Ясмин (Яс)

Происхождение

Ясмин был нежеланным ребёнком с момента зачатия. Его появление стало результатом насилия: бог жизни и смерти изнасиловал смертную женщину, после чего она забеременела. Это преступление не осталось без последствий — бога казнили, но ребёнок уже существовал и стал живым напоминанием о содеянном.

Рождение Ясмина сопровождалось генетическими и онтологическими искажениями. Он стал богом по природе, но его тело не соответствовало божественной форме: плоть медленно гнила, разрушаясь, не подчиняясь обычным законам жизни и смерти. Его существование изначально было ошибкой системы.

Мать Ясмина не любила его. Он был для неё не сыном, а доказательством насилия, символом разрушенной жизни. Тем не менее Ясмин рос рядом с ней, наблюдая, запоминая и приспосабливаясь.

С ранних лет он развивался во всех доступных областях: боевые искусства всех видов, стратегия, литература, письмо, политика, философия, риторика. Он поглощал знания не из интереса, а из необходимости — понимая, что сила бывает не только физической.

Чем старше становился Ясмин, тем сильнее он начинал напоминать своей матери того самого бога. Это сходство разрушало её психику. Со временем она утратила контроль над собой.

В один из дней она напала на Ясмина. Инстинктивно, рефлекторно — так, как его учили — он ответил. Он убил её.

Этот момент стал ключевой травмой Ясмина. Не из-за самого убийства, а из-за осознания: он способен лишать жизни без колебаний и сожаления.

После этого Ясмин окончательно сломался внутренне. Он утратил последние иллюзии, связанные с моралью, родством и запретами.

Когда один из богов пустил слухи о нём и его матери, Ясмин убил его голыми руками, оторвав голову. Это стало его первым осознанным актом убийства без аффекта.

С этого момента Ясмин усвоил ключевую истину этого мира: существовать — недостаточно. Чтобы остаться, нужно быть необходимым.

Формирование травм

Главной травмой Ясмина стало не насилие и не потеря, а осознание собственной заменимости. Он рано понял, что любую фигуру можно стереть, если система не считает её нужной. Это не вызвало в нём страха — это вызвало решение.

Он сформировал для себя внутренний закон: незаменимых не уничтожают.

Отсюда проистекают его ключевые искажения:

• Патологическая потребность быть нужным;

•Полный контроль над собственными эмоциями;

•Восприятие чувств как инструмента влияния;

•Отказ от спонтанности и уязвимости.

Нарушение божественных правил

Ясмин стал исключением из системы, созданной богами. Он научился существовать между их законами, находить лазейки и искажать сами принципы мироустройства. Его действия подрывали идею абсолютного порядка: он зарождал болезни, при которых невозможно умереть, ломал саму концепцию конца и наказания.

Это было не разрушение ради хаоса, а демонстрация. Ясмин доказывал, что даже божественные правила уязвимы, если понять их механику.

Манипуляция стала его основным способом взаимодействия с миром. Он не принуждает напрямую — он создаёт условия, в которых любой выбор приводит к нужному ему результату.

Манипуляция и контроль

Ясмин — высокоуровневый психологический манипулятор. Он тонко чувствует мотивации, страхи и слабости окружающих, выстраивая поведение так, что объект воздействия считает происходящее собственным решением. Его действия всегда просчитаны, а влияние — незаметно.

Он всегда выигрывает, потому что начинает игру задолго до того, как другие осознают, что стали её частью.

Сима: ключевая связь

Связь Ясмина с Симой началась задолго до того, как Сима был способен осознанно воспринимать происходящее. В момент рождения Симы Ясмин уже присутствовал в его жизни — не как родительская фигура в классическом понимании, а как наблюдатель и направляющая сила. Он влиял на формирование среды, в которой рос Сима, определяя, какие модели привязанности и зависимости станут для него нормой.

На раннем этапе Ясмин выступал как фигура знания и контроля, закладывая фундамент будущей зависимости. Сима рос, воспринимая присутствие Ясмина как нечто само собой разумеющееся, не отделяя его влияние от собственной идентичности.

Переломным моментом стал акт насилия со стороны Ясмина, после которого он исчез. Однако причина была не проста, Сима повторил судьбу отца Ясмина. Этот эпизод не был продолжением прежней динамики — он разорвал её. Для Симы произошедшее стало травмой, оставившей состояние опустошения и внутреннего распада. В период отсутствия Ясмина Сима испытывал к нему ненависть, отвращение и активное желание забыть произошедшее, вытеснить его из памяти и собственной идентичности.

Однако возвращение Ясмина радикально изменило психологическую конфигурацию связи. Именно после этого момента у Симы сформировалась резкая, нездоровая любовная привязанность. Ненависть трансформировалась в зависимость, а травма — в искажённое чувство близости. Ясмин стал для Симы одновременно источником боли и единственной точкой эмоционального притяжения.

Эта привязанность не возникла постепенно и не была результатом ухаживания или взаимного выбора. Она стала следствием травматической фиксации, где фигура Ясмина заняла центральное место как причина разрушения и одновременно как единственный, кто способен придать этому разрушению смысл.

Для Ясмина эта динамика была предсказуемой и управляемой. Он не стремился к взаимной любви в привычном понимании — его целью было закрепление незаменимости.