Жаба-коммивояжёр
Alice & Sean AmerteДжонсон и жаба. Часть 1 – Идея
Полумрак и зудящее волнение настольной лампы. За стеклом справа – опустевший на ночь офисный этаж. А слева за окном, наоборот, оживший город, манивший Джонсона бросить всё, как есть, на полустроке недописанного кода и спуститься вниз, к людям, влиться в толпу, влить в себя её шум, вкус, сам смысл существования.
Смысл. Он упорно бился головой об это слово, засевшее в сознании. Не было никакого смысла во всех тех программных обеспечениях, над которым он работал, усердно трудился годами, пропуская семейные ужины и даже свадьбу сестры, мотивировав это тем, что если он, вдруг, такой важный и нужный человек не будет на месте во время релиза обновления на смарт часы, то миллионы таких же девушек, как она, останутся недовольны и купят часы у другой фирмы. Часы!
Джонсон заглянул в пустую чашку. Кофейные кольца смотрели на него изнутри. Вот – даже кофе, и тот иссяк, что уж приходится говорить об идеях: изменить мир. Слоган всей компании крутился вокруг этого: «Мы меняем ваш мир к лучшему». Только Джонсон себя лучше не чувствовал, с каждым днём всё больше тупо глядя в экран и всё меньше создавая чего-то действительно важного...
Последние несколько месяцев он усердно работал даже не над реализиацией идеи, а просто в поисках того, чтобы она – идея – появилась. Он читал ленты и новостные паблики, посещал конференции, слушал топ-менеджеров крупных фирм. Всё, чего он хотел: найти что-то невообразимое. А затем воплотить. И так и не найдя ничего, решил, что напишет программу, которая будет искать идеи.
Краем глаза он заметил движение в офисе.
– Какого?..
Джонсон потянулся к телефону, чтобы вызвать охрану, но застыл с поднятой рукой. На него через стеклянную дверь смотрел низенький человечек, одетый так, словно он вышел из мультиков детства: в длинный бежевый плащ и широкополую шляпу. Человечек вежливо постучал в дверь, приотрыл её, заглянул.
– Мистер Джонсон, у вас не найдётся ли минутка?
– Нет. Как вы сюда вошли? А неважно. Убирайтесь!
Программист, человек-легенда, основатель трёх провалившихся стартапов и двух маленьких компаний по аутсорсингу – и просто хам. Джонсон встал, чтобы закрыть дверь, но человечек в плаще ловко скользнул в его кабинет и уже устроился поудобней в кресле-мешке.
– Я подожду, если вы не против. Подожду.
Хмыкнув, Джонсон вернулся за рабочее место. Пальцами коснулся клавиш, а из-под лба наблюдал за низеньким человечком. Тот смотрел в ответ. Пристально. Возможно, он даже не моргал. Джонсон отовдинул от себя клавиатуру и грудью опустился на стол, всматриваясь под шляпу. В ответ на него смотрели больше круглые глаза по обе стороны зелёной пятнистой головы.
– Жаба! – В ужасе Джонсон вскочил и прижался к стене. – Да вы, ты, ты... жаба!
– Ну да, – посетитель выпустил из-под плаща четырёх-палую лапу, прихватил ею шляпу и снял. Учтиво кивнул головой Джонсону. – А ты – человек, но я же не кричу об этом?
Программист почесал нос.
– И правда, не кричишь. Разве жабы умеют говорить на нашем, человеческом языке?
– Слушай, – посетитель вздохнул, тряхнул головой, будто пытался закатить глаза к потолку. – Я тут не для того, чтобы тебя развлекать.
– А для чего?
Любопытство взяло верх над Дожнсоном, и он, осторожно крадучись вперёд на полусогнутых ногах, разглядывал блестящую кожу жабы – влажную, понял он. Возможно, от слизи.
– Ты тут спрашивал идею. Мы услышали твой вопрос. Я принёс ответ. Берёшь или не берёшь?
Вмиг у жабы в руках появился чемоданчик: чёрный, строгий кейс – будто из фильмов про шпионов. Джонсон подтащил стул к жабе и плюхнулся на него, упираясь руками в спинку.
– Окей, беру. Что у тебя там?
Щёлкнув замочками, жаба раскрыл чемоданчик. А внутри него было всякой всячины несчесть. Причудливые формы, блестящий полированный металл, цветные кнопочки – и это только снаружи.
– Ты можешь взять только одно, – жаба протянул ему чемоданчик, придерживая под дно и за крышку.
– Вот так просто?
Жаба покачал головой.
– Ладно. Сколько это будет мне стоить?
Жаба снова покачал головой, но как-то иначе. Удовлетворённо.
– Ну давай так: десять процентов с продаж.
– С продаж? С продаж чего, я ж ещё ничего не сделал! – Воскрикнул Джонсон, а сам уже присматривался к тонкой дуге, похожей на обруч. Такие ещё девочки в садике носят, когда наряжаются принцессами.
– Да всё схвачено, человек. Мы в тебя верим, – и ещё ближе пододвинул кейс.
Джонсон без раздумий вытащил дугу – уж больно она ему по душе пришлась, лёгкая и изящная. Такое под стать девочкам-подросткам. От такого без ума женщины, которые тратят много времени в спорт-зале и на беговой дорожке в Центральном парке. А ещё их легко сломать, потерять, и совсем не сложно заменить...
Словом – бизнесу такое нравится. Это можно продать.
Джонсон и Жаба. Часть 2 – Инновация
Джонсон не стал дожидаться, когда жаба выйдет из здания – если он вообще собирался выходить, потому что что-то подсказывало человеку, что это создание пришло не через парадный вход. Программист крепко держался за устройство, другой рукой сжимал инструкцию, полученную от коммивояжёра.
«Устройство телепатической связи», – значилось на титульной страничке. Внутри, вопреки ожиданиям Джонсона, была инструкция не как этим пользоваться, но как это воспроизвести.
Такая простая схема. Элементарная! Как он, программист с двумя высшими образованиями, одно из которых – инженер-технолог – не смог сам дойти до такого элегантного решения?
Джонсон был в восторге, и он не терял ни минуты своей жизни. Поспешив в лабораторию, он на ходу перелистывал белые странички. Где-то на задворках сознания он задавался вопросами, как то:
– Почему жаба ходит на двух ногах?
Цирковая. Обученная. Может, модифицированная.
– Откуда жаба знает язык людей?
Инопланетянин?
– Зачем жабе шляпа?
Последнее, пожалуй, волновало Джонсона больше, чем то, какие ещё устройства хранились в его чемоданчике.
Простые схемы. Изящные формы. Лёгкая конструкция. Всё, что Джонсон держал в руках, было не более чем обновлённым телефоном. Так там и было написано в инструкции после пункта о создании первой копии: позвоните.
И ему пришлось ждать до утра, пока кто-то придёт и поможет. А за это время Джонсон выучил всю инструкцию и сжёг её, не оставляя никому и шанса убрать его с дороги к пьедесталу гения, подарившему миру нечто совершенно новое и прекрасное.
«Мы позвоним вам»
Белая надпись на синем фоне, синем небе над улыбающимися людьми, изображавшими семью.
– Мы позвоним вам? – Джонсон швырнул на стол рекламную брошюру. Под бумагой лежали и другие отброшенные варианты. – Я создал то, что не требует больше никаких звонков, а вы что? Что это за ерунда? Что это, я спрашиваю?!
Он кричал на женщину с короткой стрижкой, а она только кивала в ответ. Женщина не была причастна к тем слоганам и коллажам, которые отдел маркетинга налепил в спешке, но она обязательно им всё передаст. А они, в свою очередь, передадут дальше, каким-нибудь фрилансерам…
– Если они не могут создать гениальную рекламу для моего изобретения, то как оно будет продаваться? Никак!
Выдохнув, Джонсон упёрся руками в бока. Он махнул женщине, отпуская её, и устало смотрел в окно, на город. Ему ещё столько всего нужно сделать, его товар уже запакован в коробочки и готов к отправке по магазинам. Вечером у него будет большая презентация, после которой откроются первые эксклюзивные продажи. Он – гениальный человек, Джонсон, что вышел из коробки!
Весь мир упадёт к его ногам.
– Что ещё я должен сделать, чтобы все купили мой продукт? – спрашивал он у отражения.
И на какой-то момент ему показалась зелёная маска вместо лица.
Он подумал: да бог с ними, с рекламными баннерами. Он и сам – почти бог. И пока люди верят ему, верят тому, что он показывает, его устройство будет продаваться.
Всего один год прошёл со встречи с жабой, и за это время Джонсон успел сделать четвёртый стартап, нанять специализированный штат и начать продажи так, будто он ворвался с новым видом технологии в мир, который без него никогда бы и не смог сделать этот прорыв. Он основал компанию Golden Egg и перевёл туда весь штат ранее нанятых людей. Сначала арендовал, а после и выкупил небольшое здание в десяти минутах от бизнес-центра города, сделал ремонт, посадил туда сотрудников. На его столе было так много резюме желавших оказаться в рядах первопроходцев, что ему пришлось нанять девочку, чтобы она занялась этим всем.
Если у него получится – нет, не если, а когда! – он расширит фирму и покорит мир.
С этими мыслями Джонсон сел в машину, приехал на большое представление перед тысячами посетителей, журналистов, писателей, и представил своё творение в прямом эфире. Джонсон презентовал устройство телепатической связи – с его помощью можно было общаться с кем угодно на каком угодно расстоянии.
На Джонсона обрушилась критика, ведь он своим изобретением поспособствовал тому, что тысячи операторов сотовой связи по всему миру лишились работы. Не в одночасье, но зачем обслуживать то, что больше не нужно?
Джоносона восхваляли. Он стал лицом журнала Forbes, получил премию, и билборды с его товаром размещались во всех странах мира.
Изобретателя устройства, надев которое и представив человека можно было увидеть его лицо и начать с ним говорить, обвиняли в шпионаже. Другие же нашли применение его изобретению в порно индустрии. Военные были в восторге, пока не поняли, что устройство работает в обе стороны, и старые-добрые рации были куда безопасней и надёжней.
Golden Egg стала самой прибыльной компанией за год. В следующем году компания стала самым желанным местом работы, но не спешила открывать свои двери – им нужны были специалисты высокого уровня и только таких компания готова была буквально перекупать из других стран.
Джонсон и Жаба. Часть 3 – Дань
На третий год, когда Джонсон отдыхал на своей яхте, откуда ни возьмись пришёл жаба.
– Так-так, вижу, у тебя все пошло нормально. Ты всё наладил, не так ли, человек? Пора платить: десять процентов с продаж.
Джонсон не поднимая головы с шезлонга связался со своим бухгалтером.
– Помнишь, я говорил тебе отсчитывать процент на отдельный счёт? Проверь, что всё сходится, и пришли мне данные.
Как только лицо пожилого мужчины исчезло, Джонсон увидел склонившегося над ним жаба. Под палящим солнцем зелёная кожа быстро высыхала.
– А мне деньги нахуй не нужны, человек, кто говорил про деньги? Мне нужны человеческие души.
Президент компании резко сел, пролил на себя коктейль.
– Да что ты мелишь! Я не могу распоряжаться человеческими душами!
Жаба покачал головой и шлёпнул лапой человека в грудь.
– В чем проблема? – Он убрал лапу и отошёл на шаг, оценивающе оглядел человека с головы до ног. – В общем-то, между нами, с людьми ничего не случится. Люди останутся живыми-здоровыми. Не знаешь, с чего начать? Как насчёт твоей фирмы? У тебя большой штат работников, просто выделяй оттуда.
– Но… как?
– Ты же на юриста учился. Придумай!
Джонсон отвернулся на одно мгновенье, за полотенцем, но этого хватило, чтобы его странный гость исчез. По возвращению в город он велел юридическому и кадровому отделам пересмотреть политику найма в компании и все сопровождающие документы. И вот уже через три месяца Golden Egg открыла свои двери всем желающим поработать на мировой бренд. Работу получали все, любой квалификации, и получали за свои труды хорошую зарплату.
Мало кто читал договор до конца. Единицы спросили всерьёз ли там написано, что, подписывая договор, они также подписывают соглашение отдать душу за компанию.
Вскоре в компании стало очень много людей и очень много идей как улучшить продукт. Некоторые из них были вполне годными, и Джонсон без зазрения совести воплощал их в жизнь и выдавал за свои. Но ни он, ни отдел кадров, никто не обращал внимания на то, какая в компания была текучка людей и что многие после увольнения становились такими безликими и опустошёнными, – выгоревшими, как любили говорить эйчары, – словно зомби, ничем и никем не заинтересованные. И таких людей становилось всё больше.
На пятый год существования компании Джонсон заметил маленьких человечков в городе. Нет, не человечков – жаб, одетых как люди. Они ходили по улицам, ездили на такси, покупали хот-доги и читали газеты. Они были повсюду: оранжевые, красные, зелёные, синие жабы.
Джонсон схватил ближайшего зелёного за лапу и повернул к себе.
– Какого чёрта тут творится?!
– Великий пир! – Жаб радостно хлопнул пальцами-бубочками. Между ними натянулась слизь. – Люди отдали себя нам, люди такие тупые! Мы в восторге! А есть у вас ещё? Мы хотим забрать все ваши души!
Жаб подпрыгивал от восторга, вынуждая Джонсона отступить.
– О чём ты? Он же сказал, что люди не пострадают! Вы обещали мне! – кричал человек.
На него обернулись все вокруг жабы. Люди же проходили мимо – серые, жалкие копии себя прежних.
– Люди живы-здоровы. Мы честно выполнили своё обещание. Мы изменили ваш мир к лучшему, дали вам непрорывную технологию, а вы отдали за неё самое ценное, что у вас есть: ваш творческий потенциал, ваши души. Это ли не идеально? Никто теперь не хочет грабить, убивать, воевать. Никто не будет лучше другого, потому что всем всё равно. Потому что мы уже забрали у вас всё. Мы забрали ваши души.
По улице растёкся клекочущий звук. Жабы смеялись.