Жетон | Филипп и Сандр

Сандр прекратил пить как только в его доме появился Поль. До этого четыре года он выпивал почти каждый вечер, не пиво, а коньяк, чтобы горечь и жар в желудке отвлекали от вечно ноющего колена и чувства собственной бесполезности. Но сегодня был особенный день. Раньше — счастливый, а сейчас особенно паршивый. Сандр отправил Поля к Жанне с ночевкой, чтобы бессовестно нажраться. Чтобы мысли из головы исчезли, чтобы не чувствовать вины.

Он пил на кухне, за столом, но свет был включен только в коридоре, полоса падала под ноги и на кусок стола, сам Сандр остался в тени. Он опирался на стол и подперев рукой голову смотрел на стакан полный янтарной жидкости. Он хотел остаться один сегодня. Превратиться в немыслящее тело и уснуть прямо за столом.

Расскажите богам свои планы, а они посмеются.

Раздался робкий стук в дверь. Сан знал, кто там. Просто потому что это не мог быть кто-то другой.

Сандр с тихим матом встал из-за стола и поплелся открывать. Нога ныла больше обычного.

За дверью, ожидаемо, стоял Филипп. В пальто, свитере закрывающим горло и с беспокойством в серых глазах. Сандр криво улыбнулся.

— Я бы сказал, что рад тебя видеть, но сегодня не тот случай. Зачем пришел?

Фил, тонкий, как тростинка, зараза, вскользнул в квартиру и уже снимал пальто.

— Думается мне, что я должен быть здесь, с тобой.

Сандр потер виски.

— Ты хреновый собутыльник, свалишься от одного стакана.

греться воду. Достал из сумки чай с травами, привычным жестом взял с полки заварочный чайник. Он его и купил. Белый фарфор с узором ветвей. Сандр хотел улыбнуться от того, насколько они с Филом стали близки, но тоска высасывала силы и поднять вверх уголки губ стало непосильной задачей.

Сандр сел за стол и вытянул ногу. Взялся за стакан, выпил глоток. Филипп сел напротив и налил немного из чайника в кружку. Отпил.

— Ты можешь не рассказывать. Но одного я не хочу тебя оставлять.

Сандр кивнул и опрокинул весь стакан в себя. Говорить не хотелось, но от присутствия друга стало не так паршиво. Словно он разделил тоску на них двоих. От этого вина сильнее сдавила горло. Он выдохнул и потянулся к бутылке, на стол он ее поставил опустошенную наполовину.

Они молчали. Долго. Сан не считал, он смотрел на руки держащие кружку, губы, которые не улыбались как обычно. В серые глаза. В них стояла такая же тоска. Фил думал о чем-то своем, о свей боли. Но он был рядом, протяни руку — он ее сожмет в своих. Холодные, даже после чашки.

Сандр не стал протягивать руку. Он сжал в ладони жетон висевший на шее и выдохнул. Готовился.

— Сегодня был бы день рождения у Льва. В этот день я стандартно надираюсь, чтобы побыть мертвым, не помнить ничего хотя бы немного. Когда он был жив, мы устраивали праздничные концерты в этот день. Или он тащил нас куда-нибудь к воде или в горы. Как раз холода начинались, ему нравилось подкалывать меня, Жанну. Он вообще шутником был тем еще. З-засранец чертов.

Сандр не хотел думать почему его щеки такие мокрые. Он смотрел в стол. Его руки вдруг коснулось что-то холодное. Фил сжал его ладонь.

— Каким он был?

Сан криво улыбнулся.

— Он был моим другом. Мы с ним столько дерьма пережили. Когда мама умерла он заставлял меня продолжать жить, мы тогда совсем мелкие были, только 18 исполнилось. Он таскал меня по лесам и барам. Он и Жанна меня тогда вытянули.

Сандр вдохнул сквозь сжатые зубы.

— Жанна в этот день обычно в приюте до ночи. Когда я работал, то тоже брал смену, теперь смену не взять. Справляюсь как могу.

Филипп крепче сжал его руку.

— Поль у нее сейчас?

Сандр кивнул. Потом мотнул головой, чтобы слезы упали. Вытереть их было стыдно.

— Пригласи ее сюда. Вместе с Полем.

Сандр вскинул голову и взрыкнул.

— Нахрена? Что бы мы обнялись и размазывали сопли? Это ничего не изменит.

Фил взял вторую руку в свою и крепко сжал обе. Он смотрел на Сандра в упор, словно пытался добраться до нутра через глаза.

— Так нужно. Пока вы говорите о нем, его жизнь имела смысл. Когда кто-то умирает у нас остаются лишь воспоминания. Смерть это всегда больно. Для всех. Я уверен, что он бы хотел устроить вечеринку на свой день рождения, а не наблюдать, как ты убиваешь себя алкоголем.

Сандр нервно улыбнулся.

— Да, это в его стиле. Он всегда шутил, что нам нужно из его праха сделать рождественский шар.

Сан не стал спорить, хотя идея казалась ему глупой. Просто рядом с Филиппом очень хотелось жить. Он служил своеобразным обезболивающим от всего. Сандр написал Жанне, чтобы она приехала вместе с Полем. Ответ пришел быстро.

«Будем через полчаса. Не выжри весь спирт в доме»

Фил тоже кому-то что-то написал. Сан был слишком уставим, чтобы думать об этом.

Сан достал чашку с уткой-детективом и налил себе заварки. Разбавлять не стал, только сахар добавил. Сел рядом с Филиппом и прислонился к нему плечом.

В дверь позвонили уже через двадцать минут. Потом послышался звук ключей. Дверь открылась и в квартиру вошли мокрые как мыши Жанна и Поль. Сан хмыкнул и захромал до полотенец.

Поль стянул кроссовки и поставил на стол торт. За ним тянулся мокрый след, на веснушчатое лицо падали капли с длинных волос.

— Я на свой вкус взял, ничего?

Филипп приобнял Поля за плечи.

— Это хорошо. Иди переодевайся в сухое.

Жанна уже вытирала длинные волосы полотенцем.

— Поль, мне тоже что-нибудь найти, футболку какую.

Поль кивнул и скрылся в комнате Сандра. Вышел оттуда уже в сухой майке и носках, для Жанны тоже нашлась майка. Тоже из шкафа Сандра.

Они сидели за столом. Жанна с надеждой смотрела на недопитый коньяк. Фил не стал убирать бутылку, но поставил перед Жанной чашку с чаем. Жанна вздохнула и отпила из чашки с довольной улыбкой.

— Идеальный. Спасибо, Фил.

— Всегда рад помочь.

Сандр снова расположился на стуле, Поль притащил табуретку и не спрашивая разрешения поднял больную ногу на нее. Удостоверившись, что Сандру удобно он тоже сел за стол.

Молчание было недолгим. Сандр вздохнул и заговорил.

— Сегодня день рождения моего друга, — он приподнял жетон, обозначая.

Поль кивнул и склонил голову набок, как птица. Он ждал, что Сан скажет еще. Сан говорить не планировал, но видя интерес Поля продолжил.

— Он умер, пока служил в армии. Много лет назад. Мне тогда 24 было, ему только 23 исполнилось.

В горле встал ком, Сан потянулся было за коньяком, но остановил себя. Он не станет пить при Поле, уж тем более не покажется ему пьяным. Отпил из чашки. Имбирный чай. Стало легче. Жанна тоже отпила из кружки.

— Мы в школе одной учились. Сан и Лев даже в одном классе. У нас была группа, Лев был электрогитарой. И пел еще. Мы все пели на самом деле. И тексты писали все.

Она немного помолчала и продолжила.

— А потом Лев ушел служить по контракту, а мы с Саном ушли учиться на ментов.

Сан сжал кружку сильнее, говорил тихо и зло.

— И я и Жанна думали пойти за ним. Но он сказал, что мы гражданке нужны. Он обещал присоединиться как контракт закончится. Ему осталось служить два месяца, когда он погиб.

Они не сказали, но в воздухе витали мысли.

«Мне стило пойти с ним...»

«Если бы я его отговорил?»

«Почему я жив, а он нет?»

Филипп приобнял Поля за плечи, в глаза мальчика отражались боль его взрослых. И свет. Он встал и скрылся в своей комнате, но уже через пару минут вернулся с гитарой в руках. Впихнул ее Сандру в руки.

— Спой ваши песни. Те которые Лев писал. И где вы все вместе поете.

Сан вздохнул. Дышать было тяжело, но он впервые почувствовал, как груз горя падает с его плеч.