Я останусь тут.

Солнце стояло высоко, оно мягко и щедро ласкало землю. Трава была густой, изумрудно-зеленой и пахла так, как пахнет только в детстве — медом, пыльцой и бесконечным счастьем.

Маленький Коля сидел на пригорке, обхватив коленки тонкими руками. Его светлые волосы пушились на затылке, а большие глаза, были устремлены в бездонную голубизну неба. Рядом, вольготно раскинувшись на траве и заложив руки за голову, лежал Бенкендорф. Мундира на нем не было, только расстегнутая у ворота рубашка.

— Я не хочу исчезать — тихо сказал мальчик, не отрывая взгляда от плывущих облаков.

Бенкендорф чуть повернул голову, посмотрел на его напряженный профиль и улыбнулся одними уголками губ — Ты не исчезнешь, Коленька. Все будет хорошо.

Коля на мгновение зажмурился, будто пробуя эти слова на вкус, но потом снова открыл глаза. В них блеснула влага. — Я хочу оставаться тут. Я не хочу никуда идти... — он всхлипнул, комкая в кулаке травинку. — Я останусь тут. Можно? — Он повернулся к Александру Христофоровичу, ища защиты. И Бенкендорф, приподнявшись на локте, заглянул в это детское лицо, в котором уже угадывались черты того, другого, взрослого императора, и ответил твердо и ласково, как родному сыну — Конечно, можно, Коленька. Конечно, оставайся. Ты благословенный.

Мальчик выдохнул, и его плечики расслабились. Он снова уставился в небо, но теперь уже спокойно. Тишина между ними была наполнена теплом и стрекотом кузнечиков.

Помолчав, Коля вдруг сказал совсем по-взрослому, с той интонацией, с какой обычно благодарят за что-то очень важное, что невозможно вернуть — Саша, ты всегда мне помогал и понимал.

Бенкендорф ничего не ответил. Он только протянул руку и легонько, боясь спугнуть это мгновение, взъерошил пушистые Колины волосы. Солнце светило, и мир был в покое.

А в реальном мире, в сумрачном покое Зимнего дворца, на узкой походной кушетке, застеленной походным мундиром, недвижимо лежал император Николай Павлович. Лицо его было бледным, дыхание прекратилось, он не слышал, как доктор констатировал факт смерти. Он был далеко. Он был там, где солнышко.