«Я давно тебя простил»prt2

***

Сонные ребята один за одним спускались на заснеженную платформу, выстраиваясь за учительницей, что пересчитывала всех выходящих из пыхтящего поезда, и когда в ряд стояло ровно двадцать восемь человек, женщина пошла по направлению к крупному синему автобусу, стоявшему совсем рядом с вокзалом. Перебирая замёрзшими ногами, класс двигался за ней, о чём-то недовольно переговариваясь. И для Ильи было большим удивлением, что Саша даже не заикался о результате их с ребятами ночного спора. Всё, что лицезрел Яцкевич утром были растерянные глаза блондина и его немногословие, которое на этот раз сопровождалось дрожащими руками и расспросами о том, выходил ли русый ночью из купе. Не решившись рассказывать товарищу всю правду, Илья лишь отмахивался, стараясь перевести тему.

Усевшись в промёрзший за несколько часов автобус, ребята принялись досыпать всё то, что им не дали доспать в поезде, ведь до прибытия в лагерь оставалось не так много времени, а там такую возможность им вряд ли предоставят, как это обычно и бывает в лагерях

Проехав несколько километров заснеженных лесов, и встретив на своём пути парочку проезжавших машин, транспорт наконец останавливается у ворот с названием лагеря, которое, среди бушующего снегопада едва можно было разглядеть. Выходя из автобуса класс вглядывался в стоящие за воротами корпуса, и в приближающийся силуэт невысокой девушки. Дама с красными волосами приоткрыла скрипящие врата, и впустив на территорию подростков, представилась Анастасией Шпагиной. Уставшим школьникам была вовсе не интересна экскурсия, поэтому понимающая директриса повела ребят сразу к корпусам, рассказывая по пути что-то о технике безопасности, включающей в себя ограждённую территорию около оврага, на которую строго запрещено заходить, и о предстоящих мероприятиях, на что многим было, грубо говоря, наплевать.

***

Оба чемодана с характерным стуком упали на пол, и обладатель одного из них плюхнулся на кровать под скрип её пружин. Илья непроизвольно улыбнулся, глядя на то, как друг возмущается о неудобстве подушки и слишком колючей простыне, не позволяющих погрузиться в царство Морфея.

- Не отоспался ещё? - Удивлённо произносит Яцкевич, присаживаясь на соседнюю постель, сам на себе ощутив всё то же, что и Саша.

- Нет, - мямлит Парадеев, ворочаясь с боку на бок, - кошмары всю ночь снились.

Илья усмехается, вспоминая произошедшее ночью, и начинает догадываться, о каких кошмарах идёт речь, однако мучить друга вопросами он точно не собирался.

- Я к ребятам пойду тогда, - поднявшись с мягкого матраса подытожил Яцкевич, понимая, что товарищу нужен отдых, - ты ведь не против?

Из последовавшего в ответ молчания, русый понял, что другу плевать, поэтому с чистой совестью покинул комнату, негромко прикрыв за собой дверь.

Маршрут его лежал всё к тем же людям, которые на этот раз жили на этаж выше.

***

После короткого стука дверь в комнату приоткрылась, и к сидящей на полу компании заглянула Марина Николаевна, оглядывая всех находившихся внутри ребят.

- Илюш, а ты чего тут? Вы же с Сашей в другой комнате живёте.

- Я в гости просто зашёл, всё в порядке, - пожав плечами оправдывается Яцкевич, краем глаза заметив на лице Деревяшкина что-то похожее на смущение. И, судя по взгляду классной руководительницы, он это заметил не один.

- Ладно, ваше дело. Через час мы ёлку наряжаем, все помнят?

Ребята дружно закивали, не смотря на то, что слышали об этом впервые.

- Вот и хорошо. Лёш, пойдём со мной, поможешь коробку с игрушками донести.

Шатен неуверенно поднялся с пола, чувствуя на спине провожающие взгляды, и вышел из комнаты следом за учительницей в прохладный коридор. Молча шагая рядом с женщиной, парень невольно вздрагивает, когда та решает разрушить воцарившуюся тишину.

- Лёш, я понимаю, что это не моё дело.. но я заметила, что вы с Сашей совсем перестали общаться. Если что-то случилось, ты можешь мне об этом рассказать.

- Всё в порядке, мы.. просто однажды друг друга не поняли и.. решили сделать перерыв, - ляпнув первое, что пришло на ум отмахнулся младший, от слова совсем не желая с кем-либо это обсуждать.

Марина Николаевна понимающе закивала, и последующий путь до первого этажа прошёл в полнейшем молчании, что не могло не радовать.

- Там комната в конце коридора, - произнесла старшая, указывая пальцем вперёд себя, - не знаю, живёт там кто-то или нет, но в шкафу игрушки стоят в коробке крупной. Вынеси её в хол, пожалуйста. Я скоро подойду. И ребятам своим скажи, а то знаю я, как вы всё помните, - бросив последние слова, учительница удалилась, набирая что-то в телефоне.

Тяжело вздохнув, подросток направляется по указанному маршруту, гоняя в голове десятки совсем не связанных мыслей. Легонько стукнув по деревянной фанере, Деревяшкин заходит в нужную комнату, так и не дождавшись ответа. И в ту же секунду замереть на пороге его заставляет мирно посапывающее тельце, лежавшее прямо напротив двери. Воспоминания новой волной нахлынули на подростка, и дабы не повторять ту же историю, что была в поезде, Лёша решает тихо взять то, за чем его отправили, и как можно быстрее исчезнуть из этого пространства, которое, как показалось шатену, навевало слишком много нежелательных воспоминаний.

Приоткрыв дверцу невысокого шкафа, младший примечает квадратную коробку, что была чуть больше его собственной головы. Деревяшкин не без усилий донёс картонный груз до выхода, и с большой неохотой оглядев комнату, заметил лежавший в углу шкафа пакет, наполненный шарообразным содержимым. Поняв, что это также является частью украшений, Лёша взялся за целлофановые ручки, и стоило ему слегка приподнять полу прозрачный мешок, как на пол со звоном посыпались стеклянные игрушки, одна за другой вылетавшие из крупного отверстия на дне пакета. Зажмурив глаза, шатен быстро поставил его обратно, надеясь на крепкий сон старшего, однако его ожидания совсем не подтвердились.

После грохота в другом конце комнаты раздалось тихое мычание, за которым последовал и сам голос пробуждённого.

- Лёх? - Парень приподнимается, с удивлением глядя на младшего.

- Я сейчас всё уберу, не обращай внимания, - засуетившись, шатен одну за одной набирал разноцветные шары в ладони, стремясь как можно быстрее покинуть чужую комнату.

- Подожди, - блондин протирает глаза, пытаясь собрать мысли в кучу, - я понимаю, что ты вряд ли этого хочешь, но.. нам нужно поговорить.

- Насчёт? - Деревяшкин не придумал ничего лучше, кроме как включить дурачка, поскольку отвечать за свои действия совсем не хотелось, да и было попросту страшно.

- Что было вчера в поезде? Ты ведь помнишь? И почему ты ушёл?

- Сань, - глаза заметались по комнате, а в голову не приходило ничего, чем младший мог бы оправдать свой поступок, - это было задание, я.. не хотел.

Оба замолкают, и воспользовавшись моментом, Лёша наскоро поднимает последний лежавший на полу предмет, и не проронив ни слова, покидает комнату, чей воздух тяжело сдавливал лёгкие, не позволяя вдохнуть полной грудью.

Захлопнув за собой дверь, шатен быстрым шагом направился к залу, где его наверняка заждались. За всё время его голову даже на секунду не посетила мысль о том, что он допускает ошибку. Возможно, он просто не привык считывать чужие эмоции, или же его перепуганное сознание приняло решение, что в сказанных словах нет совсем ничего обидного. А может, ему было просто плевать?

Блондину хватило несколько секунд, чтобы глаза заполнились влагой, а руки задрожали в бешеном ритме, отстукивая пальцами на одеяле странный ритм, что отдавался эхом в голове, заставляя заткнуть уши ладонями. Всё вокруг казалось слишком чужим и враждебным, отчего подросток уткнулся лбом в собственные колени, поглаживая себя по плечам, пытаясь тем самым унять льющиеся из глаз слёзы, безжалостно капающие на одежду и простынь. Руки сами потянулись к лежащему рядом телефону, судорожно набирая сообщение человеку, которого сейчас очень сильно не хватало. Ответ так и не приходил, а когда звонок остался проигнорированным, ноги сами повели Парадеева к закрытой двери, поскольку нахождение наедине с собой в таком состоянии можно было прировнять к безумству. Однако так никого и не встретив в коридоре, парень без каких-либо препятствий выбежал на улицу. Давящие стены и абсолютная тишина вызывали дичайшее желание вырвать себе глаза, дабы не видеть, не чувствовать этого мерзкого ощущения, которое пропитало его с ног до головы. Наступая синими тапочками на белёсый снег, Саша двигался, сам не понимая куда, постоянно оглядываясь, будто надеясь, что хоть кто-то заметит его пропажу, и бросится ему вдогонку, однако когда ожидания так и остались где-то внутри замерзающего мозга, светловолосый продолжил отдаляться от светящегося огоньками здания. Впереди виднелась ограждённая территория, на фоне снега выделяющаяся яркими красными полосами на ограничительных лентах. Интересно, что там?

***

Шатен заходит в комнату, и не дослушав вопросов друзей, заваливается на кровать, упираясь лицом в подушку.

- Лёх, чё с тобой? - Приподнимается Егор, разглядывая лежавшего на кровати подростка.

- Теперь уже всё впорядке. Я понять не могу, чем они заполняют эти ебучие ёлочные шары? - Не переставая возмущаться цедит Деревяшкин, стараясь забыть о только что случившемся диалоге. - А вот вам ёлку идти украшать, так что давайте, вас там уже заждались.

Довольные лица товарищей мигом сменились на хмурую физиономию, после чего каждый приподнялся с пола, друг за другом покидая уже такую родную комнату. Это были все, кроме Ильи. Яцкевич встал посреди комнаты, уставившись круглыми глазами в экран мобильного, пока от этого занятия его не отвлёк голос Егора.

- Ты идёшь?

- Сейчас, Шкред. Я матери отвечу и догоню.

Пожав плечами, темноволосый покинул комнату, и как только дверь закрылась, а шаги ребят спустились по лестнице, старший подлетел к Деревяшкину, тормоша его за плечи с бешеной силой, от чего усталость шатена сняло, как рукой.

- Какого хрена ты делаешь? Ты понимаешь вообще..

- Ты о чём? - Едва успевает выдавить Лёша, пока его тело непроизвольно дёргали в разные стороны.

- О чём я? О том, что ты, придурок, рассказал Саше, почему ты пришёл ночью к нему в купе. Ты думаешь, он был сильно рад твоему рассказу? Ты знаешь, о чём он мне писал полчаса назад? И как тебе тот факт, что сейчас он не отвечает на звонки?

Признаться честно, младшему становилось по-настоящему жутко при виде настолько злого Ильи и осознания того, что же он всё-таки натворил. Яцкевича можно было сравнить со спящим несколько лет вулканом, внезапно решившим рвануть, и Деревяшкин старался сделать всё, чтоб успокоить друга, но выходило, мягко говоря, не очень.

- Я не знал.. Илюх, всё настолько плохо?

- Я не удивлён. Ты сам-то как думаешь? - Всплёскивая руками подытоживает Яцкевич, - ты когда-нибудь думал о чувствах других людей? Хоть, сука, чуть-чуть?

- Я должен извиниться.. - бубнил себе под нос младший, полностью игнорируя недовольство Ильи.

- Естественно, - фыркает русый, и наконец успокоив нахлынувшие эмоции, помогает товарищу подняться с постели, взяв того за руку.

Буквально вылетев из комнаты, Лёша вперёд друга спускается по винтовой лестнице, заворачивая в малоосвещённый коридор, двигаясь к комнате по уже знакомому маршруту. Не став стучать, Деревяшкин заходит в знакомое пространство, уже неоднократно прокрутив в голове речь с извинениями. Однако, это оказалось излишним, ведь комната встретила тихим покачиванием штор и абсолютным отсутствием в ней кого-либо. Яцкевич, ожидавший в коридоре, прошёл внутрь следом за младшим, когда заметил его замешательство, и, подойдя ближе, также встаёт в ступор, оглядывая пустое пространство перед собой.

- Твою ж мать, - процедил Илья, переводя взгляд на растерянного шатена, чьи глаза в панике метались по комнате.

Как-то не сговариваясь, парни прошагали к общему залу, планируя поискать друга по корпусу, однако их встречает Ермолаев, с читающимся в глазах вопросом, который он тут же озвучивает.

- Вы Парадеева не видели? Мы все комнаты обошли. Как сквозь землю, - подытожил брюнет, разводя руками.

Ребята на секунду замолчали, глядя друг на друга, пока за спиной Ильи не замаячила приоткрытая дверь, пошатывающаяся из стороны в сторону. Благо, открыться полностью ей не давало что-то, что подпирало её снаружи. При взгляде на эту картину у Лёши начал медленно складываться пазл, а из-за безразличия всех находившихся вокруг казалось, что ему и вовсе мерещится. Не обращая внимания на возгласы друзей позади себя, шатен не без усилий открывает дверь, впуская в помещенье холод, и едва не споткнувшись о крупный сугроб на пороге, как можно быстрее перебирает ногами по заснеженной тропинке, держа в голове мысль, что это всё лишь догадки.

- Илюх, он с ума сошёл? В такой мороз в одном худаке! - Ермолаев хотел было броситься следом, однако младший быстро его останавливает, ухватив за рукав.

- Он найдёт его. Просто нужно время, - похлопав товарища по плечу, Яцкевич отправился в комнату, откуда слышались голоса одноклассников и звон стеклянных шаров, а Саша, немного постояв на месте, отправился за ним.

***

Холодный ветер дул в лицо, вызывая дрожь по всему телу, и заставляя опустить взгляд вниз. Сердце разрывалось на части, прокручивая в голове всё то, за что хотелось разбить самому себе лицо, но перед этим ему было необходимо отыскать человека, который больше всего пострадал от его бездумных действий. Мысли о том, что уже около тридцати минут Парадеев находится на улице заставляли забыть про собственные замерзающие конечности, и двигаться быстрее. Пройдя пару шагов, среди бушующей метели в глаза бросаются заметаемые снегом следы, которые с большим трудом удавалось рассмотреть. В голову стукнуло осознание, и младший рванул по их направлению, вытирая с лица замерзающие слезинки. Вдали виднелось ограждение, к которому шатен приближался с каждым шагом, и когда вдали удаётся рассмотреть силуэт, сидящий в паре метров от него, ускоряется, желая как можно быстрее увидеть Сашу, убедиться, что с ним всё хорошо, и наконец, просто признаться во взаимности чувств. Приподняв красную ленту онемевшей рукой, Деревяшкин подлетает к сидящему на краю обрыва блондину, наконец с ним заговорив.

- Саша! - Старший испуганно оборачивается, и как только видит за своей спиной Лёшу, замирает, уставившись на него покрасневшими от слёз глазами, пряча руки в карманах. Ноги подгибаются, и шатен падает на колени прямо в горсть снега, дрожа от холода и чудовищной обиды на самого себя. - Саш, я.. прости, - голос становился всё тише, но некая уверенность определённо сохранялась, - я не понимал твоих чувств, и то, насколько тебе это было важно всё время. Я действительно не помнил того, что произошло тогда, дома у Егора, но сейчас я ненавижу себя за то, что поступил с тобой так грубо. Ты действительно этого не заслуживаешь. Всё, чего я хочу, чтоб ты понял, что.. я тоже тебя люблю. Очень сильно. Я никогда не хотел причинить тебе вред, просто знай. И я прекрасно пойму, если..

Слова прерываются, как только солоноватые от слёз губы уверенно касаются чужих, заставляя Лёшу прикрыть глаза. Ураган, бушующий в голове начинал утихать, а руки скользили по белоснежным волосам, успокаивая Деревяшкина мыслями о том, что всё позади. В объятиях младшего блондин переставал дрожать, прижимаясь к ещё не успевшему продрогнуть парню.

Когда воздуха стало катастрофически не хватать, Парадеев отстранился, продолжая поглаживать покрасневшее лицо, смотрящее на него влюблёнными глазами.

- Я тебя прощаю. И на самом деле, давно простил, - тихо проговорил старший, уткнувшись носом в плечо возлюбленного.

Спустя несколько секунд позади слышатся хлопки, и подняв голову в небо, ребята видят вздымающиеся ввысь салюты, означавшие наступление долгожданного праздника.

- С новым годом, - тихо проговорил Саша, и, сидя в обнимку, подростки молча смотрели на разноцветные искры, думая каждый о своём.

Время будто остановилось, а слова стали излишними, позволяя парням насладиться долгожданным спокойствием, которое сейчас уже никто не мог разрушить.