You'll go to hell

Су-Бон может поклясться всем, что у его дороги жизни есть только один путь. Ни асфальта, ни фонарей, и он не собирается строить её сам. Ему это вообще не въелось, к тому же, с его-то отцом, который сидел несколько раз.

Бутылка виски, старый косяк, найденный под кроватью случайным образом, ложится в лёгких как будто он был для этого и предназначен. Это как ебаться геям в одну дырку, не предусмотренную для этого.

Но Су-Бон, конечно, о таком никогда и не думал. И в голове-то не было мысли таким заниматься! Правда ведь?

Виски нетронутое, скрип двери, знакомый голос, чёрные волосы до плеч. Нет, его тут только не хватало.

— Съебись.

— Су-Бон, слушай...

— Я сказал, проваливай. — Стеклянная бутылка летит в сторону Нам-Гю.

Он успевает увернуться, отскочить, взвыть, и остаётся в живых, но штаны впитывают спиртное.

— Да что с тобой не так?!

— На себя посмотри, педик ебучий, ходишь как девка. Удивительно, что тебя еще не запинали до смерти.

Нам-Гю кривится, но принимает это как факт. Кажется, он был готов к этому в любое время. Был готов к смерти, не более. Одновременно парню смешно и обидно, ведь буквально вчера они переспали, а сегодня Су-Бон принимает облик гомофоба. Хотя, чего было ожидать?

— Это я – педик? — Смешок скользит по стенке щеки, заставляя улыбнуться.

— А кто? Я?

Нам-Гю смеётся громче. Это реально смешно, до того времени, когда его за шкирку не выносят в коридор и не бросают на пол. О, познакомиться с родителями на второй день после секса? Удивительное явление, ещё бы.

— Здравствуйте... — Сложно разговаривать, когда тебя душат обувью с такой силой, что по ощущениям в шее ломаются кости всего тела, которые внезапно захотели перейти в более узкую зону. В тесноте да не в обиде, как говорится.

— Если ещё раз твоя нога окажется в этом доме, я тебе её отрублю вместе и с твоим хуем, а потом заставлю тебя его проглотить. — Мужской голос, хриплый от непросыхания, грубый от злости, и возбуждения, в надежде, что нога Нам-Гю ещё зайдет к ним в гости, плюется в лицо длинноволосого.

Хруст звука свободы зуба от челюсти парня доносится до ушей Су-Бона. Он не вмешивается, ему достанется ещё хуже, только попозже. Сейчас ему надо к этому смириться и подготовиться.

Выплевывая часть зуба, Нам-Гю думает, что ещё никогда так не взбодрялся утром. Хороший способ, правда он предпочитает больше кофе.

Его пнут в пах, а потом за волосы оттащат в входной двери. Кинут на лестницу крыльца, которая покрытая льдом, и плюнут в подарок.

Нам-Гю скатывается, ощущая каждый изгиб позвоночника. Не супер приятно. Схаркивая еще раз возле своего лица, он встаёт, держась за челюсть.

— Что тут делал этот педик?! — На всю улицу кричит всеми любимый отец Су-Бона. Его ненавидит весь Саутсайд, если не весь Чикаго, всё население США и ближайших стран.