Янтарь и оникс
Танрэл ЛавелланСидя в своём кресле, принц вальяжно закидывает ногу на ногу, откидывается на обитую мягкой тканью спинку и откладывает перо. Его взгляд скользит по бумагам, мерно мерцающим свечам на столе, а после перемещается к окну. В распахнутые ставни врывается лёгкий вечерний ветерок, его прохлада приятно касается лица, заставляя отпрыска голубых кровей прикрыть на несколько мгновений глаза.
Когда он открывает их, то видит, что прозрачные шторы колышатся чуть сильнее, чем до этого. Он хмыкает и приподнимает руку, слегка шевеля пальцами.
- Выходите, генерал.
Подле правого подлокотника словно из теней соткалась высокая фигура, двигающийся тише ветра мужчина опускается на одно колено, прикладывает правую руку к груди. Пластинчатый доспех тихо шелестит, заставляя принца сесть ровнее и заинтересованно протянуть руку.
- Господин. - тихо шепчет вампир, беря в свою руку, покрытую доспехом, крепкую, но изящную кисть принца. Он припадает к ней губами в благоговейном жесте.
Принц усмехается, переворачивает руку, открывая созданию ночи слишком искушающие вены на запястье. Он слышит чуть более громкий вздох и довольно улыбается внутри. Ему нравится его дразнить. Нравится смотреть, как в столь преданном существе борятся желание и долг.
- Мой принц... - в голосе Сильвера слышится придыхание, нотки возмущения смешанного с восхищением. Свободной рукой снимая с себя шлем, он опускает его рядом на пол. Белые, как свет луны, волосы водопадом рассыпаются по плечам и спине. Генерал снова припадает к прохладной коже тёплыми губами, касается пульсирующих вен.
Принц улыбается. Довольно, с очередной победой. Он берёт вампира за подбородок и поднимает его голову вверх, заглядывая в глаза, что мерцают подобно самому дорогому янтарю.
Верный страж замирает, встречается своим светлым взглядом с глазами темнее самой северной ночи. Он тонет в этих омутах, что подобны ониксам. Они манят его к себе слишком сильно, настолько, что он забывает о данных клятвах, забывает обо всём, но каждый раз останавливается в самый отчаянный момент.
И именно это нравится Его Высочеству. Нравится балансировать на той тонкой грани с одним из сильнейших существ, что он знает. Пирсу нравится провоцировать столь покорного ему Сильвера, нравится знать, что тот связан клятвой и без прямого его разрешения не может сделать того, что хоть немного приравнивается ко вреду.
Вампир, что стоит перед ним на одном колене похож на мраморную статую. Точёные черты, красивый профиль, белые длинные волосы, светлый доспех и золотые глаза. Они могут гореть алым, принц знает это слишком хорошо. Как и знает то, что им одержимы. Особенно в такие моменты.
Отпустив подбородок генерала, он проводит длинными пальцами по его скуле.
Пальцы в грубых перчатках скользят по предплечью принца, приподнимая тёмную шёлковую рубашку. Горячие губы вновь касаются светлой холодной кожи, вампир приоткрывает их и в лунном свете сверкают длинные острые клыки. Он не кусает, лишь касается ими кожи, прикрывая глаза и глубоко дыша.
Пирс улыбается, опускает вторую руку на волосы создания тьмы, тянет ближе.
- Порадуй меня, мой прекрасный янтарь. А пока...кусай.