«Я давно тебя простил»prt1
Стук десятков колёсиков отдавался в ушах характерным ритмом, разносясь эхом по всей платформе. Снег медленно опускался на плечи дублёнок, пуховиков и курток, заставляя невольно улыбнуться. Огоньки гирлянд на столбах и зданиях выделялись из общей картины, не давая забыть о том, что близится самый долгожданный и холодный праздник. Руки грелись в карманах, не желая ощущать на себе всю морозность зимнего вечера, а капюшон постоянно слетал с белых волос, позволяя снежинкам слиться со светлыми прядями. Следуя за своим классом, Саша щурился, высматривая вдалеке нужный перрон, одновременно с этим стараясь внимательно слушать всё, что ему рассказывал на ходу Илья.
- А ещё там кормить должны вкусно.. Ты меня слушаешь? - С ноткой обиды произносит Яцкевич, всплеснув руками.
- Слушаю, Илюх. Мы на три дня едем, чего ты так паришься?
Парадеев легко улыбается, показывая другу всё своё безразличие. Признаться, парня мало волновал лагерь, куда они едут, и те условия, в которых им придётся провести новый год. Его радовало лишь то, что он хоть какое-то время сможет побыть вдалеке от родителей, с кем отношения у него складывались, казалось, хуже всех на свете. Именно поэтому предстоящая поездка, как подарок от классной руководительницы, ощущалась самым лучшим сюрпризом.
- Мы по-моему от ребят отстали. Может догоним? - Сменив тему произносит брюнет, отчего выражение лица младшего тут же меняется, а от хорошего настроения не остаётся даже той жизнерадостной улыбки, постоянно украшавшей бледное лицо.
- Иди догоняй, раз отстал, а я не собираюсь, - хмуро цедит блондин, устремляя взгляд под ноги.
Илья недовольно закатывает глаза, потрепав друга по плечу.
- Ты на них всё ещё дуешься?
- Не на всех. И ты это знаешь.
Яцкевич тяжело вздыхает, понимая, что встретить наступающий год без обиды у его товарища выйдет очень навряд ли, но тем не менее не оставляет попыток хоть чуть-чуть исправить положение.
- Столько времени прошло. Саш, я знаю, это тяжело, но надо уметь давать людям второй шанс.
Парадеев демонстрирует максимально недовольную физиономию, пока в голове неоднократно прокручиваются слова товарища, заставляя задуматься. Однако дальнейшего развития диалога не следует, ведь как только перрон под нужным номером оказался под ногами, вдалеке послышался оглушающий свист поезда, а вместе с ним такой же крик руководительницы о том, чтобы все приготовились погружаться в транспорт.
Толпясь в конце очереди, Саша уже видел, как в окнах вагончиков загорается свет, отодвигаются шторки, и взгляд одноклассников устремляется прямиком на оставшихся ребят, топчущихся на снегу. И наконец погрузив свой чемодан при помощи проводника, блондин начинает движение по узкому коридору, оставляя на полу мокрые кляксы. Яцкевич слегка подпрыгивал на месте, дабы увидеть хоть одно купе, в котором не горел бы свет, однако попытки не увенчались успехом.
- Я говорил, надо было вперёд идти! Сейчас вообще на полу ночевать останемся.
Илья явно не был в восторге от происходящего, но его недовольство тут же прерывается, когда толпа перед ним потихоньку исчезает, а в самом конце вагона промелькнул проём, погружённый в темноту, в который шатен незамедлительно проскальзывает, утаскивая за собой товарища. Свет моментально загорается, освещая двое двухъярусных кроватей, на которых стопками лежало постельное бельё и белоснежные подушки. В купе пахло свежестью, и ещё не выветрившимся запахом табака, который, наверняка, давно пропитал все стены помещения. Затерзанный чемоданами и сумками линолеум слегка прогнулся под подошвой парня, с интересом разглядывающего причудливые узоры на матрасах верхних ярусов. В коридорчике послышались голоса проводниц, и поезд тронулся с платформы под восторженные возгласы ребят. Картинка за окном начала неспешно меняться, пока колёса транспорта набирали обороты.
***
Ребятам несказанно повезло находиться в купе вдвоём, поскольку это был идеальный шанс провести предстоящий путь в тишине, не слушая возгласы неугомонных ровесников. Впрочем, они доносились и из других «комнат», и этого вполне хватало. Оставив чемоданы где-то под столом, и примостившись на нижних этажах, парни о чём-то разговаривали, разглядывая пролетавшие за окном едва различимые пейзажи. Стук колёс, как это обычно бывает, убаюкивал, а сгущающаяся за окном темнота лишь добавляла желания прикрыть глаза и отправиться в мир сновидений. Саша слушал истории товарища, которые тот рассказывал, дабы разрядить обстановку, и неспешно погружался в собственные мысли, которые плавно заглушали голос Ильи. Однако на секунду выбиться из этого состояния блондина заставляет характерный звук уведомления, доносящийся с соседней кровати.
- Илюх, чё звук не выключаешь? Я уже почти заснул..
Парадеев замолкает, когда в моменте осознал, что ляпнул, однако, к счастью, Яцкевича не задела незаинтересованность друга в своём рассказе, поэтому тот в ответ лишь фыркнул, пробегаясь глазами по экрану мобильного.
- Сань, мне тут ребята написали. Они от нас в двух купе. Я к ним пойду, хорошо?
Светловолосый тут же меняется в лице, но запрещать что-либо другу он, конечно же, не собирался.
- Окей, - откладывая телефон на небольшую полочку произносит младший, - я высплюсь заодно, выключи свет.
Брюнет закивал, привстав с насиженного места.
- Ты не передумал?
Надеясь, что друг поменяет своё мнение, Яцкевич застыл в дверном проёме, однако недовольный взгляд Саши и его показательный отворот лицом к стене сказали всё за него.
- Понял. Доброй ночи.
Погасив единственную лампу, висевшую на потолке, Илья задвинул массивную дверь, и направился к купе, откуда доносился громкий смех ребят, по пути сталкиваясь с пухлыми проводницами.
***
Свет в коридоре давно погас, и в связи со стрелкой на часах, давно завалившуюся за одиннадцать вечера, ребятам были выдвинуты требования вести себя как можно тише, что слегка тормозило их веселье, но никак не останавливало. Компания сидела на полу вокруг импровизированного светильника, сделанного из чьего-то телефона и пары бутылок, обсуждая всё на свете, пока за окном мелькал лунный свет, обрываемый частыми фонарными столбами. Когда негромкие голоса ребят на мгновенье утихли, образовавшуюся тишину нарушил голос Лёши, в голову которого, судя по горящим глазам, пришла очередная идея.
- Ребят, может в карты? - Взгляды друзей сосредоточились на довольном выражении лица брюнета, явно удивляясь такой банальности, - на желание.
Уставшие глаза на секунду загорелись интересом, однако менее, чем через секунду, вновь потухли.
- А где мы карты возьмём?
Ермолаев откидывается назад, оперевшись спиной о холодную стену.
- Я Дане давал. Сейчас в конец вагона метнусь, заберу.
Едва Лёша успевает подняться с места, как, будто из ниоткуда, перед ним оказывается Илья, перегородив своей тушей проход.
- Я с тобой.
Деревяшкин не был особо против, поэтому уже через пару мгновений, парни двигались в противоположную сторону от своего купе. Несколько секунд слушая собственные шаги, и едва уловимые звуки из купейных мест, Яцкевич решается прервать тишину, наконец задавая интересующий вопрос.
- Лёх, ты не думал с Саней поговорить? Вы же после той ситуации даже не заговорили ни разу.
- Я бы с радостью, - тон кудрявого резко сменяется, добавляя в голос нотки грусти, - но ты думаешь, я помню, что было?
И действительно, две бутылки крепкого алкоголя, однажды чудом вместившиеся в парня сделали своё дело на ура, но Илья, видимо, совсем об этом позабыл.
- Тебе напомнить? - Произносит старший, останавливаясь в самом конце вагона, и скрестив руки на груди терпеливо ждёт, пока друг отодвигал тяжёлую дверь, за которой тут же утихли все голоса.
Не прошло и нескольких секунд, как раздвижная перегородка, в которую зашёл Алексей, вновь приоткрылась, и из полумрака показался довольный парень, крутящий в руке колоду карт, бережно уложенную в картонное подобие коробки.
- Ну напомни, - вернувшись к сути разговора цедит младший, неторопливо зашагав к своему купе, - но что это изменит?
- Хотя бы то, что ты сможешь перед ним извиниться за ошибку, которую ты действительно признаешь.
- Хрен с тобой, рассказывай, - перебив произносит Лёша, и не доходя до купе пару метров, он упирается в стену спиной, и скрестив руки на груди начинает беспрерывно глядеть на старшего.
Flashback
В комнате становилось слишком шумно, но тем не менее, Парадеев старался не выпускать из виду друга, который так и норовил влезть в очередную неприятность. Все пили, веселились, и ребята совсем позабыли о Саше, который ещё в начале вечера отказался принимать спиртное, о чём сейчас очень жалел. Догнать друзей он бы вряд ли смог, поэтому блондину оставалось лишь потягивать стакан с тёмной жидкостью, напоминавшей по вкусу сироп от кашля, перемешанный со спиртом. Наблюдая за весельем компании, Парадеев засмотрелся в одну точку, витая в своих мыслях, однако раздумья прервало пьяное тело, упавшее рядом с ним. Саша тут же переключил внимание на него, и увидев неподалёку от себя Лёшу, попытался усадить его на диван, но шатен успешно сопротивлялся.
- Сань.. - протягивает Деревяшкин, неотрывно глядя на друга, - мне плохо.
- Кто бы сомневался, - фыркает светловолосый, но, тем не менее, не отказывается от помощи, которую, впрочем, особо не просили, - пойдём.
Старший приподнимает пьяную тушу, а тот сам пытается следовать за другом, перебирая заплетающимися ногами.
Приведя пьянчугу в одну из комнат, где, к слову, совсем никого не было, парень взял бутылку с водой и протянул Лёше, перед этим не без труда усадив его на кровать. Шатен же, за пару глотков осушил пол литровку, и с тяжёлым вздохом отбросил её куда-то в сторону.
- Лучше? - Слегка щурясь поинтересовался блондин.
Младший кивнул, и между ними повисло неловкое молчание, прерывающееся лишь музыкой, играющей из соседней комнаты.
- Лёш.. - мягко произносит Саша, бегая глазами по комнате, - я тебя люблю, - казалось, далеко не лучший момент для признания, но Парадеев тогда думал совсем иначе, подтверждая свои мысли тем, что друг находится под не хилым влиянием алкоголя, и вряд ли что-то вспомнит.
Чувства к другу сидели в его душе около года, поэтому скрывать их более не было сил, и казалось, что даже если он промолчит, его взгляд сам сдаст его с потрохами.
Деревяшкин замирает, глядя на друга круглыми глазами. Решив не медлить, старший приближается к губам, пропитанным алкоголем, нежно их целуя, и как только чувствует ответ, запускает пальцы в тёмные волосы, осторожно их перебирая. Эта гармония, казалось, могла длиться вечность: сердца бились в едином ритме, а эмоции рвались наружу, и оба ребят не стеснялись вкладывать их в поцелуй. Однако ничто не вечно, и именно поэтому их идиллию прерывает с грохотом открывшаяся дверь, и ввалившийся в комнату Егор.
- Ребят, а вы не видели.. - парень замирает в дверном проёме, - какого хрена..
Шатен тут же отстраняется, толкая растерянного Сашу в грудь.
- Ты хули творишь, пидорас блять? Егор, ты видел? Совсем уже, сука, страх потерял.
Бросив на блондина осуждающий взгляд, Деревяшкин покинул комнату следом за старшим, громко захлопнув дверь.
Тяжёлый комок подступил к горлу, а из глаз непроизвольно покатились слёзы, оставляя на щеках влажные дорожки. На секунду все звуки в соседней комнате затихли, что заставило Парадеева прислушаться. Неразборчивый голос Лёши, за которым последовал громкий хохот остальных ребят заставил парня упасть лицом в ладони, и заплакать навзрыд. На губах чувствовался привкус алкоголя, напоминавший о произошедшем, и от этого становилось ещё хуже.
***
- Твою мать.. - Деревяшкин встал в ступор, пока Илья с укоризной разглядывал резко изменившееся лицо. - Почему я об этом не помнил..
- Зато Саша помнит, - подытожил свой рассказ Яцкевич.
- Я должен извиниться, - парень быстро зашагал в обратную сторону, где по рассказам старшего было их купе.
- Стой, - Илья едва успел схватить друга за руку, - не сейчас. Мне кажется, лучше сделать это по приезду.
Деревяшкин понимающе закивал, как ни в чём не бывало, вновь двинувшись уже к своему купе, а русый последовал за ним, и пройдя в помещение, где все взгляды переключились на них, уселся на то же место. Лёша мастерски крутил в руках колоду карт, присаживаясь рядом с Егором, недоверчиво на него глядя после всего, что ему пришлось услышать. Шатен надеялся, что о произошедшем никто не помнит, да впрочем, молчание ребят, и их искреннее непонимание, почему они с Сашей больше не общаются, лишь подтверждало его догадки.
***
Две карты легли парню на плечи, а Ермолаев, вышедший из игры первым интригующе заулыбался.
- На погоны, - усмехнулся Илья, которого от полного проигрыша спас вовремя попавшийся под руку джокер.
Лёша отмахнулся от красноволосого, всё же признав своё поражение. Наклонившись к Саше, компания стала о чём-то шептаться, иногда поглядывая на проигравшего. Спустя, как показалось Деревяшкину, мучительно долгие пару секунд, брюнет наконец озвучил своё желание, к которому он пришёл не без помощи коллектива.
- Иди в купе к Сане, и ляг с ним в обнимку.
Ребята едва сдерживали смех, пока шатен пытался понять, это дурацкая шутка, или его друзья действительно хотят его опозорить
- Фрам, ты серьёзно?
- Более чем. Ну вы же должны рано или поздно помириться.
- Да вы ёбнулись, - бормочет Лёша, неохотно поднимаясь с прохладного пола, - я вам это ещё припомню.
Деревяшкин на цыпочках покидает купе, пока остальные следуют за ним, смеясь и перешёптываясь. Сецко, как ему обычно и подобает, достал мобильник, с каким-то детским восторгом снимая всё, что сейчас происходило. Начиная тёмным коридором, и заканчивая купе, у которого останавливается Лёша по указаниям Яцкевича.
Дрожащей рукой шатен открывает дверь в помещение, освещённое лунным светом, и пропитанным до боли родным запахом, который он, наверняка, узнал бы из тысячи.
- Дверь закройте, идиоты. Нехуй смотреть тут, - огрызнулся Лёша, однако на его просьбы никто откликаться не собирался.
- Ты ляжешь, мы и закроем, - усмехается Егор, с большим интересом наблюдая за неуверенными движениями брюнета.
Присев на край кровати, Лёша проводит рукой перед лицом блондина, дабы убедиться в чуткости его сна. И под бешеный стук собственного сердца и заинтересованные взгляды парень спускается чуть ниже, ложась с Сашей на одном уровне. Отвернувшись к друзьям, подросток жестом показывает уходить, и пару раз щёлкнув камерой на телефоне, красноволосый наконец задвигает дверь, оставляя Лёшу наедине со спящим другом, в чём Деревяшкин уже был не уверен. Лунный свет аккуратными полосами ложился на расслабленное лицо Парадеева, подчёркивая каждую выделявшуюся его черту. Белые локоны небрежно лежали на лице, а ресницы изредка подрагивали. Гоняя в голове мысли о рассказе Яцкевича, парень слегка приобнял старшего, представляя, сколько боли ему пришлось испытать лишь из-за пьяного страха Лёши о том, что его может кто-то осудить, хотя, как показывает практика, об этом никто бы и не вспомнил. Шатен понятия не имел, как после всего произошедшего можно было наладить отношения с человеком, которого он по факту предал, обозвав того не самыми приятными словами. Однако сейчас его не волновало ничего, кроме того, что рядом с ним, сам того не подозревая, лежит человек, которого Лёша по-настоящему любит, как бы он не пытался этого отрицать. Младший старался запомнить каждый вздох блондина, и каждую родинку на его лице, улыбаясь лишь от осознания того, что он рядом. Однако понимание того, что как только он откроет глаза - идиллия рухнет, заставляло лишь крепче обнимать Парадеева, поглаживая волосы дрожащими пальцами. Но размышления прерывает тёплая рука, внезапно обвившая тело шатена, от чего тот непроизвольно вздрогнул. Саша обнял его в ответ. Блондин тихо посапывал, прижимаясь щекой к груди Деревяшкина, словно маленький ребёнок, спящий в обнимку с плюшевым медведем. Подросток улыбнулся, и ему казалось, что он в любой момент может заплакать, однако сделать этого не давал успокаивающий стук колёс, и сопящий рядом Парадеев, чей запах заставлял чувствовать себя лучше. Ловя в голове обрывки мыслей, Лёша сам не замечает, как проваливается в сон, сопровождаемый собственными надеждами и чувством вины, не отпускавшую его с момента не самого приятного диалога с Ильёй. Вот бы всё это тоже оказалось лишь сном.
***
Ярко слепящий в глаза свет не даёт досмотреть очередной сон, из-за чего парень был вынужден неохотно вернуться в реальность. Из-за наступления зимы лучи солнца были совсем не ласковыми, а наоборот, ослепляли серые глаза, заставляя щуриться и прикрывать глаза ладонями. Наверняка именно поэтому блондин далеко не сразу понял, что находится в собственной постели не один. А понять это ему помогает едва слышное дыхание рядом, и факт того, что Саша кого-то крепко обнимал. Десятки вариантов крутились в голове, но проверить хоть один из них было не так много способов. Поэтому, пересилив себя, Парадеев открывает заспанные глаза, и как только перед лицом появляется физиономия, которую сейчас хотелось видеть меньше всего, блондин замирает, боясь пошевелиться. Ему было страшно даже находиться с Лёшей в одной комнате, вдыхать его запах, да и в целом, чувствовать рядом его присутствие, но сейчас всё это происходило сразу, заставляя подростка ёжиться, и навеивая ему не самые приятные воспоминания. По щеке одна за другой покатились солёные капли, за которыми последовали тихие всхлипы. Старший поднялся, опираясь дрожащими руками на пододеяльник, и увидев, что в купе всё это время они были одни, стало чуть легче. «Слава богу, никто этого не видел» - промелькнула в голове весьма опрометчивая мысль, хоть немного его успокоившая. Осторожно выбравшись из крепких объятий, Саша, как можно быстрее, покинул купе, постоянно оглядываясь. Благо, из-за достаточно раннего пробуждения, светловолосый мог застать коридор полностью пустым, что позволяло без стеснения вытирать катившиеся по щекам слёзы. Зайдя в туалет, подросток окатил лицо холодной водой, пытаясь найти ответы на десятки вопросов, крутившихся в его кудрявой голове. Может Лёша всё понял, и просто пытался так с ним помириться? Может опять перебрал с алкоголем? Хотя соответствующего запаха Парадеев не чувствовал. Может Саша вообще зря ушёл? На этой мысли он внезапно для себя остановился, прекратив переводить воду на заплаканное лицо. Блондин прекрасно понимал, что попросту не может больше молчать, и сейчас был идеальный момент для обсуждения всего, что было на душе, и он никак не мог упустить такую возможность. Поэтому старший достаточно быстро принял решение вернуться обратно, и оторвав парочку бумажных полотенец, отправился в единственное незакрытое купе, вытирая намокшую физиономию, стараясь быть как можно тише.
***
Приоткрыв глаза, Лёша оглядывается, и обнаружив рядом с собой лишь мятую простыню и до боли знакомый запах, решает, что сейчас лучший момент, чтобы покинуть чужое купе, и оставить наконец блондина в покое. Чувство стыда разъедало парня изнутри, целиком и полностью обивая желание видеться с Парадеевым, что наверняка был не в восторге от внезапного гостя, раз уж он не соизволил остаться с ним наедине. Наспех сунув ноги в успевшие похолодеть за ночь тапочки, и разгладив после себя простынь, Деревяшкин высовывается за пределы приоткрытой двери, оглядывая коридор. Из конца вагона в полной тишине доносился едва уловимый шум воды, на котором шатен решил не заострять своё внимание, поэтому шагнув на подрагивающий от движения пол, двинулся в сторону «комнаты», откуда вчера его проводили собственные друзья. Зайдя в похолодевшее за ночь пространство, подросток наблюдал перед собой примерно такую картину: Яцкевич сладко спал, обнимая свёрток одеяла на нижнем ярусе, который изначально принадлежал Деревяшкину, но в связи с событиями прошедшей ночи всё было немного иначе. Слегка помявшись на одном месте, шатен дотронулся до плеча друга, дёргая его в разные стороны, что поспособствовало его пробуждению. Илья с трудом разжал веки, и пару секунд поглазев на младшего, вопросительно кивает, искренне позабыв о том, что занимает чужую постель. Лёша жестом показал русому покинуть его место, на что старший наскоро огляделся, и поняв, где он находится, присел на кровати, и не сказав ни слова, пошатывающейся походкой покинул купе, заполненное сопящими друзьями. И как только его туловище вновь оказалось на постели уже своей родной комнаты, мозг тут же отключился, даже не пытаясь найти удобные позы для сна.
***
Парадеев замер на месте, когда по достаточно скорому возвращению всё было.. в порядке. На соседней кровати, лёжа на спине, сладко спал Илья, отвернувшись лицом к стене, его собственная кровать была пуста, а простыня не застала на себе ни одной вмятины, что могли бы символизировать чужое присутствие. Свалиться с ног от шока подростку не позволяет дверной косяк, на который он опирался всё это время. На дрожащих ногах пройдя к кровати, в нос ударил уже почти выветрившийся, но достаточно уловимый запах дорогого парфюма и выглаженных вещей, который мог означать присутствие здесь только одного человека. И лишь этот фактор поддерживал в голове блондина мысль, что ему не показалось, и он точно не сошёл с ума.