–Я так тебя люблю. 1 часть

день был тяжелым, правда тяжелым. совместный поход к психиатру Тайма, завал в цветочном, в котором пара излюбленно работала.

но все налаживается. от былой жизни почти не осталось и следа, кроме лечения Ту Тайма лекарствами и врачами. прошлое изрядно потрепало хрупкую психику черноглазого. прошло не так много времени с их побега от культа, может.. полгода? год? они не хотят вспоминать.

Ту тайм вваливается в общую спальню.

улыбчиво разглядывает мирно лежащего под теплым одеялом Азура, чьи волосы наконец свободные от косы, так красиво смотрелись разложенными на подушке.

волосы младшего чуть влажные, недосушенные феном, на них красуется излюбленная маска для сна, пыльно-розого цвета.

не долго думая, Тайм тут же запрыгивает под одеяло к его любимому, немедленно заключая Азура в столь желанные объятия.

длинноволосый тихо хихикает, обнимает фигуру в ответ, зарывается носом в чужие, черные локоны.

–Устал, м?

–Больше, чем стоило.

на выдохе проговаривает младший, закрывая глаза и нежно прижимаясь к чужой, теплой груди. наслаждаясь запахом его бесконечной любви, готовится к долгожданному сну. но его желания резко, с треском прерываются, глаза широко распахиваются, зубы стискиваются вместе.

что за, блять, хуйню творит Азур?

кровь, теплым пламенем плывет по шее, останавливаясь на бледный щеках Тайма, ощущая, как чужие теплые руки изучают его нежную кожу прямо под одеждой, бесстыдно, но бережно гладили бока, живот. это смущало, дико смущало! Тайму не нравилось, когда Азур смущал его, не нравилось, когда длинноволосый целовал его без предупреждения, не нравилось, когда он так интимно щипал его тело! а все потому что бывший культист начинает бесконтрольно дрожать и содрагаться, глупо краснеть и отводить взгляд, он ненавидел оставаться в каких-то игрушек для издевок! или... проще говоря... стеснялся и считал, что еще не готов.. Азур ведь, однажды предложил черноволосому что-то интимнее объятий и целовашек, на что Тайм, лишь сжав кулаки и поджав нервно дергающийся хвост, отказался. это пока что, оставалось непройдненным испытанием для него.

было достаточно тяжело выходить из одержимости культом, забывать каждую заповедь и молитву, но что-то до сих пор осталось, что-то давящее и ставившее самооценку черноглазого под сомнение. тело. плоть, его плоть, казалась чем-то позорным, грешным, непристойным. Тайму просто стыдно, стыдно за свое бренное тело, стыдно и непостижимо представлять как они занимаются чем-то таким.

разгоняя тепло по каждому дюйму бледной кожи, пальцы трепетно ощупывали, непроизвольно задирая футболку и ласково проводя пальцами по спине, оставляя за собой фантомный жар с кучей нахлынувших мурашки. хвост поддергивался, предательски выдавая Тайма, что он все еще все чувствует, но почему-то молчит, словно все слова застряли в горле, ладонями сжимает ночную одежду его парня, с головой тычаясь в сильную грудь.

Азур, мягко улыбаясь, ощупывал такое неприступное тело Ту Тайма, в голове еле слышно хихикая от вопроса" почему Тайм так смущается?", словно он никогда не видел его без футболки.

–Ты снова нервничаешь?

низким, ласкающим слух голосом проговаривает Азур, наблюдая, как содрогается тонкий хвостик его партнера, что иногда только по нему, лазурь понимал истинные эмоции Ту Тайма.

–Зачем ты делаешь это?

кажется всхлипывая говорил Тайм в грудь Азура, все еще ощущая непрекращаемое тепло и спокойное дыхание над его головой.

–Просто глажу.

он тихо смеется, а потом продолжает.

–Разрешишь грешнику поцеловать тебя?

Азур шутит, одна рука вылезает из под одежды, треплет и успокаивающее гладит смолистые волосы.

Тайм поддает лицо вверх, глядя снизу вверх на его наглого возлюбленного. интересно, Азур расстроится, если Тайм неожиданно откажет? ладно, это всего лишь мысли, как он сможет отказать?

Тайм хмурится, но тянется к губам сверху сам, может хоть так Азур отстанет от него и они просто лягут спать?

старший тут же подхватывает чужие губы, мягко впиваясь, нежно целуя и углубляя, как вдруг одна бровь изгинается в дугу, и парень мягко отстраняется. Тайм не особо умеет целоваться... но очень старается.

–Паслен, слишком много языка.

Азур говорил, опуская томный взгляд чуть ниже, как бы наглядно подсказывая, что их губы уж слишком увлажнены, прозрачные нити слюны соединяла их рты сейчас.

–Прости, я буду стараться лучше.

Тайм смущается от собственной оплошности.

они начали встречаться только несколько месяцев назад, а первый акт настоящего поцелуя произошел гораздо позже начала отношений. ну что поделаешь с неприступностью Ту Тайма, что ведёт себя как настоящая монашка?

–Ничего страшного, просто повторяй за мной.

Азур давит ладонью, притягивая чужую фигуру еще ближе, к собственному телу.

ласково накрывает чужие, влажные губы своими, точно такими же. владеет языком тонко, легко. Тайм повторяет, получается неплохо.

пальцы касаются груди, задевают сосок, Тайм отстраняется, жалко, смущенно и возмущённо глядят на партнера, по немому высказывая все свои нецензурные мысли на данный момент.

–Я просто так хочу быть еще ближе к тебе, Тайм.

снисходительно объясняется длинноволосый, влюбленно осматривая тонкие черты лица, исказившиеся на возмущенное выражение.

–Я так тебя люблю.

он прерывается, нетерпеливо трется щекой об лоб его партнера, словно игнорируя или скорее уговаривающе отвечая на немые вопросы.

лазурный мягко сжимает сосок меж пальцев. черноглазый вздрагивает, его пробило словно током.

–Ты может, хотел спросить меня, что, ну например, я думаю об этом?

яростно, иронично вставляя ненужные вводные слова, проговаривал тот, но не сопротивлялся. он не признается, что такие новые ощущения, действительно выбивали непокоримый интерес, почему обычные прикосновения вызывают в нем такую бурную реакцию..? ему действительно не нравится? или он не хочет принимать и настолько сильно доверяться Азуру? нет, не подумайте, что он как-то недолюбливает длинноволосого, очень любит, любит искренне и чисто, но понимание что его мерзкое тело будет задействовано, очень отталкивало.

–Не хочешь? Паслёнок, это ведь любовь.

Ту тайм не ответил, поджимая губы вместе, неуверенно глядя в карие, успокаивающе глаза напротив.

–Ладно. Спрошу так. Ту Тайм, ты хочешь?

бывший культист молчит, стесняется, вновь прижимает растрепанную голову с рукой на ней в грудь партера, а после немного помешкав, ведь Азур всегда давал достаточное количество на подумать, кивнул. кивнул легонько, еле заметно, Азуру второй раз повторять не надо.

лазурный, увидев немое согласие, лишь словно засветился изнутри, натянув уголки губ чуть отчетливее, мягко целует возлюбленного в лоб.

–Все будет хорошо. Я ведь всегда помогу тебе.

успокаивающе проговаривал тот, подбадривая сомневающуюся фигуру.

ладонь накрыла одну из грудей черноволосого, мягко оглаживая, играясь с сосками. оторвал лицо от черных волос и подполз чуть ниже, чтоб глаза Азура были четко напротив Тайма. прильнул к шее нежно, неторопливо, не настойчиво обдавая ту горячим выдохом. начнем с малого.

обе руки скользят по спине, очерчивая позвоночник, двигаются к пояснице, Тайм дергается, но ладони не останавливаются, мягко спускаются ниже, пролазят через домашние шорты, трогают зад, ощупывают бедра, губы пьянят мягкими поцелуями в шею. Азур и раньше целовал его в шею, и всего одного поцелуя хватало, что бы лицо Тайма приобрело пунцовый цвет, что так раззадаривал длинноволосого.

Тайм наверное, чувствительный, да? нужно быть нежнее.

Азур старался подбирать моменты для предложений о соитии максимально комфортные, максимально безопасные для их пассии, что бы последние события их жизни были максимально без негатива, только тогда, когда партнер чувствовал себя хорошо и только тогда, когда подходил момент. это самый первый раз, когда Тайм таки согласился, это не могло не обрадовать. честно, Азур чувствовал ответственность, он хотел, что бы партнёру действительно понравилось.

Тайм жалобно обхватывал плечи лазурного, невыносимо вытерпивая прикосновения к неприступным местам его тела. словно послушный щенок, лишь тихо скулил и не смел мешать процессу, как уверенная рука погладила основание его хвоста. горячо, слишком громко выдохнув, хвост тут же отдёрнуться, а половой орган словно подпрыгнул. не уж то это его эрогенная зона?

Азур заинтересовано поднял бровь наблюдая за более бурной реакцией к костяному хвостику, вновь оценивающе провел пальцами, аккуратно, уверенно.

ощущения словно щекотали, посылали импульсы острыми молниями прямо в пах младшего. парень инстинктивно выгнул спину, это было действительно нестерпимо, позорно.

Азур узнал что-то большее, что-то более запретное.

–Тебе нравится? Где еще потрогать? Может тут, м?

с еле заметной усмешкой проговаривал лазурный, бесстыдно щекоча нижнюю часть хвоста и тихо хихикая. кто бы мог подумать?

Тайм стиснул зубы, ему кажется, что прямо сейчас он впервые готов ударить его партнера, за то.. за то что он смеется над ним!

–Прекрати, прекрати сейчас же! Трогай где угодно, но не там!

возмущённо выцеживл тот, чувствуя как щеки наливаются кровью. ну почему Азуру нравится его доводить?

лазурь лишь по доброму усмехнулся, в последний раз. не смея больше мучать партнера, он отрывается от интересного хвостика и двигается дальше, к внутренней стороне бедер.

пах беспощадноч тепло тянет, когда Ту Тайм в последний раз ублажал себя? от действий таблеток он давно и забыл, что это.

Тайм прижимается лицом к плечу парня, не хочет показывать, что сейчас творится на его морде, не хочет показывать, как он жалобно тянет взгляд вверх, стараясь так сильно не сосредотачиваться на трепетных касаниях, как сводит брови вместе, ощущая каждое прикосновение, каждое разливающиеся тепло по его телу, как позорно реагирует его тушка на одни лишь незначительные прикосновения.

–И.. ии не там!!

вдруг выпаливает он, теперь чувствуя поглаживания внизу живота, он на пределе, правда на пределе.

Азур не реагирует на возмущенные возгласы, мягко поддевая растяжимую резинку шорт и заляза прямо внутрь, к нижнему белью.

–Неет, Азур, пожалуйста..

Тайм сводит бедра вместе, сжимается, словно это как-то поможет отречься от настойчивых движений.

Азур мягко целует шею Тайма, после отлепляет его от собственного плеча, заглядывая прямо в глаза этому комку тревожности.

–Все хорошо, паслен. Ничего страшного не происходит, слышишь?

целует в лоб, старается успокоить вечно сомневающуся макушку, обхватывает теплой ладонью содрагающийся бугор, вновь целует, только в щеку, зачарованно глядит в смущенное лицо.

лицо Азура, ох, оно не передаваемо сейчас, так же смущенно, но полно решимости, томные глаза, заглядывающие прямо в непросветную душу Тайма. ему кажется, что он кончит прямо в руку лазурного, прямо в трусы, прямо глядя на одно лишь лицо его партнера. о Спавн, о чем он вообще думает сейчас?

Ту Тайм метнул голову в сторону, стараясь распылить все его мысли на ветер, но с треском не получается, голос подводит, вырывается наружу, Азур точно знает, что делает.

медленно, боясь спугнуть, стягивает шорты вниз, Ту Тайм боится посмотреть, увидеть, как позорно уже отреагировало его тело.

пальцы поддевают черную ткань боксеров, высвобождая вожделенный член. Тайм хмурится, жмурит глаза, как будто сейчас должно что-то взорваться, судорожно закрывает половину лица рукой - стыдно. чувствует, как фигура напротив него напрягается, поддается вниз, залезая с головой под одеяло и подкрадываясь ниже, прямо... к бедрам Ту Тайма? Нееет.

Тайм тут же развернулся на спину и махом скинул одеяло с себя и внизу сидящего Азура, открывая постыдный вид на то, как лазурный воодушевленно рассматривает напряженный, половой орган партнера.

картина бьет током по сознанию, Тайм тут же, словно не успев понять, сжимает колени вместе и мигом прикрывает гениталиим руками, поджимая губы и выгибая брови вместе. это уже слишком.

–Твой румянец, словно весенние, распустившиеся цветы.

влюбленным тоном проговаривал Азур, глядя на такое чудное ему лицо, полное сметенем и сомнением. длинноволосый мягко кладёт ладони на чужие и так же, медленно убирает в сторону, пока не опускает взгляд.

–Такой же прекрасный и естественный. Прости, я не хотел тебя так смущать.

Азуру кажется, что Тайм вот-вот заплачет, настолько выражение его лица было запущено.

или... скорее, не кажется.

–Ты можешь расслабиться для меня, паслен? Если ты будешь волноваться, то мы закончим все слишком быстро.

он мягко наклоняет голову в сторону, из под низа, с надеждой глядя на партнера.

Тайм дрожит, нервничает, пальцы содрагаются, слушается Азура, но словно не может держать руки слишком расслаблено, тут же сжимает простыни. так стыдно, так непривычно. видит, как Азур склонился прямо перед его оголёнными бедрами, над которыми вздрагивал возбуждённый член. всем людям так стыдно за свое тело, или один Тайм такой?

тяжелое, учащенное дыхание рвется наружу, пульс ускорился. страшно, стыдно, что Азур собирается делать с ним.

лазурный начинает движение. мягко опускает взгляд на гениталии Тайма, сейчас же ему предстоит небольшая работа, что бы утихомирить его тревожного парня.

касается головки, размазывая выделившуюся естественную смазку, нежно оглаживая уретру и фиксируя кольцо из пальцев на основании, медленно проводит от начала, до конца.

–Ухты, ты такой важный.

Тайм горько вздыхает, чуть ли не скулит, закрывает рот тыльной стороной ладони, внимательно следит за действиями снизу. Азур умиляется, продолжает ласкать. чуть сжимает кольцо на головке и другой рукой, чуть давит ногтем в уретру, реакция не заставила себя долго ждать: Тайм тут же выгибается, дрожь пробивает тело с пущей силой, израшраменные бедра инстинктивно разжимаются, а голос рваным стоном вырывается наружу, черноглазый прижимает ладонь ко рту сильнее, судорожно смыкая и отводя глаза прочь.

Азур довольствуется чудесной реакцией, чуть сжимает хватку у головки, и проводит пальцем, точно по кругу. так же по кругу, как кружится голова Тайма сейчас, но тут же взрывается, как ощущает теплое, излишне мокрое касание прямо на дёргающимся члене, он тут же метнул голову в сторону лазурного.

одна рука отпустила орган, теперь мягко покоилась на мягком бедре бывшего культиста, нежно гладила, успокаивала, очеричивала и ощупывала каждый выпуклый шрамик на бледной коже.

облизывал языком, бережно, непринужденно очерчивал венки на таком милом ему органе, главное не заигрываться, не торопиться, Азур словно уже предполагает, как Тайм может быть нетерпелив.

Тайм закидывает голову назад, обеими руками сжимая собственные волосы, тянет в разные стороны, разгорячённо вздыхает с каждым новым прикосновением игривого языка.

–Азур..!

зовёт по имени, спотыкается на каждой букве, не в силах держаться закатывает глаза и содрагает локти. хочет больше, хочет быстрее и получает, ощущает как чужая теплая ладонь разгоняет кровь по органу, вверх-вниз, пока горячие губы обхватывает и обсасывают его головку.

моментальной реакции черноглазого ждать долго не пришлось.

–Я сейчас, слышишь, я сейчас..

не успевает закончить предложение, язык тут же отлипает, а чужие пальцы обхватывают основание члена, подобно эрекцеонному кольцу, задумчиво глядит на удивленного Тайма. он что, типо, запрещает...?

Тайм содрогается, скулит, подскакивает торсом с кровати, дергает собственные волосы, стонет, точнее, жалко скулит и прячет собственное лицо, он на взводе, он перевозбужден, он сейчас взорвется от недостатка прикосновений.

–Азур,.. Пожалуйста!

слёзы словно сами набегают на ресницы, Тайм не может контролировать, не может держать себя в руках, содрагает и стискивает бедра вместе, жар пылает ниже его живота, желает о разрядке, мучительно раздирая нервные окончания.

–Умоляю! Молю, разреши мне..

–Тише, паслен. Ты всё-таки переволновался.

лазурный гладит нервный, напряженный живот Тайма, успокаивает.

–Мы ведь только начали, а ты уже хочешь закончить.

он притягивается губами к пунцовому, недовольному лицу, не убирает пальцы с члена, служат преградой желаний его партнера. выцеловывает горячие щеки, притягивает лицо к плечу, гладит по волосам, а после отпускает орган, посчитав, что Тайм достаточно выровнял дыхание от чуть не нахлынувшего оргазма.

–Ты так жесток со мной, в чем я так провинился..?

Тайм хнычет, вновь сжимает ноги вместе, прячет перевозбуждённые гениталии, прячет лицо в волосах и лишь жалобно скулит на все контролирующего партнера. он не понимает, зачем Азур сделал это, почему не дал ему кончить, зачем издевается, мучает?

Азур усмехается, тихо хихикает, но не так, что бы слова Ту Тайма подтвердились, садится на кровать, гладит по черной макушке и в моменте тепло обнимает дрожащие плечи. все только нежное и искреннее.

–Ты не хочешь увидеть продолжение?

старший спрашивает, убирает бледные руки с недовольного лица, ласково смотрит в глаза.

а Тайм молчит, бегло метая взгляд по воодушевленному лицу, а после уводя вовсе. сглатывает слюну, боится представить, что подразумевает под собой Азур слово "продолжение".

–Тайм, я не слышу.

Азур хихикает, прислоняется лбом к чужому, сокращает расстояние, чувствует, как чужие губы опаляют его жарким дыханием.

какой же Азур манипулятор, и как теперь Тайм откажется, если лазурный так бесстыдно довел его до такого состояния? Азур, доволен? чувствует власть? мысли туманят, а губы невольно приоткрываются.

–Хочу.

почти шёпотом, хрипло проговорил тот видя, как моментально разжигается игривый огонь в карих, так манящих глазах. Азур действительно так жаждит этого? даже странно..

"–Странно, что он вообще остался со мной" эхом раздается в смолистой макушке. что? почему эта мысль снова всплыла в его голове, спустя столько времени? может он просто и правда переволновался?

–Тогда приподнимись, любовь моя.

ласково проговаривал тот, а Тайм послушно, беспрекословно слушался, разум затуманен.

Азур усаживается на край кровати, свешивает с края ноги и подхватывая черноглазого за спину, махом переворачивает того на собственные колени, точно котёнка.

удивленно охнув, Тайм шлепается носом в матрас, ощущая, как чужие руки увлеченно, невесомо начинают оглаживают его зад.

ягодицы бывшего культиста оказались прямиком на коленях Азура, тем самым удобно приподняты, наверное, для длинноволосого это будет действительно, очень удобно.

Ту Тайм разъяренно приподнимает голову, хочет слезть, но тут же легшая на макушку рука останавливает его.

–Что такое? Словно ты никогда не лежал у меня на коленях.

Азур усмехается, шуршит ладонью по тёмным волосам.

–Все хорошо, потом я дам тебе то, что ты хочешь.

обнадеживающе выдаёт он, аккуратно стягивая шорты с нижнем бельем вниз. судорожное дыхание Ту Тайма на мгновение остановилось, а пальцы вновь вцепились в собственные локоны.

бледные, фарфоровые ягодицы оголяются, Азур стянул одежду где-то до начала колен, а после нежно отвел одно из бедер в сторону. старший на секунду остановил свой взгляд на нежных ляжках, печально разглядывая шрамы разной формы.

вероятно, после такого долгого времяпровождения в культе, порезы поселились на всем теле младшего. а ведь, некоторые, самые глубокие из них, длинноволосый собственноручно зашивал и заботливо выхаживал. как тяжело принимать и вспоминать их больное прошлое, что оставило раны не только на теле, но и в душе. а ведь Азур нескончаемо умолял Ту Тайма поменяться ролью жертвоприношения, лишь для того, что бы его тогдашний близкий друг, перестал получать боль из раза в раз при молитвах. как жаль, что Тайм наотрез не позволял Азуру этому случиться.

длинноволосый с любовью, бережно ласкал белую кожу, все успокаивал. Азур не может не вечно поддерживать его возлюбленного, он думает, что сейчас Ту Тайм действительно нуждается в ней, как никогда. всегда старается напомнить, что Азур с ним рядом, а лазурный ведь, еще никогда в жизни не причинял смолистому вреда, так ведь?

Азур вздрагивает, осознает, что-то забыл, что-то очень важное. спешно тянется к квадратным, прикроватным полкам, нечайно опрокидывает деревянные рамки, вытаскивает тщательно спрятанный, маленький, прозрачный тюбик.

Тайм суматошно реагирует на секундный шум, метает голову в сторону издаваемого звука.

–И давно это у тебя?

Тайм выгибает бровь, исподлобья презрительно оглядывая на секунду растерявшегося лазурного.