Язык Третьего рейха
1. Скудость языка, принципиальная бедность, однообразие и высокая степень унифицированности (одни и те же клише во всех сферах). Эффект действия пропаганды и партийных изданий, которые задавали не только общий тон, но в значительной степени определяли и сам язык.
2. Неразличение устной и письменной речи, приватной и общественной.
3. Доступность народу, апелляция к чувству (эмоциональность), а не к разуму.
4. Изобилие выражений, взятых из механики (при постоянных апелляциях к органическому началу и естественности).
5. Экспрессионизм, выражающийся в апелляции к воле и действию.
6. Инверсия смысла отдельных слов (фанатизм/фанатический приобрело исключительно положительный смысл)
7. Иронические кавычки (как знак сомнения в истинности цитируемого и символ не-нейтрального отношения).
8. Популярность древнегерманских и «нордических» собственных имен (и непопулярность христианских и ветхозаветных имен), «германизация» топонимов, имевших славянские названия, переименование улиц.
9. Мания сокращений и аббревиатур (настолько масштабная, что ближе к концу с ней начала бороться сама власть).
10. Нетерпимость к отдельным словам: система, философия, интеллект, интеллигенция, объективность, гуманность, Европа (за исключением военного периода, когда Германия позиционировала себя как защитница «Крепости Европа») и др.
11. Христианские (католические) реминисценции (при общей враждебности христианству и особенно католицизму): значимость веры в фюрера-спасителя, культ нацистских мучеников, «ориентация на христианскую трансцендентную мистику» (слово Рейх также имеет религиозные коннотации).
12. Широкое использование суперлативов (превосходных степеней), в т.ч. числовых (завышенные и непроверяемые данные), эвфемизмов, техницизмов (особенно в отношении людей), спортивной лексики (преимущественно из бокса), в меньшей степени – нацистских неологизмов («ариизация», «нордификация», «еврейские дома» и др.).
13. Широкое использование слов, обозначающих движение: прорыв (Aufbruch), буря (Sturm), атака (Angriff), молниеносный (Blitzkrieg) и др.
14. На финальном этапе – изобилие вуалирующей лексики, призванной затушевать неудачи на фронте («пониженная сопротивляемость» на «периферийных театрах военных действий», «гибкая линия фронта», «подвижная оборона» вместо «позиционного фронта», «теснины» вместо трудностей военного времени, «контролируемые кризисы» вместо поражений, враг не вошел на территорию, а его «пустили», возвращавшиеся в Германию колонисты совершали «трек»).
15. Увеличение числа и частоты употребления иностранных слов (они звучны и позволяют затушевывать нежелательные аспекты; чем-то похоже на современный неймдроппинг).
16. Частая смена регистров речи: от простонародности к наукообразности и обратно (эффект «контрастного душа», по Клемпереру, который обеспечивает важный эффект: не позволяет слушателю прийти в равновесие и включить критическое мышление).