Яблоки для Красной шапочки

— Работаешь? — участливо спросила бабушка, нависая над экраном. Мира кивнула. Бабушка всё равно не заметит, что перед ней не английский и французский, с которых Мира должна бы переводить, судя по полученному диплому, а болгарский и древнекельтский. Бабушке это и не интересно. Хоть среднекитайский.

— Хорошо хоть платят? — спрашивает бабушка. 

— Хватает, — уклончиво отвечает Мира. 

Бабушка только качает головой. 

— Целыми днями работаешь, даже в праздники сидишь, — упрекает бабушка, но не Миру, само мироздание. — Должны хорошо платить. Вот лучше бы в банк пошла работать.

Бабушка приехала внезапно. Праздники же, что пенсионерке делать, как не привезти любимой внучке десяток баночек варенья. Бабушке сложно объяснить, что такое фриланс. Ещё сложнее объяснить, зачем Мира читает болгарские легенды в оригинале. Особенно, если ей за это даже не платят. Бабушка хочет внучке добра. А добром это всё точно не кончится. 

— Вот и зачем ты маешься? — спрашивает бабушка. — Сидела бы в офисе, зарплата, премии, мальчики вокруг приличные. Какая красота. 

А Мира мается. Потому что на балконе тихо сидит огромный волк, почти не шевелится, вежливый. Потому что волк пришёл к ней под дверь в пять утра и кнопку звонка носом нажал. Замер статуей, чтоб не напугать, с трудом прорычал-пролаял "Помоги", а потом выл от боли в звериных связках, топал передней лапой "один раз — нет, два раза — да". 

Мире было очень страшно. А волку очень страшно до сих пор. Потому что этот волк — человек. 

К моменту, как нагрянула бабушка, Мира уже успела поводить волка под поясом, натянутой ниткой и верёвкой с узлами, накинуть на него свою старую рубашку, эту же рубашку, но порванную на части, всё тот же пояс и скатерть, накормить его хлебом и, несколько раз извинившись, ударить деревянной кухонной лопаткой — одним словом перепробовать все более-менее доступные варианты из энциклопедий фольклора и найденного в интернете диплома по этнографии. Вилы, свечи и перепрыгивание рек пришлось оставить на потом. Волк грустно согласился сидеть как мышь. 

— Все крутятся, крутятся, — причитает бабушка, чем-то шурша в сумках. Мира вздыхает вместе с ней. Крутиться она не умеет. Тут особый дар нужен, тут поулыбаться, там покивать, в нужном месте в нужное время оказаться. У Миры талант оказываться только в ненужное время в ненужном месте, даже если это ненужное место — квартира, где она живёт. Отвратительный дар, а скольким уже помог. Зато Мира почти разбирает абзац про ворколака, может, всё же есть склонность к языкам, не ошиблась хоть с вузом. 

— Иди хоть чай попей, я пирожков привезла с яблоками, — кричит с кухни бабушка. Мира откладывает свои записи, идёт и обнимает бабушку. Просит рассказать деревенских сказок, говорит, для работы нужно. Бабушке не так уж важно, главное, внучке интересно, главное, внучка рядом. Бабушка рассказывает, что нужно накормить вавкулака свадебным пирогом.