«Я не насильник и не убийца, просто заступился за честь своей матери и самого себя»

«Я не насильник и не убийца, просто заступился за честь своей матери и самого себя»

NEFT

Парень из Мегиона рассказал NEFT, почему избил маму своего ребенка

Скандал с избиением девушки в Мегионе ее бывшим сожителем стал главной темой текущей недели в Югре. На Антона Княжиченко, обидчика молодой мамы завели уголовное дело, а в глазах общественности он теперь враг народа.

NEFT ранее разговаривала с потерпевшей Еленой Горбуновой, а сейчас редакция взяла интервью у самого парня. Он рассказал, почему поднял руку на бывшую возлюбленную, из-за чего по его мнению произошёл конфликт и каким видит исход дела.

— Антон, расскажите, пожалуйста, как начались ваши отношения с Еленой?

 — Мы познакомились с ней и начали встречаться в 2021 году, почти год длились наши отношения. Некоторое время жили вместе.

Фото: личный архив Еленой Горбуновой

 — Какими были ваши отношения? Елена рассказывала, что она регулярно подвергалась насилию, это правда?

 — Нет, не было такого, что я на неё руку поднимал. Мы жили с ней как обычно живут муж и жена — ссорились на бытовом уровне, конечно, но я ее не избивал. Она была беременна, какой нормальный человек будет бить беременную? Даже вот последний инцидент, который произошёл, это был единственный раз. Она на меня наговаривала.

 — Что она говорила вам?

 — Называла мою мать нехорошими словами, говорила, что она проститутка. Меня оскорбляла, называла гулящим, женской подстилкой и так далее. Вот я ее и ударил первый раз. Именно из-за того, что разозлился на слова про мою мать.

 — Вас это вывело из себя?

 — Я был да, в состоянии аффекта. Ну, любой человек разозлится, когда что-то плохое говорят про его маму, тебя самого оскорбляют. Что, стоять что ли просто так? Конечно, я понимаю, что можно было по-другому как-то отреагировать, но…

— То есть конфликт произошел из-за оскорблений в адрес вашей семьи? А причем тут кредит на машину? Это не из-за того, что Елена отказывалась его платить?

— Про кредит я сейчас все объясню. Я работаю подрядчиком в одной фирме, мне приходят «черно-белые» поступления, деньги большие, плюс брат еще присылает. Я долгое время откладывал с зарплаты, чтобы купить машину. Накопил и взял машину за свои деньги, еще будучи с ней в отношениях. А кредит она взяла сама, хотя я ей говорил, что не надо, что сам куплю. А потом, когда ребенок родится, возьмем ипотеку, добавим материнский капитал, я найду работу получше, чтобы не ездить по вахтам.

Нет, она спорила, давал мол сейчас возьмем кредит, чтобы деньги были. Я ей и ответил «Хочешь — бери, платить сама будешь, мне надо матери помогать, мне нечем платить будет». Деньги она тратила на ногти, на шмотки, на ребенка.

— А потом что было?

— Потом мне пошли угрозы от каких-то людей, когда я с ней расстался. Думаю, она была инициатором. Мне писали и звонили, угрожали. Через полмесяца меня остановила машина, вышли люди кавказской внешности, говорили, чтобы я вернул машину, чтобы помогал ей деньгами и такое все, позже она уже сама угрожала. Потом я начал общаться с другими девчонками, она им про меня говорила, что я гулящий и меня надо бросить, про маму мою рассказывала им. На фоне всего этого я ей написал, попросил поговорить спокойно. Говорю ей, давать спокойно жить каждый своей жизнью…

У нее уже тоже общение с другими парнями было, я видел в соцсетях. Я просил оставить меня в покое. Угроз никаких не было с моей стороны, я ей не говорил, что убью ее или калекой оставлю. В порыве злости я говорил, что мне все равно, кто передо мной, но мать мою задевать нельзя, я за нее все что угодно сделаю.


— То есть, встретились вы с ней именно для того, чтобы попросить вас в покое оставить?

— Я с ней аккуратно поговорил, привез игрушку для ребенка, хотел нормально поговорить, у нас ведь отношения были. Я ко всем девушкам своим нормально отношусь. Но она уже ***** (ерунду) начала нести…

— Антон, а ребенок действительно ваш или вы в это не верите?

— Понимаете, я к этому так отношусь — дети не могут быть свои или чужие, тем более маленькие. Я согласен с тем, что это мой ребенок, не отрицаю. Даже если подтвердится, что это не мой, все равно уже мой будет. Просто там тоже история странная с беременностью, все быстро произошло, уже в начале наших отношений, а ее тогда только парень бросил. Ну и намекала мне, что пора семью, что у нее задержка, когда мы только начали общаться. Я себя тогда накручивал, мой не мой… Но чтобы я ее избивал беременной, ребенка пытался на пол кинуть, такого вообще не было. Мы когда с ней жили, на меня даже заявлений не было, какой с меня спрос?

— А правда, что вы девушке своей бывшей в тот злополучный день принесли 30 тысяч?

— Да, это правда. Я ей эти деньги принес, сказал: «Это на ребенка, на себя не трать». Я же не знаю, куда она их на себя потратить может, поэтому деньги для дочки, даже если она не моя. 

— Потому что уже привыкли к ребенку?

— Ну, не то чтобы привык, мне сейчас больше за себя надо опасаться. Мне угрозы идут, машину мою ломают и царапают. 

— Деньги были не на кредит то есть?

— Это уже не мое дело, я давал их на ребенка. Вы сами подумайте, девушка берет кредит, и потом мне от ее подельников угрозы идут. Они видят, что я хорошо зарабатываю, почему бы с него бабки не поиметь? Может, я что–то лишнее говорю, и веры мне нет, но это палка о двух концах.

— А сейчас, Антон, какие у вас эмоции и мысли по поводу происходящего? Вам страшно или вы уверены в своей правоте и в том, что ее докажите?

— Моя вина тут в чем? Что я руку поднял? Ну, здесь может я не прав был, можно было по-другому как-то…

А так я свою вину не признаю, я все правильно сделал, я за свою мать заступился и за самого себя.

Мне угрожали, наговаривали на меня, это тоже уголовное дело. Тюрьма мне грозит, не тюрьма, здесь мне все равно. Я сделал все правильно. Я не плохой, не насильник и не убийца, я заступился за честь своей семьи. Так сделал бы каждый на моем месте.

Ранее NEFT опубликовала интервью с Еленой Горбуновой. Девушка рассказала, что парень регулярно избивал ее в отношениях, бил беременную в живот и хотел кинуть грудного ребенка на пол. Сейчас Елена боится выходить из дома.