тем, кого уговаривали. Возможно, там всё-таки было куда проще, ведь Тэхён из тех, кто в таком случае поставил бы на интерес к новому, а Юнги так не мог. Юнги не мог чисто из интереса или доверия позволить себе нечто подобное.

Кто бы мог подумать.

Он мог бы не тратить время на размышления об этом. Можно было выждать и потом отказать, будто долго принимал это решение. Только он не любил врать, да и Тэхёна не так легко обмануть, а в этом случае он был особенно упрям и внимателен. Похоже, он действительно сильно хотел его. Юнги мог это понять. Он чувствовал себя так же по отношению к Тэхёну с самого начала. И на мыслях об этом он почти приходил к тому, чтобы рискнуть, но потом вспоминал о себе и снова противился. Будто всё его существо не хотело и не могло увидеть в этом хоть каплю хорошего. Об удовольствии вообще речь даже и не шла. Единственный, кто был бы рад в итоге — Тэхён.

Таким образом прошло несколько месяцев, прежде чем Юнги решил дать свой ответ.

За это время Тэхён весь извёлся, и это было очевидно, но не напоминал, не спрашивал и даже не намекал. Когда они занимались сексом, скорее всего, он вспоминал об этом, и ничего удивительного в этом не было. Юнги тоже вспоминал. Но Тэхён не подавал вида. Он просто терпеливо ждал. Что было бы справедливее: оправдать долгое ожидание и потом всё испортить или ничего не портить, но зато не оправдать ожидание, дав отказ?

Всё плохо. Решение вопроса перешло от заботы о себе в заботу о том, будет ли итог справедлив по отношению к Тэхёну.

В конце первого месяца зимы, когда на улице было морозно и снежно, Тэхён получил сообщение от Юнги. Ради этого он даже не пожалел рук и снял перчатки, чтобы разблокировать телефон и прочитать всё полностью. Всё-таки, через несколько часов начнётся день рождения, так что это наверняка что-то любопытное. Читая текст, он остановился посреди тротуара с удивлённо открытым ртом: на экране был список вещей и даже дел, которые нужно было сделать. И всё это было тем, что обычно делал Юнги. В давнем прошлом Тэхён тоже готовился примерно так же, когда собирался переспать с кем-нибудь, поэтому назначение этого списка понял сразу. Иначе зачем бы Юнги прислал ему такое, если это не завуалированный способ сказать «да»?

Тэхён заставил себя закрыть рот, потому что зимой это было непозволительно, но сдвинуться с места он не мог ещё долго, глядя в телефон взглядом, который хотелось бы назвать воодушевлённым, но на самом деле он был испуганным. Осознание того, что у него получилось этого добиться, безмерно радовало его. И то же самое осознание его пугало. Ведь это. На самом деле. Произойдёт. Это страшно. Больше всего волноваться должен был Юнги, но Тэхёну казалось, что именно он переживал больше. Он никогда не боялся облажаться, но сейчас всё совсем иначе.

Вероятно, Юнги уже ненавидит эту идею, а любой промах Тэхёна сделает всё это ещё хуже. И не потому, что Тэхён не может, а потому что угодить Юнги сложно, даже если делать всё, как он хочет. Как тогда угодить Юнги в ситуации, которую он изначально не хотел? Как угодить тому, кто прожил почти тридцать лет, ни разу не попав в подобное положение?

Однако, несмотря на подобные сомнения, Тэхён был полон энтузиазма. Он примчался домой так быстро, как смог, и его резкое появление ввело в ступор Юнги, просто проходившего мимо прихожей в сторону кухни. Стоя на месте, они смотрели друг на друга несколько секунд, пока один из них не заговорил:

— Ты что, бежал? — Юнги изогнул бровь, но его лицо было равнодушным.

— Только от остановки до дома.

Тэхён скинул обувь и небрежно повесил пальто, а затем быстрым шагом подошёл к Юнги, крепко обнимая его. Просто так. Просто потому, что очень хотелось обнять его.

— Я же утром сказал взять машину, — Юнги продолжал разговор, будто не был зажат в объятиях.

— Погода была такой хорошей, что я решил ехать автобусом, чтобы насладиться улицей, — Тэхён опустил голову на чужое плечо.

Этот разговор не имел никакого смысла, но говорить о том, что было на самом деле у них в голове, никто не решался. И не решился бы никогда, если бы кое-кто не горел идеей слишком сильно.

— Хён, то сообщение… — заговорил Тэхён.

Юнги сразу перебил его:

— Я хочу есть, — он отошёл, но это получилось только потому, что Тэхён ослабил объятье.

Юнги и правда хотел небольшого перекуса и как раз поэтому шёл на кухню, когда в дом буквально ворвался Тэхён. Но это также было хорошим способом избежать сиюминутного обсуждения немаловажного вопроса. Как минимум для Тэхёна это и правда было важно. Что до Юнги — важно, но скорее в противоположном смысле. Странное волнительное чувство где-то в затылке, словно инстинкт самосохранения, давало ему противоречивое предчувствие. А Юнги не раз на опыте убеждался, что предчувствию нужно верить.

Эти мысли подтолкнули его к тому, чтобы сделать что-то обратное волнению. Слишком много неуверенности было в последнее время. Против такого хорошо работало всё, где мог пригодиться контроль. Юнги в такие моменты предпочитал заняться сексом, а если Тэхён не был настроен, тогда заняться готовкой. Сейчас тот случай, когда нужно первое. Да, он дал своё расплывчатое согласие на сумасшедшую идею, но он не назначал никаких дат, так что сейчас вполне можно просто сделать всё как обычно.

Юнги забил на никому не нужные закуски и вернулся к Тэхёну.