Я/Мы человек-слон

Политическая философия как таковая – это не только вопросы собственно «политические». Политическое требует определённого типа психического фона, политическое не может существовать в среде обезьян, в промежутках между обезьяньими же ужимками. Поэтому политическая философия представляет собой также попытку проговорить вслух те достаточно тривиальные вещи, которые понимает каждый приличный человек, но, вращаясь в определённом кругу, не считает нужным проговаривать. Однако трагичность нашего положения заставляет всё же произносить «мойте руки перед едой» и тому подобное. Она требует цивилизации, и одновременно – она и есть цивилизация.

Цивилизация предполагает создание предметов, институтов, сообществ, которые можно искренне любить. Варварство – это отрицание любви, устойчивости и порядка. Варвару нечего хранить и беречь кроме собственной жизни, варвар – нищее животное, сведённое до голого факта существования, единственное счастье и единственная культура которого состоит в наслаждении распадом. Неспособный любить нечто большее, чем он сам, варвар стремится уничтожить, обобрать, осмеять всё то, что даёт цивилизованному человеку возможность выйти за пределы повседневного. Варвар ценит только удобство. Варварство в новейшее время имеет разные формы – в диком и явном своём виде оно врывается в дома, дворцы и церкви, оскверняет алтарь, брачное ложе, рубит иконы и дышит перегаром, не скрывая своей вульгарности. В скрытом же виде варварство делает всё то же самое, но менее вызывающим образом. 

Так, картинная галерея, в которой можно «приобщиться к культуре» – изобретение варвара. Она не возлагает на варвара ответственность за мир, в котором он живёт. Варвар изолирует «культуру», собственно цивилизацию, помещая её в резервацию. Плата за вход – всё, что требуется от варвара, объявляющего себя хозяином положения. Культура превращается в смешного тюленя в зоопарке. Или даже точнее будет сказать, что всякая культура для варвара – цирк уродов, где уродом объявляется то, что в действительности прекрасно. Человек-слон, уплывающий в вечность под адажио Сэмюэля Барбера – судьба нашей цивилизации.

Поэтому современные западные (и примкнувшие к ним) варвары так ценят позитивное право – оно позволяет не вникать в тонкие сети живого общественного порядка, не хранить традиции и не поддерживать нравы. Правила поведения в зоопарке строго регламентированы – не придерёшься. В здоровом обществе выходки эксцентрика лишь придают новые оттенки полноте жизни. В либеральной вселенной яркая брошь эксцентричности невозможна, так как нет и того спокойного и благородного полотна повседневности, которое бы она украшала. Варвар, не имея никакой точки опоры, может лишь изрыгать яркие пятна рвоты, которой и становится вся его жизнь. Аккуратно ступая меж этих проявлений «индивидуальности», человек, жаждущий любви и красоты, вынужден лишь оберегать себя от осквернения. Личная интеллектуальная, духовная и социальная гигиена – вот всё, что может спасти человека от погружения в нечистоты.

Нельзя жить среди варваров и оставаться цивилизованным человеком. Но можно остановить падение и начать движение вверх. Именно поэтому никто из нас не вправе спрятаться от разложения в отдельной квартире или даже деревенской избе. Личная гигиена должна стать частью коллективного движения за ценности высшего порядка. Атомарному паноптикуму, насаждаемому «развитыми демократиями», необходимо сопротивляться так же, как и клюквенному авторитарному патриотизму люмпенов, обещающему «национальное возрождение» майских военных парадов, экономических санкций и курортов Краснодарского края. 

И сопротивляться можно только вместе.