Я список кораблей прочёл до середины
Николай ФатющенкоПытаюсь войти в нужный режим. Нервная система каждый раз отчаянно не хочет засыпать. По инерции после того, как я ложусь в кровать и пытаюсь заснуть, она, нервная система, еще несколько часов заставляет меня о чём-то думать. Чертовы кондиционеры за окном шумят своими лопастями, не давая послушать тишину.
Мы только недавно прилетели в Израиль и это первая квартира, в которой мы живем. Со съемом квартир, тут, как и везде в мире кроме России большие сложности. На горизонте маячит следующий наш дом, осталось только дотерпеть, а пока живем на чемоданах. Уже несколько дней я стараюсь ложится вместе с Соней, либо сразу после. Потом час смотрю идиотские видео, которые всё равно сдувает ветром из моей памяти. «Поколение Альцгеймер» я бы так назвал статью про инстаграм. Из тысячи часов, которые мы смотрим, остается несколько минут. Мы смотрим килограммы смешных видео в день, чтобы когда-то один раз потом сказать, «О, это как в том видео», а знакомый тебе на это скажет: «Ага, точно, я смотрел».
Я откладываю телефон и снова пытаюсь заснуть. Жарко. За окном звон какого-то стекла и разговор на иврите. Я встаю, закрываю окно, включаю кондиционер, становится страшно холодно и громко. Боже, когда мы уже переедем из этой квартиры. Встаю, выключаю кондиционер, открываю окно.
Ворочаюсь. Пытаюсь уснуть. Снова достаю телефон. Бессмысленно листаю новости. Они тоже никогда не остаются на следующий день. Откладываю телефон. Нервная система явно работает против меня: «Ты что, забыл про тот случай двадцать лет назад?», «А как нужно было ответить тогда Ване?», «Как думаешь, что сейчас делает человек, который влез без очереди перед тобой в магазине на Юго-Западной в 2014 году?». Соня засыпает очень быстро. На утро она скажет: «Да, я слышала кондиционеры, но я представляла, что это суфражистки набирают текст».
Я пытаюсь заснуть и представляю спокойное место. Вот пляж, вот пальма. Не работает. Тогда представлю маму или папу. Тоже нет. Перебрав все возможные варианты, которые должны меня успокоить, я останавливаюсь на одном. Почему именно он? Я не знаю. Ранняя весна. Я иду в школу. Я в новых белых кроссовках, в которых мне холодно. Через плечо у меня сумка с одной единственной тетрадкой, ручкой и дневником. На сумке красуются Стен, Кайл, Кенни и Картман. К сумке прикреплены два значка каких-то музыкальных групп названий, которых я не знаю, но красивые девочки сами мне их туда прикололи. Не снимать же. Ранее утро, отвратительный свежий воздух, от которого тошнит, и первые два урока мы просидим в беседке, и только отморозив себе всё, пойдем на уроки.
Чертовы кондиционеры уже где-то вдалеке. Я падаю в сон. Наконец-то.
Где-то далеко нас ожидает война, новая уютная квартирка, нервы и много работы, а пока я просто лежу в постели и вспоминаю, какие классные были у меня друзья-бездельники и как красиво весенние солнечные лучи пробивались сквозь высотки района.
