Жизнь после государства

Недавно в нашем публичном чате прошла жаркая дискуссия на тему того, как будет (и почему не будет) выглядеть жизнь общества без государства по мнению представителей консервативных, либеральных и марксистских взглядов. Все стороны дискуссии блуждали вокруг абстрактных понятий и вопросов, ни на шаг не приближаясь к решению спорного вопроса. Не секрет также, что даже среди порой идейных анархистов и минархистов довольно часто попадаются люди, не понимающих каким образом и по какой причине должно исчезнуть государство, и что принципиально новое придёт на его место. Как и во многих других сферах, причины конфликта здесь рождаются из незнания, либо же из-за распространённого поверхностного понимания сути.

История великих вещей

Меньше сотни лет назад, если какой-нибудь простолюдин по своей неловкости или глупости бросил бы случайный взгляд на микадо - владыку империи восходящего солнца, - его и непричастных членов его семьи могла безотлагательно ждать крайне печальная участь. Просто потому, что простолюдин - грязь под ногами помазанника божьего, вершившего судьбу империи и ближайших народов... Сегодня же микадо в Японии является декоративной данью традициям, не имея никакой реальной власти, и обладая гораздо меньшим перечнем полномочий, чем даже в аналогичной британской системе конституционной монархии. Реальной представительской властью в стране восходящего солнца сегодня обладает премьер-министр, и никому не нужна дубинка над головой, чтобы не устраивать войны самурайских кланов.

Примерно до середины девятнадцатого века король, входящий в стены церкви, мог выйти из неё позорно лишённый власти изгоем. Церковь разжигала мировые войны и массовые чистки целых групп социума. Сегодня же церковь в большинстве цивилизованных стран - это безобидное место встречи старых знакомых и членов общины, что ищут упокоения и внутреннего спокойствия. Порой даже независимое журналистское издание может раздуть вокруг организованной религии целый мировой скандал, инициировав тем самым массовые лишения санов и уголовные преследования.

Всего около тридцати лет назад коммунистическая партия в России была сосредоточием сакральной власти и могущества, и по сути единственным политическим и карьерным лифтом. Власть партии казалась безраздельной и вечной, в отказ от шестой статьи конституции красной империи не верили даже некоторые убеждённые диссиденты, в том числе и по ту сторону "железного занавеса". Посмотрим же, чем стали отделения коммунистической партии сегодня - это не филиалы грозной диктатуры красноголового левиафана, скорее - нелепые гротескные монастыри последователей секты вкусного мороженного и настоящей колбасы. В отделениях партии собираются беспомощные и замученные несправедливостью пенсионеры, грустно мечтают о временах, когда их ноги не болели от ходьбы, подменяя эти воспоминания о беззаботной лёгкой молодости, на фантомные воспоминания от сказочной исторической эпохи.

Практический вывод напрашивается вполне односложный: любой королевский трон однажды становится местом для задниц туристов, как и церковь из прибежища королей, однажды станет ночлегом для бездомных. Любая сакральность превращается в праздник.

Государство станет уборщицей

Когда мы говорим о естественном и бесповоротном отмирании государства в будущем, мы не говорим о буквальном запрете и цензурировании институтов власти в примитивном понимании. Государство в новом обществе, если угодно, и не исчезнет вовсе, по крайней мере не в концепции народничества. Государство обретёт декоративные формы (как у микадо в Японии или королевской семьи в Великобритании сегодня), возможно для кого-то государство станет своеобразной маргинальной религией и местом паломничества одиноких пенсионеров; а кому-то мечты о государственном возрождении again позволят учиться жить во взрослом мире и справляться со своими внутренними проблемами и непониманием близких.

Для начала, Россию больше не должна держать в заложниках идея единоличного владения правом на оружие только властью, ибо свободное гражданское общество - это вооружённое гражданское общество. Квартальные дружины и охранные комитеты, с всенародно избираемыми участковыми, как и перевод института полиции в узко-специализированную организацию профессионалов в криминалистической сфере. Государство перестанет быть жандармом, и начнёт пользоваться шваброй по назначению.

Все так называемые пять ветвей власти давно ждут часа, когда они будут очищены от марксистской вони про диалектику и классовый подход, и окончательно выведен из традиционного философско-правового дискурса определение государства как единственно возможной формы современной власти; пять ветвей ждут, когда они станут существовать полностью автономно, не являясь ни фактически, ни идейно продолжателем дела архаичного централизованного сталинско-путинского государства.

Единственной задачей и пользой от старого государственного института в новом обществе будет поддержание бесперебойного административного обслуживания, а также ведение вопросов хозяйственного значения; этакая публичная платформа для консолидированного решения глобальных управленческо-хозяйственных вопросов, при этом лишённая возможности единолично решать, запрещать, навязывать и насиловать.

Распад атомов власти

Если рассматривать правовую часть публичных дискуссий, многие "борцы за безвластное общество" теряют дар внятной речи, пропадая в абстрактных полунаркотических бреднях о коммунах, общинах первобытного типа и прочих орденах ассасинов. Круговая порука вечной молодости самой идеи существования в обществе без государства не позволяют апологетам просроченных доктрин позволить себе пофантазировать на "взрослом", цивилизованном языке.

Когда анархистская теория обладает мощным скрытым оружием в вопросе устройства нового общества, их адепты зачем-то начинают дискредитировать свои умственные способности и пускаются в научную фантастику, чем естественно отталкивают от себя широкие слои населения, и игнорируя уже имеющиеся эффективные инструменты. Можно понять романтическую искренность и идеализм, нельзя понять политическую недальновидность и невозможность адаптировать свои взгляды под языки разных целевых групп.

Позиция отдельных теоретиков, в частности западных, нередко пускается в примитивный необольшевизм под прикрытием идей защиты прав и свобод отдельных сообществ, фактически запрещая культуру диалога, компромисса и "честного публичного суда". Грош цена идеям, если их не понимают широкие слои, ибо незнание и сектантство - это самое мощное оружие наших врагов.

Народнический политический проект предлагает принципы регионализма, как идеологическую и научную основу реальной замены архаичного государства-левиафана в России сегодня, а не в абстрактном будущем когда-нибудь завтра. Передача максимума функций и полномочий старой власти в руки избранной посредством прямой демократии региональных правительств, "освободит" и естественно ослабит великодержавного унитарного левиафана.

Распад власти на более мелкие формы управления, при сохранении единства и сотрудничества, рассредоточение хозяйственных функций в множества автономных республик, признанных в границах привычных всем регионов, обесценят суть идеи о незаменимости государства, даже у самых фанатичных скептиков идей анархии. Начало борьбы за регионализм будет положено во-первых, упомянутой отменой всех критериев сверху для кандидатов в выборах на должность глав регионов; во-вторых, ниже описанной реформой партийной системы; в-третьих, с введением обязательных выборов на всех уровнях власти и на все публичные должности: мэры, главы поселений и пр. Никакого участия в этом никакой центральной орган федерации принимать не имеет ни морального, ни законного права. И не будет, регионы не позволят.

А что про людей? Как отнесётся неискушённый обыватель к регионализму? Жители регионов уже сегодня сами заинтересованы больше в региональной повестке, чем в федеральной или мировой; они в большинстве безучастны к судьбам федеральных политиков, но при этом намного свободнее в ней ориентируются и живо откликаются на региональную повестку (см. протесты на Шиесе, протесты против ареста Фургала, противостояние за Куштау и пр.); жители имеют прямой собственнический интерес к области региональной политики, так как от этого прямо и понятно зависит уровень и качество не только жизни и поддержки, но и развития региона. Лужи во дворах и разбитые дороги до отдалённых деревень говорят намного больше о работе политиков, нежели эсхатологические и пророческие высказывания абстрактного престарелого вождя где-то в далёкой столице. Лишая власти региональное правительство, режим намеренно поддерживает оторванность всеобщего интереса от политических процессов в высших кабинетах страны.

Безусловным подспорьем стремительного роста регионализма станет легализация статуса региональных партий, которые будут иметь возможность объединяться в федеральные коалиции и фракции, для участия в парламентских выборах. Они будут заинтересованы на разработке актуальных для проблем жителей региона предвыборных программ и политических лобби, и региональный статус лишит партийных активистов соблазна "большой власти". Важно сосредоточить политическую активность и борьбу в рамках отдельного региона, под пристальным надзором живущих и работающих здесь каждый день, тем самым естественным образом распространяя в обществе позитивную практику политической вовлечённости всего гражданского общества.

При развитом регионализме граждане будут знать политиков не по телевизионным эфирам и скандальным уголовным делам, а по жизни рядом с ними в одних районах и посёлках, и наглядной оценке их деятельности каждый день. Для чего в региональном парламенте громкоголосый коммунист, не умеющий организовать независимый профсоюз если не для просиживания штанов, и растрачивании народных средств? Какой толк от либерального демагога, рассуждающего о ценностях демократии, и ни разу не организовавший эффективное коллективное предприятие любого масштаба?

Таким образом, анархический регионализм породит и закрепит основы прямой гражданской политики, когда управленческие процессы больше не являются привилегией и особенностью одной узкой группы лиц, но состоит из живущих здесь и сейчас граждан, имеющих частные проблемы и интересы. Регионализм вытравит из российской политики вонь демагогии и дешёвой популистской манипуляции. Регионализм спустит кабинеты власти на первый этаж.

Федерация свободных республик

Хорошо, скажут нам кухонные либералы и марксисты, а как же быть с внешней политикой, как быть с организацией и контролем горизонтального взаимодействия между автономными регионами? А если война, а если в поход? Как решать конфликтные ситуации между регионами, и как не стать жертвой сепаратистских настроений, в результате которой эта конструкция может пасть Мы предлагаем не изобретать велосипед, а обратиться уже к существующему федерализму, с небольшой доработкой под российские пост-имперские реалии.

Под федерализмом мы понимаем не ту декоративную пародию, которой называл последние тридцать лет себя действующий режим чиновников и потомственных силовиков. Народнический федерализм означает равноправное и закреплённое в основном законе страны сотрудничество и открытая коммуникация на горизонтальном уровне между регионами (повышенных до статуса республики), и имеющих как свои ветви власти, так и свою конституцию, с возможностью автономно влиять на политику. Здоровая и адекватная федерация призвана приумножать достаток и уровень развития внутренних регионов, при этом поддерживая и развивая интересы друг друга на внешней арене. Безусловно, опыт СССР и дальнейшая трагичная судьба демократии в большинстве пост-советских республик, наглядно нам продемонстрировали необходимость поиска компромисса для сохранения единства всех регионов, ибо это станет не только удержанием взаимодействия в одном культурно-историческом пространстве, но и очевидным гарантом сохранения суверенитета каждой республики и работающей части инфраструктуры от прошлых режимов. Нельзя наивно полагать, что возможным послаблением силовой империи не попытаются воспользоваться многие геополитические силы, поэтому именно федерализм позволит не растаскать мировым манипуляторам регионы на части, какие-то отбросив на десятилетия в развитии назад, какие-то снова обратив в колониальное подчинение, а кого-то и просто вероломно захватив прямым силовым методом. Безответственно также в этом вопросе забывать о вопросе ядерного вооружения, крупной промышленности, энергетическом и ресурсном секторе.

Так как главы всех региональных республик будут избираться прямым голосованием жителей региона, без каких-либо муниципальных фильтров и одобрительных жестов из столицы, будет пересмотрена роль Совета Федерации, который сегодня превратился в политический балаган при царском дворе. Новый Совет Федерации будет состоять только из избранных глав республик, а также представителей региональных парламентских фракций, и никаких представителей президента и прочих выходцев из соседних ветвей власти. Именно Совет Федерации примет на себя функции назначения представительного лица, который заменит институт президентства, и будет значительно урезан в полномочиях и функциях. Совет Федерации коллективно и на принципах федералистского равноправия позволит сохранять и преумножать интересы и развитие регионов, получая верификацию своих законодательных проектов у профильных институтов гражданского общества.

Тщательному обоснованию и анализу принципов федерализма, мы регулярно посвящаем наш научно-политический материал, всё есть как в содержании канала, так и в открытом доступе, достаточно вбить в поисковик: федерализм. Сейчас мы снова нагружать массивом текста на эту тему не будем, общие принципы федерализма мы обсуждаем часто и без этого.

Пятая ветвь безвластия

Ключевым ядром, идеологом и защитником федерализма и регионализма сегодня (а значит и исчезновением государства завтра), этаким стихийным анархистом выступает пятая власть, в американском понимании этого слова, где подразумеваются независимые профсоюзы и работники блогосферы. Сочетая экономические и публичные инструменты воздействия на государство и общество, пятая власть уже сегодня во многих сферах фактически полностью уничтожила необходимость в государственном вмешательстве и контроле.

Развитый синдикализм подразумевает высокую культуру самоорганизации и низового взаимодействия независимых органов кооперации работников различных сфер, а также широкие права в области не только защиты трудовых прав, но и в осуществлении правотворчества и контроля за работой всех органов власти. Таким образом, синдикализм в народнической концепции общества и власти выступает экономическим фундаментом нового ненасильственного порядка. Если поддаться либертарианским идеям того, что "рыночек всё порешает", на выходе как итог ожидаемо появится радикальный корпоративизм под обличием уже привычного и известного нам фашизма. Рынок должен расти и развиваться как дикий куст, однако его беспорядочные и порой очень острые ветви должны аккуратно подрезаться садовником в лице пятой власти.

Если экономика действительно является базисом, то главным двигателем в истории развития экономики и политики должен быть не абстрактный класс, фактически прикрывающий политическую группировку карьеристов, а сложная развитая сеть независимых профсоюзов, организованных в конфедерации и ассамблеи, имеющих возможность посредством коллективного обращения прямо воздействовать на все ветви власти, гарантируя тем самым не вмешательство новой власти в общественно-экономические вопросы развития. Нельзя здесь не вспомнить про роль и важность этнонациональных форм коопераций, через культурно-языковые сообщества и набирающую сегодня популярность направление народных децентрализованных сходов. Не класс и не базис должны подчинять интересы всего народа своим личным интересам, но гражданское общество должно быть готово к борьбе и способно противостоять узурпации власти, под видом любой политической повестки.

Необходимо ликвидировать декоративные профсоюзы и искусственно рождённые сверху проекты блогосферы; лишить их возможности возрождения в дальнейшем через законодательный отказ от унитарной формы кооперации профсоюзов на федеральном уровне - только конфедерации, с преобладанием полномочий именно у первичных ячеек, а не кабинетных пыльных цэка. Только поддержанные членством и активностью целевой аудитории. Не одни независимые профсоюзы, но и различные кооперации мелких и средних предпринимателей в решении вопросов без государственного вмешательства, позволят эффективно развивать минархические традиции в обществе. Федерация заменит государство.

Дать возможность будущему

Десять лет назад разговоры о вкладе хотя сотни деревянных рублей в какую-то там вымышленную виртуальную криптомонету, никак не подтверждённую ни ресурсами ни драгоценными металлами, и не подконтрольная всем правительствам мира, и регуляторам мира... всё это казалось бреднями гиков и ботаников. Мы не можем знать, что научно-технологический прогресс человечества может дать завтра и каким образом лишить нас старых форм насилия и эксплуатации. Всё, что мы можем - это создать благоприятные условия для жизни членов общества и их равных возможностях в научно-технологическом и культурном творчестве, наиболее максимально соответствуя принципам прямой демократии и самоуправления. Мы можем и должны поддерживать те институты, что позволят нам контролировать и развивать нашу нравственность, наше переосмысление традиций, наше интеллектуальное и психологическое воспитание. Мы можем и должны закопать все костры, на которых в старом государстве подвергались сожжению заживо первопроходцы и революционеры, это следование законам социальной природы. Народническая власть будет приглашать государство, чтобы посчитать зарплату бухгалтерам в налоговой службе, и организовывать очереди за всякими справками.